Мэри Джентл - Древний свет

Что случилось? Разве так легко — думать как ортеанец из хайек !

Пугающе легко.

— Плохие новости? — спросил Дуг Клиффорд, когда Прамила отодвинулась от меня, чтобы поговорить с Дэвидом Осакой.

— Что? Нет, извините; я думала о другом.

— Вы удивили меня, — сказал он под общий шум. — У меня нет ничего подобного вашему пониманию культуры Побережья, а я был здесь… то есть в Ста Тысячах…

— Сто Тысяч — это не Побережье.

На его круглом лице появилось вкрадчивое выражение.

— Линн, вовсе не требуется, чтобы вы своей работой не оправдывали стоимости своего содержания. Я полагаю, что есть много гипнолент, не транскрибированных в голографические записи информационной сети. Жаль иногда, что мы теперь не можем пользоваться гипнолентами.

— Если бы вы, как и я, прошли через психопрограммы, чтобы устранить вред.„

— О да. Несомненно. Несерьезное предложение.

Если бы я и могла поговорить с кем-то, то с Дугги… Но я удержалась от этого. Удержалась и подумала: «Не больна ли я? Как если бы возвращалась та болезнь, которая была у меня после гипнолент… но это что-то иное». В Морврене я думала: «Такое чувство, будто я никогда не покидала Ста Тысяч». И здесь у меня такое же ощущение. Я знаю, как функционируют хайек , какова жизнь в зиирам , и любой язык кажется знакомым для моих ушей. Но я не могу этого знать. Десять лет назад я никогда даже не приближалась к хайек Пустынного Побережья…

Дэвид Осака, намеренно подавшись вперед, заканчивал свою стандартную речь с перечислением выгод программы Торговли и Помощи. Он бросил на меня быстрый взгляд. Да, это моя работа, да, Молли Рэйчел доложат, что я не проявляю должного энтузиазма от имени Компании. Жаль.

Встал один аширен , тонкий и светлогривый, и протянул вверх руки, чтобы закрыть металлические ставни и прекратить доступ ночного воздуха. Другой ребенок принес свежий арниак . Здесь было около дюжины ортеанцев, которых я знала по именам, и гораздо больше тех, кого я не знала. Теперь зеркала в помещении отражали звездный свет, достаточно яркий, чтобы читать выражения чужих лиц. Сетри-сафере задвинул дверной свод металлическим решетчатым ставнем. Сквозь него я по-прежнему видела во внешних комнатах Халдин Дамори и ее стаю.

— …и если мы начнем войну с хайек Надразиир, сражения закончатся, когда начнутся дожди. Если будут дожди.

Фериксушар взглянула вверх, оторвавшись от разговора с Дэвидом Осакой. Она смотрела на меня.

— Ваш шан'тай Клиффорд сказал, что мы не получим выгоды от торговли. Что это изменило бы нас. Что мы стали бы похожими на Землю.

Прамила нахмурилась. Поймав взгляд Дуга, я заметила в нем полное отсутствие раскаяния. Я подумала: «Побережье — это не Сто Тысяч… а мы сидим здесь и пьем арниак , едим хлеб из дел'ри , полагаясь на гостеприимство, которого хайек Анжади, наверно, не может себе позволить».

В равной степени, как себе, так и Фериксушар я сказала:

— Если вы получите здесь Торговлю и Помощь, это изменит вашу жизнь. Не знаю. Прежде я была в Ста Тысячах, а им могут сказать «будьте свободны от Земли», потому что им не нужна помощь. Не знаю, можем ли мы это сказать вам.

Быстро взглянув мимо златогривой женщины, я увидела искаженное лицо керетне Хилдринди. Упомянув Сто Тысяч, я увидела на нем выражение ненависти, столь быстро промелькнувшее, словно она не относилась к чему-то определенному.

— Сказав это, я должна быть честной. Помощь «ПанОкеании» поступит с ярлыком, на котором указана ее цена. На сей раз это доступ к технике Колдунов, к каналам. Вам нужно решить, можете ли вы заплатить эту цену.

Вспыхнул горячий спор. Джадур, сидя на полу и прислонившись к ногам Сетри, поднял голову и поймал руку своего настойчиво что-то доказывавшего брата по рэйку . Виррин-хил с нависшей на ее глаза белой гривой наклонилась к сестре, говоря с ней. Казалось, каждый из ортеанцев хайек в этой комнате решил перекричать остальных. Я видела, как Прамила, подавшись вперед, разговаривала с Дэвидом, а Фериксушар (почти незаметным жестом) взяла кубок с арниаком из дрожащей от слабости руки Хилдринди.

— Мы не можем торговать мерзостью Колдунов! — сказал керетне .

Джадур вскочил.

— Шан'тай Кристи, мы воюем с помощью наемников и оружия. Оружие другого мира помогло бы нам. Будет ли ваша Компания продавать его?

«Черт побери, — подумала я. — Я надеялась не услышать этого вопроса».

В те времена, когда мое правительство контролировало отношения с Ограниченными мирами, я могла совершенно искренне сказать: «Наша политика запрещает это». Теперь мультикорпорации проводят ту же политику, но я опасаюсь того, какой гибкой она может оказаться.

Прежде чем Дэвид и Прамила смогли так или иначе выразить свое мнение, я вмешалась:

— Я не убеждена в том, что вы можете предложить доступ к каналам, шан'тай Джадур.

Он неловко почесал гриву и снова сел рядом с Фериксушар.

— Это должно бы было быть незаметным… связано с опасностью… возможно, и тогда нет.

Принужденный высказаться столь откровенно, он смущенно отвел взгляд в сторону.

Когда заговорил Хилдринди, это давалось ему с трудом. Мигательные перепонки прикрывали его светлые глаза.

— Керетне не согласится с этим. Мы прислушиваемся к Коричневой Башне и к Чародею, а Башня не захочет, чтобы на Побережье появились оружие или машины С'аранти !

— Это так, — прервал его Сетри-сафере. — Пока мы живем на этой бесплодной земле, мы всегда будем кому-то должны. У нас есть только выбор заимодавцев. Это или Кель Харантиш, или Касабаарде, или жители другого мира — С'аранти .

Снова раздались возгласы, и я прислонилась к холодной стене, наблюдая за происходящим. Сетри заставил слушать себя:

— Послушайте меня! Приближается война между всеми хайек Побережья. Теперь ее невозможно избежать. Мы будем воевать до конца периода Зимнего солнца. Единственный выбор состоит в том, закончится ли она в нашу пользу или в пользу наших врагов.

Ортеанцы замахали руками с ногтями похожими на когти, один незнакомый мне мужчина встал, что-то крича, Чаразир-хил вынула из ножен на своем поясе кривой нож, но Джадур удержал ее. Уже вскочила невысокая Фериксушар. Высокий ортеанец угрожающе закричал:

— Дайте нам оружие, и мы освободимся от колдовского отродья Харантиша!

Другой мужчина лениво поднял голову и произнес:

— Теперь нет чистокровных Колдунов. Наши аширен ушли в Кель Харантиш, а их аширен пришли в наши рэйку …