Евгений Малинин - Драконье горе

Поднявшись за ней наверх, мы оказались в довольно обширном зале, посреди которой располагался большой обеденный стол, окруженный шестью жесткими стульями с прямыми спинками. Окна зала выходили в небольшой садик, а в боковых стенах наличествовали две двери.

Гротта снова присела и коротко произнесла:

– Это общий обеденный зал, а эти двери ведут в личные покои благородных сэров, – и после некоторой заминки с некоторой тревогой добавила: – Благородные сэры желают, чтобы я показала им их личные апартаменты?…

Мы с Вигурдом переглянулись, видимо, у нас обоих мелькнула одна и та же мысль.

– Гротта, – обратился к хозяйке Вигурд самым мягким тоном. – Мы не собираемся настолько утруждать тебя. Думаю, нам вполне по силам самим разобраться в личных апартаментах… – при этом особое ударение он сделал на слове «личных».

На губах у девушки мелькнула облегченная улыбка и тут же погасла, потому что я негромко проговорил:

– Только у меня будет к тебе небольшая и, возможно, необычная просьба…

Гротта чуть побледнела, но спокойно ответила:

– Слушаю тебя, благородный сэр…

– Не знаю, как сэр Вигурд, но я прошу тебя не кланяться мне так часто… Прошу вообще мне не кланяться, я чувствую себя неловко, когда красивая девушка отбивает мне поклоны…

Щеки Гротты вспыхнули румянцем, а глаза широко распахнулись от удивления.

Сэр Вигурд тоже взглянул на меня с удивлением, но тут же произнес:

– Я присоединяюсь к просьбе сэра Владимира…

– Хорошо, благородные сэры… – пробормотала девушка и тут же едва не повторила свой книксен, но вовремя спохватилась и смущенно улыбнулась. Это была первая ее настоящая улыбка, и она очень ей шла. Я улыбнулся ей в ответ:

– А теперь, Гротта, мы пойдем приводить себя в порядок, а ты, пожалуйста, позаботься об обеде… Да, – остановил я готовую сорваться с места девушку, – кроме тебя в доме есть слуги?

– Нет, – ответила хозяйка с неожиданным испугом и добавила дрогнувшим голосом: – Но если благородным сэрам еще кто-то нужен, я могу привести…

– Хорошо, мы… подумаем, – проговорил я и, повернувшись к сэру Вигурду, указал на двери: – Выбирайте, маркиз!

Вигурд улыбнулся и молча направился вправо. Я проследовал в левую дверь.

Мои личные покои состояли из большой спальни с роскошной кроватью, туалета и ванной комнаты, посреди которой размещалась приличных размеров мраморная купальня с шестью блестящими кранами, вмонтированными в ее боковую стену, и широким, но очень низким каменным столом у дальней от входа стены. Напротив спальни располагались небольшой кабинет и совсем уж крохотная гардеробная. В кабинете была еще одна дверь, позволявшая узким коридором и довольно крутой лестницей снова попасть на первый этаж в прихожую.

Я немедленно вылез из доспехов, оставив их около двери спальни, и отправился в ванную. Неожиданно мне стало ясно, насколько я истосковался по… личной чистоте, хотя мои доспехи и обеспечивали… автоматическую уборку!

С кранами я разобрался довольно быстро – из двух текла холодная и горячая вода, из двух мыло с разным запахом, а еще из двух нечто такое, что я решил в свою ванну не пускать. Наполнив купальню горячей водой и добавив немного пахучего мыла для пены, я быстро сбросил свою уже несколько засаленную джинсу и погрузился в ласковую воду. И как только мое тело ушло под пену, дверь тихо скрипнула и в ванную комнату заглянула маленькая остроносая голова, украшенная оранжевой шваброй.

Быстро оглядевшись, Фока чуть повернул мордочку назад и произнес: «Тут он, отмывается…»

Из-за двери послышалась мысль Топса: «Ну и не мешай благородному сэру… приводить себя в порядок».

«А я и не мешаю, – немедленно обиделся Фока. – Что я, к нему в корыто, что ли, лезу?…»

«Дай тебе волю, так ты и в корыто залезешь… – спокойно констатировал Топс и так же спокойно добавил: – Иди лучше, послушай, что лев рассказывает».

Фока немедленно исчез, притворив за собой дверь. Мне тоже захотелось послушать, что же такое рассказывает лев, но я тут же понял, что тот скорее всего пересказывает наш разговор с шутом и принцем, так что ничего нового я бы не услышал.

Разнежившись в горячей воде, я даже чуть задремал, но тут из-за двери послышался голос Гротты:

– Благородный сэр… Сэр Владимир… Тебя и твоего друга ожидает принц… Он него прибыл посыльный с приглашением к обеду…

«Так!… Похоже, принцу не терпится познакомиться со мной поближе… – подумал я. – А мне и надеть нечего!… Придется снова доспехи натягивать!»

И я с некоторой тоской посмотрел на свою не слишком свежую джинсу, лежавшую кучкой недалеко от купальни.

Однако я напрасно волновался, – когда, закутавшись в простыню, я вышел в спальню, рядом с кроватью стоял мой сундук.

Я, конечно же, уже забыл, какой костюм к какому случаю предназначал мой модельер Шапс. Так что, не обременяя себя сомнениями, я достал из сундука камзол черного бархата с серебряным шитьем и кружевами, парные к нему короткие штаны, узорчатые черные чулки и башмаки на низких каблуках, украшенные серебряными бантами. Самое длительное время занял у меня выбор рубашки. Остановившись в конце концов на белой с открытым отложным воротом, я закончил одевание в рекордное время. На шуточки двух своих малорослых помощников я старался не обращать внимания, поскольку вступать с ними в пикировку мне было некогда. Единственное, что я себе позволил, это перед самым выходом погрозить им пальцем и предупредить: «Не шалите!… Вы все-таки в императорском замке, а не в… пещере!»

Надо сказать, что в своем необычном костюме я чувствовал себя неловко только первые несколько минут, а затем просто перестал о нем думать.

Выйдя в столовую, я увидел сэра Вигурда, разодетого в лазоревый с золотом костюм с коротким элегантным кинжалом у пояса, и какого-то маленького серенького сквота, весьма напоминавшего моего, слегка увеличенного, друга Топса, одетого в неброскую темненькую хламидку. Я вопросительно посмотрел на Вигурда, и тот пояснил:

– Принц прислал за нами своего молельника, отца Симота…

– Так ты, отец, служитель культа?… – невольно вырвалось у меня.

– Все мы служители культа!… – неожиданным гулким басом ответствовал отец Симот. – Или ты, сын мой, не веришь в Демиурга?…

Однако я не стал отвечать на его вопрос, а, тщательно подбирая слова, спросил:

– А не можешь ли ты уделить мне время для разговора о Демиурге и… его месте в Мире?…

Молельник внимательно посмотрел мне прямо в глаза и молча кивнул. Потом он быстро опустил глаза, пробормотал:

– Вас ожидает принц, не будем бездумно длить его ожидания!… – и направился к выходу.