Геннадий Адамович - Пояс Рода

— Но у меня на службе случилось несколько ЧП подряд, и похоже, мне пора сваливать. Только пока неясно, куда. Но я, в общем, немного не для этого приехал… — он неловко помялся. — Ты не думай, в другой ситуации я бы никогда не стал бы… Но тут… не знаю, будет ли еще случай. Пойдем.

Они, не сговариваясь, уселись под яблоней, где когда-то была беседка, с которой была видна река и где так хорошо мечталось, дышалось и просто… и оба одновременно это заметили… Что-то сдвинулось в воздухе… но, такое пугливое и неуловимое, оно сразу пропало, как только была сказана первая фраза:

— Вот что здесь получается: помнишь, как мы вычисляли места Силы? Так вот. В них всегда не только энергия. В ней — все, кто на нее подсел, все, кто не может добраться, а также те, кто должны были ее охранять, но, так сказать, не совсем справились с обязанностями. Это касается людей, животных, нефизических сущностей и элементалей, которые в таких местах даже как бы «обрастают» материей. Именно поэтому люди в таких местах видят всяких сказочных существ, особенно если еще и сами чувствительные. Откуда эти сущности берут куски материи?

Что у людей, это ясно. У каких? У живых, если хотят их руками что-то сделать, и у умерших, если их души неупокоены.

Значит, там есть массовые захоронения. Из них место набрало Силу.

Когда-то такие места сооружались специально. И все племя, или Род, почитали своих предков, захороненных в этом месте. Предки, или Деды, несмотря на то, что с точки зрения Христианства это неправильно, оставались там и охраняли, предупреждали и помогали своим потомкам. Род, а возможно, в более широком понятии, целое племя или даже больше, имел реальную поддержку от тех, кто жил ранее.

Выполнялись специальные обряды, их было несколько в году, когда на этих местах отправлялись специальные ритуалы, в которых потомки не только спрашивали у предков совета, но и сами помогали им в их развитии и жизни, получается, уже после смерти. К этим праздникам и ритуалам относились очень серьезно. Для их соблюдения были специальные люди. Иногда один, иногда двое. Вообще-то древние не были такими ханжами и вполне признавали, что в мире есть женское и мужское начало. Следовательно, обряды часто отправляли мужчина и женщина, но по отдельности. У каждого была своя функция. Четкого разделения не было, но при такой схеме было и больше гармонии, и больше гарантий правильности и безопасности.

Мужское, скажем, дело — охрана и добыча, постройка и всякие такие действия. Этим занимался один.

Другой — занимался очищением душ, молитвами за них, коррекцией, так сказать.

Наверное, периодически накапливалась некая критическая масса, но все это имело многовековую отлаженную систему балансирования.

В таком месте может скопиться колоссальная энергия. Она даже может преобразоваться в нечто, что мы наблюдаем в этой местности — вихревое образование вроде клубка змей, обладающее каким-то коллективным, а возможно, даже и индивидуальным, сознанием. Эта сущность должна выражать интересы Рода во всем их противоречии и стремиться поддерживать их, защищать и способствовать выживанию.

Можно предположить, что была еще и некая сила, которая контролировала эти две, и периодически — вслушайся — отрезала негодное. Это — еще один интересный момент.

Он смыкается с сюжетами многих сказок. Марья-Искусница, или Василиса, или еще кто-то там рукодельный, и Змей, который то ли ее охраняет, то ли стережет. То ли быль, то ли небыль — понимай как хочешь…

— Да, помнишь, когда-то мы говорили об этом… кто знал, что все это настолько реально… вот как ни крути, выходит, что это делалось сознательно и планомерно, иначе кто бы этим занимался в те времена? Даже советские историки-этнографы не оспаривали того, что ни один обряд древности не был направлен ни на что другое, как на выживание общины.

Теперь про этот самый Пояс. Каждый человек в Роду, то есть его жизнь — это нить общей ткани, или пояса. От нитей, или людей, зависит длина, крепость и узор пояса. Заканчиваются нити — заканчивается пояс. Пояса переплетаются, сходятся и расходятся… красивая картина, правда!

Это можно рассматривать и буквально, и как метафору — возразить нечего.

Так вот. Качество нитей зависит от души человека и того, как он прожил свою жизнь.

Недаром у нас в Слуцке, но наверное, и не только, были мастерицы, которые плели ритуальные пояса для шляхетских родов. Кое-кто считает, что в них каждая нить что-то или кого-то обозначала. Золотые нити вплетались для привлечения славы и богатства, серебряные — для накопления знаний и талантов. Ткачихи ткали их, в медитативном состоянии находя нужный узор. Настоящий такой пояс представлял собой матрицу развития рода. Можно было предвидеть критические моменты, планировать свадьбы, видеть будущее и даже корректировать его. Но, с другой стороны, можно таким образом и свести род на нет. Возможно, это и было сделано, когда ткачих сделали практически рабынями, чтобы секреты не выходили за пределы помещения, в котором они работали. Это была идея Радзивиллов: они, став захватчиками и владельцами многих древних имений вследствие тогдашних политических изменений, стремились закрепиться в этом качестве. Им необходимо было ИЗМЕНИТЬ РОДОВЫЕ УЗОРЫ.

Я специально занялся изучением этого вопроса. Оказывается, это были не совсем ткачихи, а ведуньи культа Макоши. Они составляли пояса для самых древних родов. С ними можно было договориться, и они помогали кое-что исправить. Правда, и наоборот могли сделать. В один совсем не прекрасный день кто-то решил, что нечего ездить и просить, бояться и зависеть, гораздо проще взять их, этих ведьм, так сказать, под контроль, для изоляции и установления монополии: понимаешь! Над контролем судеб, ни больше, ни меньше.

А может, они и сами попросили убежища, что даже очень может быть. Ведь как раз в это время древнюю Москву Долгорукий оккупировал, и тамошних служительниц Макоши порешил всех.

Наверное, какое-то время все было хорошо, пока их, этих ткачих, не лишили всяческой свободы.

Наверное, тогда и пришла эта идея Радзивиллу в голову — использовать и их силу для укрепления своего влияния.

Но ничего не вышло: жрицы-ткачихи отказались подчиняться княжеской власти, говоря, что это приведет к страшным последствиям для всей Литвы, и она будет поглощена другими властителями, останется «БЕЗ СВОЕЙ СУДЬБЫ». Князь, конечно, выслушал, вник в вопрос, но был с позицией служительниц культа не согласен — у него были свои цели. Ткачихи были сожжены. Для создания новых поясов и узоров был приглашен мастер, обучавшийся в Персии. Он создал и новые узоры, и новую мануфактуру. В эти мастерские женщин не пускали на порог, во избежание даже случайного проникновения какой-либо случайно уцелевшей волшебницы-ткачихи.