Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга - Анна (Нюша) Порохня

что же их ждет впереди? – поинтересовалась Лида. – Или об этом нельзя говорить?

- Почему же нельзя? Можно… Эти парни станут самыми близкими людьми, - ответила она, не переставая улыбаться. – Кевин будет готов пожертвовать жизнью за Александра, а он с легкостью отдаст свою за него.

Я посмотрела на мальчиков и заметила, что они обменялись злыми взглядами, а потом показали друг другу языки. У Кевина начинал заплывать правый глаз, а у Александра левый.

М-да уж… Оставалось надеяться, что тетушка Белладонна действительно умеет предсказывать будущее.

- Кое-что я вижу и про вас… - вдруг сказала тетушка Белладонна, постукивая пальцем по картам. – Очень интересно. Победа над смертью. Мертвые, словно живые и живые, словно мертвые… Ничего не понимаю…

Почему-то я сразу подумала о предстоящих похоронах сестры гранда. Может это связано с ней? Но что значит «мертвые, словно живые и живые, словно мертвые»?

Домой мы возвращались уже под густым снегом, который моментально превратил серый мрачный лес в сказочное место. Александр ушел вперед, и мы старались не упустить из вида его худенькую фигурку.

- Натерпимся мы еще с ним, - вздохнула Варежкина. – Нужно пацана в руки брать.

- Ну а что ты хотела с такой-то матерью? Леди Дивелла внушала Александру, что у него есть некое превосходство над остальными. Хорошо, что он еще ребенок и это легко исправить, - я шутливо подтолкнула Лиду локтем. – У тебя вон как хорошо получается подзатыльники раздавать.

- Меня в детстве крапивой пороли. Вот где была профилактика от всех моих закидонов…

- Жестоко, - усмехнулась я. – Наверное, жгло ужасно.

- Слушай, это ведь самое эффективное лечение травами детских капризов. Гомеопатия в действии, так сказать, - хохотнула Варежкина. – Как рукой все снимало! А я ведь в детстве такое творила, что родители за голову хватались. То соседскую свинью оседлаю, то шторы на платье порежу…

Вернувшись в маяк, мы первым делом отправились узнать как дела у сэра Брумса. Ученый находился в своей комнате и что-то писал, сидя за столом.

- Что-нибудь обнаружили, сэр Брумс? – спросила я, отметив, что на его столе кроме биолокационной рамки лежит доска Уиджа и маятник. Похоже, ученый подготовился конкретно.

- О-о, вы уже вернулись! – ученый поднялся. – Естественно обнаружил! Все признаки паранормальной активности! Фантомные звуки и ароматы, резкое понижение температуры, а как заволновалась моя дорогая Эви! Любо дорого было посмотреть!

Сэр Брумс нагнулся и поднял с пола небольшую клетку, в которой сидела белоснежная крыса с красными глазками-бусинами.

- Так что, впереди нас ждет много интересного! – в его глазах горел азарт. – Мы обязательно свяжемся с духами, обитающими в этом месте!

Но как оказалось духи сами жаждали общения. Этой ночью все повторилось. Только стуки с шорохами стали еще сильнее, а к трем часам к ним еще присоединились тоскливые вздохи, от которых на душе становилось муторно.

- Точно это связано с завтрашним печальным мероприятием! – прошептала Варежкина, прислушиваясь к звукам, доносящимся из башни. – Призраки нас предупреждают о чем-то! Фунтикова, мы обязательно должны провести расследование!

- Хорошо, проведем, - пообещала я. – А теперь спать. Завтра тяжелый день.

На остров медленно опускалась уже настоящая зима… Она пришла вместе с холодами, таинственной темнотой, пронизанной искрящимся снегом и ледяными секретами, которые манили своей опасностью. Я чувствовала ее дыхание… оно проникало в стены маяка, пробегая по ним серебристыми змейками, сковывало морозным узором окна, заставляя их тихо потрескивать. Остров раскрывался перед нами, и я это чувствовала все сильнее.

Глава 37

Глава 37

К положенному времени мы уже были полностью готовы. Для такого случая мы даже попросили у Салмы пару чистых штанов Дадли. Их все равно не будет видно под плащами. Зато плюсы были очевидными. Во-первых, на улице было холодно, а во-вторых, впереди нас ждало настоящее расследование,. И в платьях проводить его не совсем удобно.

Грэйс отчитался нам, что могилу они выкопали неподалеку от захоронения леди Илоны, а оно находилось совсем близко от кладбищенских ворот, со стороны леса.

На улице стояла морозная погода. Низкие тучи цеплялись за верхушку маяка, плыли по небу рваными клочьями, а между ними проглядывала яркая синь. На остров опустилось странное затишье, словно природа испуганно замерла, предчувствуя надвигающуюся бурю. И эта зловещая тишина лишь усиливала неуютное ощущение, будоражащее душу.

Мы подъехали к кладбищу, и я попросила Грэйса, чтобы он спрятал экипаж между елями. Нас никто не должен был видеть. Как только мы с Варежкиной спрыгнули на землю, на дороге со стороны «большой земли» показались экипажи.

- Идите к воротам кладбища и смотрите, не проговоритесь, что мы здесь! – предупредила мужчин Лида.

- Ни в коем случае! Леди, да за кого вы меня принимаете, якорь мне в печенку?! – возмутился Грэйс. После чего он повернулся к Дадли и строго поинтересовался: – Ты слышал, что от нас требуется?

- Слышал! И все понимаю. Не дурак, - проворчал тот. – Я языком трепать не люблю!

Мужчины ушли, а мы продолжили наблюдать за приближающейся процессией, если так можно было назвать три экипажа, одним из которых был катафалк.

Если честно, я даже немного обалдела, увидев его вблизи. Снаружи карета была украшена резьбой, позолотой, фигурками воронов, держащих траурную ленту, и живыми венками.

Лошадей подобрали под стать экипажу: черной масти, с соответствующим цветом упряжи и плюмажами. Размах у гранда был что надо.

Но вот провожающих оказалось немного. Сам Карлос де ла Серда да его вездесущий помощник Донгэй. В другом экипаже находились слуги.

- Маловато провожающих, ты не находишь? – прошептала Варежкина.

- Так о сестре гранда, похоже, мало кто знал.

- А как же дочери Карлоса? Неужели им наплевать на смерть тетушки? – удивилась Лида. – Странно все это. Зато Донгэй здесь. Словно тень следует за своим хозяином!

Тем временем слуги, прибывшие в третьем экипаже, достали из катафалка гроб и потащили его на кладбище, держа за позолоченные ручки. Грэйс с Дадли показывали им дорогу к могиле.

Мы тоже пошли по ельнику, чтобы оказаться ближе. Выбрав удобное место для наблюдения, Варежкина тихо сказала:

- Я бы не сказала, что гранд сильно расстроен. Мне кажется, будто ему не терпится убраться отсюда подальше.

Мне тоже так показалось. Все движения Карлоса де ла Серда были нервными: он часто посматривал на ворота кладбища и постукивал перчатками по бедру.

Наконец гроб поставили