А. Котенко - Отдел странных явлений: Тайны Черной Земли

— Давай, поторапливайся, — пихнул его между лопаток стражник.

Ивану ничего не оставалось, как идти куда его ведут.

Днем дворец словно преобразился. Массивные своды, показавшиеся безлунной ночью мрачными угнетающими, стали казаться намного выше, и на ярко-голубых лазуритовых потолках можно было рассмотреть красочных птиц. Выложенные из драгоценных камней по стенам бежали животные: кошки, шакалы, лошади, даже зайцы и… медведь с поднятыми передними лапами[25]. Эта мозаика улыбнула программиста и помогла снять напряженность, накопленную за ночь.

Дом фараона состоял из нескольких зданий, и между ними были выстроены крытые переходы, по столбам которых свисали если не плющи, то очень похожие растения. В каждом из коридоров имелось несколько массивных дверей.

Сначала парень пытался запомнить дорогу, по которой его вели, но очень быстро совсем перестал ориентироваться в череде комиксов на стенах. У него даже возникла мысль, что подчиненные фараона водили его кругами, чтобы запутать. Зачем, если все равно собирались убить и ждали только официальной санкции фараона? Или на всякий случай?

— Заходи, — объявил идущий впереди пленника охранник и отошел в сторону перед отделанной золотом высокой дверью.

Она была открыта, и за ней висела тяжелая красная материя, расшитая драгоценными камнями. Ивана притащили не иначе, как в тронный зал.

Чему быть, того не миновать, русский парень вздохнул и смело вошел внутрь. Перед ним раскрылось огромное помещение, чем-то отдаленно напоминающее станцию 'Арбатская' московского метро, только колонны раза в три уже, с бутонами лотосов под сводами. От одной колонны до другой тянулись золоченые рельефы с маленькими бутончиками. Ну и, естественно, электрических лампочек и платформ для поездов в тронном зале фараона тоже не имелось, а жаль. По длине всей комнаты была протянута ковровая дорожка шириной метров в пять. Не красная как принято в будущем, а желтая с синими узорами. Мягкая-мягкая, почувствовал Иван, ступив на древнее чудо, созданное местными ткачихами. Сначала он было испугался, что испортит ковер кроссовками. Программист робко шагнул и удостоверился, что произведению искусства от его резиновой подошвы ничего не делается. К счастью, песок из его оригинальной по здешним меркам обуви успел высыпаться во время блужданий по дворцу и отсидки в подвале.

В конце зала, метрах в десяти от входа в него, на тронах восседали фараон и его супруга, и туда предстояло идти мимо доброй полсотни приближенных персон: слуг, покорно склонивших головы, армии телохранителей, писца с большим папирусным свитком, женщины в роскошном платье и трех мужчин-чиновников.

У Ивана не осталось страха. За ночь пребывания в подвале он разработал примерный план действий и уверенно смотрел на невысокого лысого старичка, лицом напоминающего Хрущева, одетого в длинное белое платье. Рядом с этим человеком, гордо подняв голову стоял некто, вылитый Гоша Куценко после трех часов в солярии. А по правую руку от кеметской копии кинозвезды расположился высокий мужчина лет двадцати пяти, одетый как и все остальные стражники в красную юбку с белой каймой.

Эти три человека бросили не очень доброжелательные взгляды на пленника, и программист поспешил отвернуться. 'Эйе — один из них, интересно, кто! — мелькнула мысль в голове у Вани. Его взгляд упал на полноватого писца, сидевшего на коленях по правую руку от фараона. Рядом расположились три девочки лет десяти от роду и высокая кудрявая женщина неимоверной красоты, с виду лет сорока. Скорее всего, эти четверо были ближайшими родственниками правителя, иначе бы их не подпустили так близко к трону.

— На колени, презренный, — стражник, что привел Ивана в тронный зал, пихнул его в лопатки и пнул по голеням.

Не ожидая такого, программист свалился, удавившись лбом об пол. И тут ему на затылок опустилась грузная нога охранника:

— Целуй землю у ног нашего царя и бога, разум, здоровье, сила!

'Да пошел ты вместе со своим богом, знаешь куда? — чуть не сорвалось с языка у парня.

Озвучь Иван эту мысль, он тотчас бы оказался в немилости всех присутствующих. А пока он надеялся склонить на свою сторону правителя.

— Больно же! — прошипел программист, пытаясь поднять голову.

Теперь он видел перед собой только две пары ног — Владыки Двух Земель и его супруги. Когда стражник перестал удерживать Ваню за затылок, он медленно поднял голову и встретился взглядом с правителем.

— Развяжите, я не буйный, — простонал парень, умоляюще глядя на стражника.

Тот встретился глазами с фараоном, и когда владыка кивнул, снял веревку с затекших запястий программиста.

Фараон держал в руках два скипетра, цеп и крюк, атрибуты власти. Формальности.

Голову правителя венчала лишь тиара с двумя змеями поверх заплетенного в уйму косичек парика-карэ, закрывающего уши. Как и полагалось по правилам кеметского этикета, он нацепил и уродливую искусственную бороду. А глаза… лицо… под толстым слоем хны и прочей косметики разглядеть ничего, вообще, было невозможно. На человека словно маску надели. Густоте теней и подводок вокруг глаз, вообще, обзавидовался бы любой российский эмо.

Чем-то правитель, да, походил на картинки из учебника: надменный, на лице ни одной эмоции, смотрит словно в одну точку, и от него, как показалось Ване, исходит отталкивающая энергия, вселяющая страх во все живое, находящееся вокруг. Но в этом напыщенном образе присутствовали и черты, присущие обычному человеку, например, программист заметил, что фараон время от времени прикусывает нижнюю губу и теребит пальцами скипетры.

На каждой руке у Тутанхамона было по два широких браслета, по одному на запястьях и предплечьях. Блестящие золотые нашивки и тесьмы украшали и длинную полупрозрачную юбку на роскошном узорчатом поясе. К спинке трона была прислонена длинная, больше метра золотая палочка типа 'трость'. Ваня припомнил, как два дня назад видел, что у фараона туго перетянуто колено. Наверное, без трости он и ходить-то толком не может. Хотя сидя он выглядел весьма стройным и складным, и не подумаешь, что хромоногий. Оценив правителя с ног до головы, Иван перевел взгляд на его супругу.

Девушка была почти на голову ниже своего мужа, если встанет, то до груди Дуракову. А по лицу, вряд ли ее можно было назвать Первой Леди Кемета. Ее длинные черные волосы аккуратно уложены в хвост и завязаны широкой, вышитой опять же золотом, лентой, а уж прозрачное платье… 'Эх, был бы тут Кирилл, любитель китайского порнографического мультика 'Хентай', - подумал программист, — вот он бы оценил прикид этой девахи'. А Ивана немного смущала мода кеметских девушек носить все прозрачное и открывать грудь напоказ.