Рейчел Хоукинс - Школа чародеев

Она все еще хихикала, а я все еще улыбалась как сумасшедшая, когда мы вошли в танцзал. Я не знаю, чего я ожидала, но танцзал поразил меня.

Не было никаких бумажных заголовков и воздушных шаров. Вместо этого комната пылала мягкими фееричными огнями, меньшими и более мягкими версиями шара, который Элис всегда делала для нас. Каждый свет отражал что-то похожее на темно-фиолетовый цветок.

Они плавали высоко в воздухе, легко качаясь, будто они были пойманы слабым ветром. Люстры не были включены, но их кристаллы были фиолетовыми и гирлянда заставляла их искриться как аметист.

Зеркала также были открыты. Я подумала, что это может расстроить Дженну, но, когда мы посмотрели в них и увидели только меня, она лишь указала и сказала, — Смотри. В Зазеркалье ты все еще бесконечно удивительна, — что заставило нас обоих засмеяться.

Больше этажи не были из блестящего светлого дерева, как обычно, а глубокого и глянцевого черного. Я покачала головой в восхищении. — Это… круто.

— Я знаю, — сказала Дженна. Она взяла мою руку и сжала ее. — Я очень рада, что ты заставила меня пойти.

Мы толпились с краю некоторое время, наблюдая за танцующими. Я вспомнила школьный бал, на который я пришла с Райаном, где все танцевали как в рэп-видеоклипах.

Все ведьмы и оборотни вальсировали, что немного выводило меня из себя. Никто не сообщил мне, что уроки бальных танцев были необходимым условием для поступления в Гекату.

Феи находились в одном конце зала, делая какой-то тщательно продуманный танец, который был похож на что-то из Англии времен Елизаветы.

Я разыскала танцующих Арчера и Элоди, и у меня перехватило дыхание от того, насколько они оба были красивы: Арчер, высокий и темный, и Элоди, ее волосы, пылали в огнях, а платье, парило вокруг нее.

Но затем я посмотрела на их лица и увидела, что они спорили. Арчер хмурился и смотрел на пятно где-то поверх ее головы, а Элоди, казалось, говорила со скоростью звука.

Потом вдруг Элоди вырвала свои руки из рук Арчера и схватилась за бок.

Чувство страха медленно поднималось во мне, поскольку я наблюдала, как Арчер принуждает ее уйти с танцпола. Она пыталась улыбнуться, но это больше походило на гримасу. Я видела, как она помахала и произнесла «Я в порядке».

Но потом она ахнула и вновь схватилась за бок. Я видела Анну, прокладывающую себе путь через толпу, г-жа Краснофф следовала за ней. К этому времени Элоди уже почти согнулась в три погибели.

— Интересно, что происходит, — сказала Дженна.

Может быть, у нее появилась острая боль в боку.

— Да, может быть.

Я посмотрела и увидела, что Джена смотрит на меня с тревогой.

— Что?

— Что ты сделала с платьем Элоди этим вечером?

— Ничего! — Я настаивала, но я ужасная лгунья и знала, что все написано у меня на лице.

Дженна только покачала головой и стала снова наблюдать за Элоди, которою теперь выводили из комнаты г-жа Каснофф и Анна. Арчер последовал за ними, но Элоди остановила его и что-то сказала.

Конечно, мы не могли услышать, но было очевидно, что она была расстроена. Независимо от того, что она сказала, Арчер отступил на пару шагов и поднял руки перед собой. Элоди вернулась к г-же Каснофф и вдвоем они оставили танцзал, Анна и Арчер тащились позади.

Арчер вернулся через двадцать минут, взволнованный и злой.

Я могла чувствовать взгляд Дженны на затылке, в то время как шла к нему.

— Что случилось? — спросила я его.

Он все еще смотрел на дверь, через которую они выводили Элоди. — Я не знаю. С ней было все в порядке, потом она начала говорить, что ее платье стало слишком тугим, как будто оно село. Она сказала, что оно становилось все туже, и у ей стало трудно дышать. Миссис Каснофф думает, что платье было проклято.

Я была рада, что он не смотрел на меня и не увидел, как я вздрогнула.

Кость знает, что делать.

Знала ли Элис, что это случится, или я как-то напортачила? Может быть, я должна была использовать ее сразу же, и заклинание, наложенное на нее, не знаю, испортилось или что-то подобное за неделю, пока она была у меня.

Или она знала, шептал голос. Она никогда не предназначалась для платья только чтобы изменять цвета. Она предназначалась для того, чтобы навредить Элоди.

Но зачем это Элис? Я знала, что ей не нравится Элоди, но это слишком жестоко. Нет, я, наверно напортачила с приворотом Кевина.

— Эй, — сказал Арчер.

— Да, — вяло сказала я. Потом я улыбнулась и попыталась говорить с большим энтузиазмом.

— Да, я в порядке. Просто это… знаешь, странно как-то все это с Элоди.

— Да, — согласился он, взглянув на дверь.

— Она злится на тебя? — осмелилась я.

Он запустил руку в свои волосы, вздохнул и сказал: «Скорее всего, да. Она сказала мне, что я должен быть рад, потому что теперь могу провести бал с тем человеком, с каким действительно хотел».

Он посмотрел на меня. — Я думаю, она имела в виду тебя.

Вокруг нас было много людей, но внезапно я почувствовала, что мы были одни. И в тот момент, я могу поклясться, что что-то произошло между нами. Вспыхнула какая-то искра, которой раньше не было, по крайней мере, для него.

Он снова оглянулся на дверь и потом улыбнулся мне. — Это будет преступлением не показать это платье. Хочешь потанцевать?

— Конечно, я сказала, пытаясь сделать мой тон самым обычным, но мое сердце так сильно билось, я начала бояться, что он сможет увидеть это. В конце концов, большая часть моей грудной клетки была видна.

Он потянул меня на танцевальную площадку, одна рука покоилась на моей талии, другая держала мою руку на уровне плеч. Я была напугана до смерти, что запутаюсь в платье или наступлю ему на ногу, но благодаря Арчеру мы поплыли вдоль зала.

— Ты умеешь танцевать? — спросила я.

Он посмотрел на меня с улыбкой. — Несколько лет назад, Каснофф решила устроить официальный класс танцев. Посещение было обязательным.

— Мне бы не помешали уроки танцев.

— Нет, ты хорошо справляешься. Просто держись за меня.

Я никогда не получала лучшие указания. Нигде не было видно группы или звуковой системы, просто сказочная музыка, которая, казалось, исходит отовсюду и в то же время ниоткуда.