Мэри Джентл - Древний свет

— Дайте нам оружие, и мы освободимся от колдовского отродья Харантиша!

Другой мужчина лениво поднял голову и произнес:

— Теперь нет чистокровных Колдунов. Наши аширен ушли в Кель Харантиш, а их аширен пришли в наши рэйку …

— Если в вашем хайек есть их кровь, то незачем ставить и нам в вину ту же самую грязь!

Сетри-сафере подошел и сел рядом со мной на скамью. Я увидела, как Дуг отошел в сторону, а потом заметила, что он говорите Прамилой. Желтогривый ортеанец ухмылялся, глядя на столь яростную реакцию.

— Это их расшевелило. Они не доверяют мне, потому что я командовал наемниками, а это грязное дело. Но это означает, что я знаю, о чем говорю.

Война между хайек ?

— Кто же ваши враги, Сетри?

Мигательные перепонки скользнули по его золотистым глазам. Он ответил:

— Если ваша Компания придет с предложением торговли, то все хайек Побережья станут врагами друг для друга.

Некий холодный профессионализм во мне позволил не придать значения его словам, и я лишь подумала: «Благодари Господа за того, кто понимает проблему».

— Допустим, я скажу вам — и это правда, — что у нас существует строгий запрет на ввоз оружия с Земли?

Все равно, что нам будет предложено взамен?

Он посмотрел вниз, на свои сильные, лежавшие на грязной ткани мешаби , тонкие пальцы, на которых, кроме шестого, были подстрижены когти.

— Кристи, все — оружие. Скажем, вы продаете нам средство против болезней сельскохозяйственных растений — и вот появится хайек , который станет быстро расти, где будет много аширен. Хайек , который будет способен платить наемникам и посылать их против других хайек для захвата нужного зииран , чтобы прокормить себя. — Он пожал плечами. — Это означает, что три или четыре самых сильных хайек будут объединяться, чтобы сражаться с этим одним, а потом ссориться между собой, когда закончится война…

Сетри-сафере. Привлекательное лицо с обманчивым открытым взглядом, многим обязанное светлой гриве и бровям и совершенно ничем, как я предположила, его темпераменту.

— У вас есть ответ?

Он немного повернул голову таким образом, чтобы никто не мог видеть, что он говорил, и это был непроизвольный жест: он был более чем привычен к скрытности, он наслаждался ею. Я подумала: «Должно быть, ты родился в Ста Тысячах, игрок».

— Ответов нет. Может быть, мы сможем приспособиться. Если рэйку могут быть союзниками, то почему не хайек ! — Кожа вокруг его глаз собралась складочками, что означало тайное веселье. — У меня нет больших талантов в севе или уборке урожая в зииран , торговля в городе мне надоедает, командовать наемниками — это прискорбная необходимость, но я могу склонить рэйку к тому, чтобы он понимал обстоятельства по-моему.

Его рука, прикасавшаяся к моей, была прохладной и сухой, через кончики пальцев я ощущала на своей коже быстрое ортеанское сердцебиение. Я подумала: «Я полагаюсь на своекорыстие даже больше, чем на целесообразность — ты хочешь избавить хайек от застоя, в котором они удерживаются, и даже больше того, хочешь быть тем, кто это сделает…»

— Кристи, вы видите, что я откровенен с вами. Кто еще поможет мне стать у власти, если не С'аранти ! И кто еще, кроме меня, захочет помочь С'аранти получить то, что им нужно от руин Золотой Империи? — Его улыбка была теплой, насмешливой, скрывала в себе тайный сговор. — Я намерен стать вашим другом, Линн Кристи.

Спустя час я вышла из переполненной комнаты, чтобы постоять на прохладном ночном воздухе. Цокнул каблук сапога. Я быстро взглянула вниз, на мощеную дорогу, под выступ — наемница, Халдин Дамори, успокаивающе подняла руку и отступила в тень.

Я посмотрела на другую сторону дна впадины, в которой находилась Махерва. Звезды Сердца светили достаточно ярко, чтобы куполообразное сооружение и колонны отбрасывали тени, и освещали далекие фигуры стражников из Харантиша.

А сообщение о нас уйдет в Кель Харантиш. Это помеха — или я должна быть благодарна, что есть помеха?

Все хайек Побережья существуют между властью КельХарантиша и Касабаарде, Касабаарде…

Я повернулась и сильно ударила ребром ладони по хирузетовой стене. Видение мерцало на грани моего сознания. Этот поток памяти, который нахлынет на меня, унося с собой все, что есть Линн Кристи…

Что это такое? Что со мной происходит?

— Линн. — Лицо Дуга Клиффорда скрывала тень, но в его голосе слышалась понятная озабоченность. — Если я смогу что-нибудь сделать…

— Предоставим это Прамиле и Дэвиду, — сказала я. — Группе наемников — несколько бутылок вина из зиира ; давайте выпьем и наверстаем то, чего не делали с тех пор — где это было? — когда работали в Мире Мелгуиша.

И Дуг Клиффорд вежливо и тактично согласился со мной.

Через четыре дня, в Зимнее солнце-28, на коммуникатор пришло сообщение о скором прибытии Молли Рэйчел.

В течение всех предыдущих дней в город валили рэйку из Анжади и других хайек : группы из трех, четырех или пяти ортеанцев Побережья; некоторые были пожилыми, некоторые еще аширен . Скорость связи поражала меня, пока я не увидела блеск гелиографов над плоской, бесплодной местностью, что же касается их подвижности, то в культурах с низким развитием техники передвижение по водным путям, как и по морям, происходит быстрее, чем при большинстве видов передвижения по суше. В течение Зимнего солнца-28 в Махерве побывали ортеанцы и из таких мест Побережья, что удалены от нее, как Кварт, на добрых двести пятьдесят миль.

В течение Зимнего солнца-28 я привыкла спать по три часа в полдень и по шесть ночью, чтобы приноровиться к ритму жизни хайек и продолжать заниматься делами «ПанОкеании», в то время как вооруженные наемники охраняли дверь.

— Мы пойдем наверх, чтобы встретить «челнок», — сказала я. Халдин Дамори встала и присоединилась ко мне у двери. Грязный занавес, сотканный из волокон дел'ри , был поднят, и внутрь проникали утренний свет и шум аширен , из-за пустяков ссорившихся друг с другом на мощеной дороге.

— Вас интересуют предупреждения? — спросила молодая фехтовальщица, когда мы вышли из внутренних комнат.

Ночи в период Зимнего солнца все еще очень холодны, однако морозы миновали. Вот закончились первые сумерки, и поднимающаяся Звезда Каррика погрузила половину города в глубокую тень. Рядом со мной бдительно шагала Халдин, ее темная вьющаяся грива была неаккуратно заплетена. На ней был панцирь из роговых пластин, а одна шестипалая рука легко лежала на рукоятке харур-нацари .