Николай Чугунов - Слово на удачу

Вдруг его внимание привлек едва слышный шорох из соседней клетки. Он, едва заметно скосив глаза, вдруг встретился взглядом с собственным "отражением". Взгляд второго Артема "оригиналу" не понравился — уж слишком он был жестким, и слишком походил на взгляд самого некроманта.

"Дубль", внимательно оглядев ангар, бесшумно скользнул к решетке. Деревянные брусья, встретившись со сталью артемова туристического ножа, поддались уже через полчаса. Бережно уложив обрезки на койку, Артем-второй выскользнул наружу. Девушка последовала за ним.

Против ожидания, парочка не пошла к воротам, как сделал бы на их месте "оригинал". Артем-второй принялся прорезать дыру в задней стенке ангара — парень, вспомнив свой единственный выход наружу, мысленно зааплодировал: именно там раскинулись густые заросли местной полыни. Да, если это настоящие люди — и воля, и мозги у них определенно присутствуют. Даже — Артему на миг стало стыдно — побольше, чем у "оригинала".

— Сбежали, — Артем чуть не подавился утренней похлебкой: он понял, что сказала эта коренастая женщина с нашивками капитана. — Это как понимать, господин майор?

— Так и понимать, — отозвался чародей, равнодушно пожав плечами. — Как это в рапорте говорится: "известными вам лицами был совершен побег, поисковые мероприятия проводятся".

— Понятно, — Кантелла еще секунду стояла неподвижно. — Они не могли уйти далеко. Людвиг, Гедимин — на выход. Возьмем их еще до обеда.

— Отставить, — в голосе чародея прорезался совершенно жутких холод — казалось, еще чуть-чуть, и в ангаре пойдет снег.

— Я вам не подчиняюсь, достопочтенный Бриммен, — ядовито отозвалась Кантелла. — И мои люди — тоже!

— Я бы не советовал со мной ссориться, капитан, — лицо некроманта превратилось в жуткую маску, которая никак не могла принадлежать человеку. — Вы остаетесь здесь. Это приказ. Невыполнение я буду считать изменой.

Кантелла еще секунду стояла у дыры в брусьях, пытаясь переиграть чародея в "гляделки", но вскоре сдалась.

— Людвиг, Гедимин, отбой. Знаете что, Бриммен?

— Да-да? — колдун, возвратив себе человеческий облик, уже сидел за столом, изучая какие-то записки.

— Если из-за ваших интриг нас развешают по кустам — я не поленюсь вернуться призраком, чтобы лично придушить вас в постели.

— Смелое заявление, — хмыкнул некромант. — Впрочем, если бы я знал вас меньше, я бы посмеялся — а так, пожалуй, не буду. Хотите совет? Отпишите майору о побеге. И о том, что я запретил высылать погоню.

— Я это сделаю и без ваших непрошеных советов.

— Вот и славно. А сейчас прошу извинить — у меня много работы.

Ответ пришел этим же вечером. В послании некроманту начальник заставы вежливо, насколько это возможно, выражал удивление — с каких это пор армейские некроманты лезут в дела пограничной стражи. Кантелле же предписывалось, как только рассветет, организовать погоню.

— Поздравляю, капитан, — бесцветным голосом отозвался чародей. — Ваша взяла.

Впрочем, стоило пограничникам выскочить за дверь, как некромант тут же повеселел.

— Собирайся. Тебе тоже пора отправляться.

— Второй побег за два дня? — хмыкнул Артем, послушно натягивая грязную куртку.

— Какой "второй"? — чародей изобразил на лице очень натуральное удивление. — Я просто уничтожаю ненужного голема.

Парень, изменившись в лице, попятился подальше от решетки. Некромант ухмыльнулся.

— Для Кантеллы и прочих ты сбежал с копией своей подруги. К счастью, они совершенно не разбираются в големах.

— А зачем мне сбегать с копией?

— Например, она могла пообещать отправить тебя в твой родной мир, а на самом деле, — чародей выразительно провел рукой по горлу. — В общем, как только Кантелла вернется, тут станет очень шумно, а моя репутация бездушного злодея только укрепится.

Взобравшись на холм, Артем оглянулся. Внизу лежали руины города, рядом с которым притулился крошечный поселок — чародей накрепко запретил показываться там. По его словам, если идти строго на север, к вечеру можно будет выйти к океану, вдоль которого шел единственный в этих краях торговый тракт. А где тракт — там и люди.

Парень похлопал себя по карману, где приятно зашелестело — напоследок некромант выдал ему немного местной валюты. По его словам, этого должно было хватить на первое время. А потом…

Артем призадумался, вспоминая, что именно он умеет делать хорошо. Программирование стоит отбросить сразу, а кроме этого… Похоже, свою карьеру в этом мире ему придется начинать с должности грузчика или уборщика. Впрочем, выхода нет все равно — если верить чародею, Лена сейчас обреталась аж на другом конце континента.

Надо же с чего-то начинать.

Глава 15. Увлекательное бегство

Ллогор — местечковая столица — медленно таял за кормой. Впрочем, Лене было не до любования местными красотами — она отчаянно пыталась не завыть в голос.

Дикая тоска, накатившая на девушку после отбытия, теперь подкреплялась парализующим ужасом — эльфийка, назначенная ей в сопровождающие, сразу же втянула ее в неприятности. Сперва эти грабители на почтовой станции, которых Снежа раскидала с выражением величайшего презрения, а потом этот пожар в гостинице…

Лену передернуло, и она искоса глянула на эльфийку. Та, раздобыв где-то газету, застелила ей свою койку и принялась тщательно чистить револьвер. Подоткнутое платье обнажило мускулистые ноги, вовсе не подходящие утонченной леди, которую эльфийка должна была изображать.

— Снежа?

Плечи едва ощутимо вздрогнули, но руки продолжили сноровисто протирать синюю сталь.

— Я слушаю.

— Кто это был? Там, в гостинице?

— Враги.

— Я догадалась! — девушка постаралась вложить в эти слова всю горечь, которая успела у нее накопиться. — А кто именно?

— Откуда я знаю! — по-русински эльфийка говорила вполне прилично. Она даже знала кучу идиом — Лена подозревала, все те, которые некромант смог вытащить из ее собственной головы. — По большому счету, это даже неважно.

— А мне важно! — Лена стукнула кулаком по койке, возмущенно загудевшей пружинами. — Меня пытаются убить?

— Нас пытаются убить, — Снежа хмыкнула — похоже, такая ситуация ее забавляла. — Похоже, я начинаю к этому привыкать.

Спертый воздух каюты, пропитанный ароматами сапожного крема и ружейной смазки, казалось, с трудом вползал в легкие. Лена, обливаясь потом, села на койке. Желудок прыгал внутри как мячик, голова кружилась, а простыни, казалось, можно было выживать.