Виктория Абзалова - И на всех одна звезда

В отдалении виднелось еще одно строение, прикрытое от посторонних глаз лиловыми флоксами и пышными кустами жасмина, слева несколько берез отступили под натиском стройного соснового бора, начинающегося прямо за оградой с маленькой незаметной калиткой. Дом стоял не то чтобы на холме, а на возвышенности, и тропинка спускалась к речной запруде, выводя к мыльне и удобному мостику над водой…

Всякое вторжение в эту уединенную, почти интимную тишь, казалось неуместным, наглым, кощунственным…

И здесь должен был жить творец! Сосредоточенный живописец или мечтатель-поэт, а может быть композитор, пишущий величественные и возвышенные хоралы… А не черный маг со товарищами!

Первым, кого увидели светлые был сам хозяин и его жена, о чем-то спорящие во дворике. Хаген с хриплым карканьем поднялся в воздух с плеча взбешенного патрона и сделал над парой круг, словно очерчивая защитное пространство. Дамир что-то сказал жене, выразительно дернув головой в сторону дома, но та и не подумала его послушаться, только отступила на шаг, бессознательным жестом опуская руку на едва начавшее округляться лоно.

Ансгар сжал челюсти: так вот почему в последнее время госпожа Лизелла переехала из дворца в вытребованное поместье, да и сам маг практически переселился туда же!

Коварная Тьма, умеющая принимать любые обличья, без промаха бьющая в самое дорогое — разве так уже не случалось?

Дети — Диант и его неугомонная подружка, беременная женщина и трое ничего не подозревающих слуг из предместья, которые должны быть где-то тут (Фестеру так и не удалось приставить сюда своих людей, чертов маг нюхом чуял подосланных)… Если только колдуны хотя бы попытаются использовать их — он разнесет эту идиллическую пастораль собственными руками, и не важно есть у него волшебные силы или нет!!

Король был в гневе.

А это не то, что стоит игнорировать.

— Ваше Величество, — молодой маг поклонился учтивее, чем когда-либо, — Я счастлив приветствовать вас и ваших спутников!

Лишь самая малая капелька яда присутствовала в тоне, и те, кому она была адресована, поняли все правильно. Члены Совета полукругом застыли за монархом, даже сейчас подчеркивая свою 'как-бы-второстепенную' роль. Позади — разворачивалось оцепление…

Ворон опустился на свое законное место, и слепой маг автоматически пригладил блестящие перья. Из тени увитой плющом решетки поднялись двое, первым по ступеням спустился высокий несколько небрежно одетый седой мужчина.

И улыбнулся. Как будто увидел именно то, что ожидал и надеялся.

Он молчал. Долго. Небрежно постукивая пальцами по перилам. Члены Совета не торопились, и можно было догадаться, что вокруг дома точно установлена защита, которую не побороть так запросто даже им.

— Высокий лорд! — первым выступил все-таки Рихард, и досада лорда Робера быстро отступила перед сознанием, что директор Академии кандидатура достойнейшая и… наиболее удобная.

Седой темный сошел с крыльца и стал чуть впереди своего ученика: на шаг, не более.

Пауза. Долгая, очень долгая…

— С нашей последней встречи вы изменились, — Рихард принимает небрежно доброжелательный тон, еще не вполне понимая как действовать с этим.

Темный кивает согласно:

— Да, — он поднимает руку, демонстрируя красивое сильное запястье и — морионовый перстень, жадно светящийся багровым, — Цепей на мне теперь нет.

— Какое упущение! — почти беззвучно прошипела Регина, но ее услышали.

— Действительно, — весомо обозначил темный, — свой шанс вы уже упустили. Причем дважды. Не смотря на все силы Союза и всех магов Анкариона.

— По крайней мере, у тебя и твоих прихвостней больше нет власти, — волшебница окончательно утратила над собой контроль, — Ты слаб, темный, как обычный человек, и никакие уловки тебе не помогут!!

От последней фразы Рузанна дернулась, но напомнить об умении прятать свое поле не успела.

— Именно поэтому вы привели сюда армию? Я уже могу начинать гордиться? — маг красноречиво повел бровью, — Чтобы быть Владыкой, не обязательно таскать на себе корону, а моя Сила не нуждается в подпорках!

Оскорбительный — и прекрасно понятый — намек на посохи, пренебрежительная усмешка, взгляд…

…Тяжелая прядь выбилась из стягивающей волосы ленты, и высокий лоб не отягощал мерещившийся когда-то Рузанне венец. Он даже не накинул камзола, обойдясь по-домашнему просто, но это кажется пустячной прихотью по сравнению с остальным: спокойная, чуточку ленивая улыбка, от которой спина обрастает инеем, и взгляд — не высокомерный, не надменный… Именно: взгляд того, кто знает о своем превосходстве, чье мановение руки может сотрясти мироздание, а воля диктует судьбы, даруя жизнь и обрывая ее…

Подлинное величие, не нуждающееся ни в каких атрибутах. Он не сделал ни одного жеста, но без всякого колдовства перед светлыми внезапно оказался не просто странный седоволосый мужчина с необыкновенно черными глазами, а истинный Лорд, держащий в своих руках половину мощи магического мира. Что с того, что он был безоружен и кроме перстня на пальце не имел при себе никаких артефактов? Тем более!

Тьма мягко обернула плечи плащом, и, протянув руку, маг взял из воздуха Черную флейту.

— Вы пришли ко мне для битвы? — неторопливо уточнил он.

— Судить!!! — выдал Робер, все же решившись напомнить, кто здесь Глава.

Темный расхохотался до слез.

— Вот оно что! А я-то гадаю, почему по старой доброй традиции мне в спину еще не летят стрелы! — отсмеявшись, он пожал плечами и продолжил вытирать ноги о высоких лордов Совета, — Эпос у нас уже был, драма с освобожденным узником тоже, теперь значит фарс… Уровень представления опускается все ниже, эдак мы скоро к анекдотам перейдем!

Большинство из присутствующих снедало желание испепелить проклятого колдуна на месте или всадить ему в сердце несколько дюймов надежной стали. Разве что Рузанна никак не могла отрешиться от непонятного резкого привкуса горечи во рту, и короля занимали совсем другие мысли, нежели пикировки лордов всех мастей. Он направил коня к чародею, уловив, как по правую руку от колдуна Дамир молниеносно переплел пальцы в серии каких-то ведовских знаков, а второй человек — уже не молодой, но статный и крепкий мужчина, полностью вооруженный — тоже сошел со ступеней, становясь за левым плечом колдуна.

Даже не владея чарами, Ансгар ощутил, когда преодолел барьер темных — мир словно бы мигнул на доли секунды. Единственный, — его гвардия осталась у порога, пытаясь усмирить лошадей и себя… Но все это, включая озабоченные и раздраженные, озадаченные взгляды светлых, пристальный, не просто изучающий, а в прямом смысле вынимающий душу, взгляд черного — его не интересовало. Все окружающее перестало существовать, кроме одного.