Мэгги Фьюри - Пламенеющий Меч

Занна застыла, пораженная ужасом. А вдруг кто-нибудь слышал его вопли? Надо поскорее убираться отсюда. У девушки не было времени искать нужный кристалл, она просто сгребла все их в кучу и, завернув в кусок ткани, оторванный от юбки, стремглав бросилась к двери, противоположной той, в которую вошла.

Теперь уже не думая об осторожности, она сбежала по деревянной лестнице в столовую и долго стояла там, прижавшись к двери. Ее била дрожь. Потом взгляд девушки упал на окровавленные руки. Оказывается, она вся перемазалась кровью. От отвращения ее вырвало. Занна механически вытерла рот окровавленной рукой, и ее вырвало снова. С трудом ей удалось овладеть собой. Неужели она убила человека? Но у Занны не было возможности предаваться раскаянию. Она должна помочь отцу, а времени у нее почти не осталось.

На верхнем этаже по-прежнему было тихо. Занна наконец сообразила, что, если бы крики Джанока кто-то услышал, уже давно поднялась бы тревога. Ее спасло то, что спальня слуг была далеко и от кухни, и от поста охраны у выхода из внутреннего двора. Девушка наконец вздохнула с облегчением. Ночь была лунная, и, выбрав место посветлее, она опустилась на колени. Только теперь Занна вспомнила, что забыла взять с собой свечу, но, конечно, заставить себя вернуться наверх, к трупу Джанока, она была не в силах.

Занна по одному выложила кристаллы на пол. Все они загадочно поблескивали в лунном свете, но только два, красный и серебристо-голубой, светились изнутри. Занна вновь стала перебирать их и наконец нашла тот, что искала, — зеленый. По-прежнему стоя на коленях, Занна сжимала кристалл в ладонях и, молясь всем известным ей богам, напряженно пыталась представить себе лицо волшебницы Ориэллы.

Глава 12. КРИК О ПОМОЩИ

Ориэлле очень нравилось, что внешний вид Ксандимской твердыни довольно слабо соответствует ее внутреннему облику. Снаружи крепость выглядела обычной каменной громадой с прямыми линиями и четко очерченными углами, но внутри, если внимательно приглядеться, все было иначе и напоминало, скорее, живое существо, чем бездушную человеческую постройку. Стены и полы как-то чересчур плавно переходили друг в друга, а все детали интерьера, спокон до очагов, от дверных притолок до скамеек были так естественно и гармонично связаны между собой, что невольно наводили на мысль о частях какого-то гигантского тела. Лавки тоже как бы вырастали из стен на самом подходящем для людей уровне, и самые широкие из них ксандимцы покрывали овечьими шкурами и вереском и использовали в качестве постелей.

Чайм поселил своих гостей в высокой двухэтажной башенке, примыкающей к скалам в задней части крепости. Внутри ее проходила винтовая лестница, на каждом этаже имелось по несколько небольших комнат, а снизу доступ в башню закрывала тяжелая дверь. Комнаты были маленькими, но уютными и протапливались гораздо быстрее, чем огромные помещения в главной части крепости. К тому же вместе друзья чувствовали себя гораздо увереннее. Даже Паррик, к явному неудовольствию ксандимских старейшин, предпочел поселиться со своими соотечественниками, а не в палатах, положенных Хозяину Табунов.

Ориэлла и Анвар делили две верхние комнатки с пантерами и волками. В соседней комнате поселились Язур с Боаном, а в следующей — Чайм. Шианнат и Искальда, которые еще не вполне освоились после изгнания, жили на нижнем этаже вместе с Сангрой, Парриком и покойным Элевином. Когда старик умер, Язур тоже решил перебраться вниз, чтобы быть поближе к Шианнату и Искальде, с которыми у него завязалась тесная дружба. К большому удовольствию Шиа и Хану, наверху стало просторнее, да и волки получили возможность держаться обособленно от людей. Они устроили у себя в комнате некое подобие логова из тростника, которое Ориэлла утеплила, подстелив туда свой старый изорванный плащ.

Чайм специально позаботился о нуждах гостей, не принадлежащих к двуногим. Расстояние между скалами и окном в комнате Боана было небольшим, и он соорудил там грубый, но надежный мостик из толстой и крепкой доски. Теперь Шиа, Хану и волки получили возможность выбираться из башни прямо на лабиринт узких выступов и тропок, ведущих к Пику, Обдуваемому Ветрами, где они могли бродить и охотиться в свое удовольствие.

Хотя Ориэлла с Анваром долгое время отсутствовали в далеких краях, их комната, однако, уже имела вполне обжитой вид: Паррик, пользуясь своей властью Хозяина Табунов, выдал им новую амуницию специально для путешествий на север, и теперь все кровати и скамейки были завалены одеждой. Здесь были теплые штаны и туники, льняные и шерстяные рубахи, сапоги из мягкой, но крепкой кожи, толстые длинные пончо из волчьей шерсти, окрашенные в зеленые и золотые цвета пастбищ, а к ним прилагались еще промасленные накидки из тонкой кожи, которые в свернутом виде не занимали много места, но были незаменимы в дождь.

Ориэлле ее новое жилище показалось теплым и уютным. Закопченный медный котел с водой нежно попыхивал паром над огромным очагом. На столе теснились тарелки и чашки, вырезанные из рога или кости, кувшин с водой, пузатая бутыль со сладким элем и внушительная фляга с медовухой. Полки ломились от бесчисленных кожаных мешочков с ягодами, лепестками и листьями для приготовления различных чаев. Кроме того, в комнате имелся богатый запас хлебных караваев, гигантских кругов сыра и корзин с фруктами, чтобы уважаемые гости не затрудняли себя походами в чулан или кладовую.

Жезл Земли и Арфа Ветров притулились в изголовье кровати, подальше от любопытных рук и неосторожных ног. Их смешанные переливы изумрудно-зеленого и серебристо-лунного света резко контрастировали с более теплыми шафрановыми тонами светильников и камина, и в результате лица собравшихся были освещены тем мягким, струящимся светом, который дает летнее солнце, пробиваясь сквозь густую листву высокого бука.

Вульф мирно дремал на коленях Ориэллы, а сама волшебница, вместе с Анваром, раскрыв рот слушала рассказ Басилевса об истории Молдай. Шиа и Хану еще не вернулись со Стального Когтя, Боан спал богатырским сном в соседней комнате, а Сангра с Парриком, будучи не в состоянии принять участие в мысленной беседе, уединились, чтобы почтить память, Элевина бутылочкой-другой крепкого вина. Чайм, который уже слышал эту историю, следил за повествованием Басилевса вполуха, но зато с увлечением наблюдал за диковинной игрой, которой развлекались маги, слушая духа Горы.

Ориэлла, подняв руку, творила огненный шарик, а затем подбрасывала его в воздух. Подчиняясь ее воле, шарик летал по комнате, послушно огибая предметы. Анвар в свою очередь тоже должен был создать огненный шарик и повторить траекторию, заданную Ориэллой. Задача была тем сложнее, что одновременно приходилось еще и внимательно слушать Басилевса. Ориэлла затеяла эту игру, чтобы ее возлюбленный немного попрактиковался в магии Огня — ведь Анвар никогда не был в ней особенно силен, а Арфа, чьей стихией был Воздух, ничем в этом смысле не могла помочь своему хозяину. Следя за его неуклюжими попытками, Чайм подумал, что такие упражнения и впрямь очень полезны для мага.