Людмила Минич - Кровь ниори

– Да, – услыхал он вместо того, на что надеялся.

– Ну, а теперь мне как тебя называть?

– Можешь как раньше.

– Не могу! – упрямо отрезал Леки. Это уже слишком.

Голос его спутника оставался все таким же спокойным, несмотря на глупую вспышку Леки.

– Меня зовут Отэйе Иллири, – сказал он так небрежно, как будто эти два слова для него совершенно ничего не значили. – Можешь называть меня Иллири. Но на людях не упоминай этого имени.

– А первое?

– Это родовое. Оно в Идэлиниори очень широко распространено, восходит к священной птице Отэ.

– Белой Птице?

– Да, к ней. Но ты понял? Не упоминай моего имени на людях.

– Хорошо. – Леки пожал плечами. – А как тебя тогда называть?

– Дэйи.

– Но это же…

– Не все ли тебе равно, – уже с нажимом проговорил его спутник. – Леки, как ты не понимаешь, все время тебе придется помнить о таких пустяках, как мое имя, чтобы не проговориться. А обстоятельства иногда такими бывают… что ни одной капли внимания потратить безнаказанно нельзя. Исход может быть смертельным. Смертельным для тебя и для остальных. Подумай об этом.

– У тебя есть такие дела, что ты не хочешь…

– Разве недостаточно моей просьбы?

– Хорошо.

Леки снова пожал плечами. И чего ниори так боится? Хоть, что ни говори, это его дело. Они немного помолчали, и, видя, что Дэйи не собирается продолжать, Леки снова пошел в атаку:

– А то дело, за которым ты едешь, оно тоже к ниори касательство имеет?

– Все мои дела касаются ниори.

– Кому-то угрожает опасность?

– Да.

– А откуда тут, в лесу, ты про это узнал? Или какой-нибудь атай на хвосте принес? – спросил Леки полушутя-полусерьезно.

– Нет. Эффии принес мне его.

– Эффии? Это посланник?

– Можно и так сказать.

Как все это иногда бесило Леки!

– Ну, ты же отлично соображаешь: я просто разузнать пытаюсь, что все-таки вокруг меня делается! Куда мы едем? Что будем делать? Сам говоришь, что такие случаи бывают, когда опасность грозит, и тогда лучше все внимание в дело употребить, чем «на пустяках его задерживать», как, к примеру… что же вокруг тебя делается! Ведь для твоего же спокойствия лучше будет, если ты растолкуешь мне, в чем дело! Чего ждать и чего опасаться. Я тебя не подведу!

Иногда Леки сбивало с толку, что как раз в те моменты, когда он ожидал вспышки или недовольства от своего спутника, его тон становился, наоборот, необычайно мягким.

– Мне совсем ни к чему скрываться от тебя теперь, после того, что ты услышал прошлой ночью. Но мне… ненавистна эта привычка людей… выпытывать то, что им хочется знать, вот так… обиняками. Не так давно я говорил тебе: если что-то хочешь знать – спроси. Не надо этих уловок. Я устаю от них.

– Я уже спросил, – сказал Леки подавленно.

Как ребенка отчитал! Так ему и надо, коль с первого раза не усвоил. Он просто еще не привык.

– Я постоянно получаю такие послания с эффии. Я так живу – от эффии до эффии. Постараюсь объяснить тебе: Эффии – бестелесные сущности. Для меня они на вид как огонь, холодное зеленоватое пламя. Странные, непонятные существа. Даже не все ниори способны видеть их. Способность видеть эффии осталась у тех, у кого нет ни капли человеческой крови. Но и это не все. Не знаю, что еще нужно, но показываются они не всем. Они несут… образы. Нечто вроде образов. Ты видишь в этих образах кого-то знакомого, кто мог бы послать тебе эффии, то, что с ним происходит… или о чем он думает… – Он сбился. – В первый раз пытаюсь объяснить, что такое эффии. Но я и сам этого не знаю. Мне достаточно того, что они приносят. А приносят они вести. Плохие, как правило. И я следую туда, куда они меня зовут. Сегодня на рассвете я получил такой эффии из Эгроса. Нок Барайм – один из нас. Он королевский придворный лекарь, и старый Король ценил его многие годы. Осыпал милостями и почестями. А теперь его вот-вот должны схватить по приказу нового Короля. Да еще во время празднеств в честь коронации. Это очень странно… и опасно для нас. Я надеюсь не опоздать.

– А если ты опоздаешь и его схватят?

– Королевское подземелье – не самое страшное, можно еще побороться.

Воцарилась пауза, пока Леки переваривал последние слова спутника.

– А как ты бороться собираешься? – подозрительно спросил он наконец. – Вломишься в одиночку в Королевскую тюрьму? Я ее, то есть тюрьму, не видал, но думаю, это будет не так-то просто. Или отобьешь у конвойных стражников? Или что?

– Там посмотрим, – туманно ответил страж.

– А этот человек… Фу ты, ну не человек, а этот Нок… Барайм, что ли? Или как? – Дэйи утвердительно наклонил голову. – Он ниори?

– Полукровка. Но это все равно. Он под защитой.

– Он этот зеленый огонь тебе и послал?

– Нет. Я разве не сказал? Только чистые ниори могут видеть их. И посылать тоже. И то не все. Только истинный ниори мог сделать это.

– Но кто тогда? И почему он сам этому лекарю не помог?

– Много вопросов. Обычно эффии показывают пославшего их. – Он покачал головой. – Но иначе тоже случается… Я не знаю, кто послал его, но это был ниори. В Эгросе есть ниори. Даже истинные. Как и во всех больших городах. Не много, но есть. Но это не страж, он не стал бы звать на помощь, если бы не… – Он замолк на миг. – Еще узнаем.

– А это, – осторожно спросил Леки, – не ловушка?

– Способный послать эффии не станет устраивать ловушку ниори. Мы не воюем друг с другом. Ну что, ты узнал все, что хотел? – внезапно прервал он разговор. – Завтрашний день начнется очень рано и будет нелегким, я предчувствую это. Надо отдохнуть.

«Я ему уже достаточно надоел», – решил Леки. Страшно хотелось спросить еще одно. Но спросить прямо он боялся, а вытягивать из Дэйи бесполезно, это он уже понял. Но в самый разгар его мучительных раздумий спутник сам подал голос.

– Спрашивай же! А то полночи еще будешь мучиться.

«А говорит, мысли не читает», – то ли с досадой, то ли с облегчением подумал Леки, а вслух сказал:

– А тот человек, которого я видел с тобой на площади… то, что он пропал, это не связано с…

– Нет, – отрезал собеседник. – Это мое дело. И лучше никому не рассказывай об этом. Тебе лучше вообще забыть о нем.

– Трудно его забыть. Не знаю отчего, но трудно, – задумчиво прошептал Леки, но ниори все-таки услышал его.

– Он опасен. Если ты его когда-нибудь увидишь, встретишь – берегись! – произнес он с нажимом, вскочил и стремительно зашагал прочь в заросли, не оставив Леки возможности продолжить расспросы и ввергнув его в полное недоумение.

Растолкал он Леки на следующее утро совсем рано, еще до рассвета, и они споро начали собираться в дорогу.

– Часть дороги проходит через Тэйсинский лес, – деловито проговорил ниори, обернувшись к Леки. – В это время здесь бывает очень неспокойно.