Майкл Роэн - В погоне за утром

– Похоже, он считал – ты знаешь.

– Он! Да ни за что! Просто любит, когда его проклинают, вот и все. Но одно я тебе скажу – я не стану нападать, пока он не закончит, ни-ни, даже под угрозой пушек. Ну, а ты, Стив, что собираешься делать? Можешь, конечно, остаться на палубе, если хочешь, но самое безопасное место всегда ниже ватерлинии, куда не долетают снаряды…

– Черта с два! – отрезал я, удивленный и обиженный. – Ты думаешь, я не пойду с тобой?

– Нет, не думаю, – признался Джип. – Но я пообещал капитану, что дам тебе шанс. Он тоже не пойдет, разве что с призовой командой. Понимаешь, Стив, это вроде как особое дело – брать корабль на абордаж, особенно такой, который выше твоего. А ты единственный мужик на борту, кто этого никогда раньше не делал, кроме разве что Стрижа.

– Я довольно прилично лазаю, – сказал я. – Сколько из ваших людей могут забраться вверх по нависающей скале?

Джип бросил взгляд на капитана, и тот пожал плечами.

– Может, это и правильно. Но тебе надо быть вооруженным, мастер Стивен, а, сдается мне, ты не шибко приучен к мечу. Могу дать тебе хороший пистолет, но это только два выстрела – ЕСЛИ запал будет сухим… И коль уж зашла об этом речь, нам скоро понадобится оружие, воленс-ноленс! – Он подхватил свою переговорную трубу и заревел: – МАЧТЫ! Или вы там наверху все ослепли, болваны? Они сейчас уже могут нас видеть!

– ЕЩЕ МИНУТУ, СЭР! ВСЕГО МИНУТУ… – Воздух на квартердеке можно было подергать, как натянутую стальную проволоку.

– Владеть абордажной саблей – невелика наука, – предложила Молл. – Надобно просто поднимать, рубить и отражать удары, крепко держать в руке, и пусть вес работает на тебя.

– Ну еще бы, особенно против Волков, – возразил Джип, – когда они обучены держать их с колыбели или что там у них ее заменяет. – Он щелкнул пальцами. – Нашел! Абордажный топор. Он помогает и лезть. И у меня есть для тебя кое-какая одежка.

– А эта не подойдет? – На мне была легкая ветровка на шелковой подкладке и спортивные брюки, дорогие и плотные.

– Подойдет, конечно, если ты хочешь, чтобы обрывки твоих прелестных карманов свисали клочьями с каждого гвоздя и каждой занозы на их корпусе, а ты прибудешь на борт совершенно голым. Нет, лучше всего плотная парусина, как та, что носят здешние ребята, или шкура морской лошади, как у меня и Молл: дорого, зато прочно. Мы с тобой примерно одного размера – можешь взять мою запасную пару.

Шкура морской лошади? Я подозрительно скосил глаза на то, что принес слуга Пирса. Она была чернее ночи, мягче, чем казалась, чуть пушистая, как кротовая, только поменьше. От нее исходил легкий, но ощутимый запах, горький и маслянистый.

– Примерь, – предложила Молл с непроницаемым видом.

По-видимому, здесь не было особого смысла проявлять чрезмерную застенчивость, так что я разоблачился прямо на месте и натянул странные брюки и рубашку. Они оказались чуть эластичными, поэтому сидели очень хорошо, особенно с широким ремнем и кроссовками, которые были на мне. В рубашке без рукавов я слегка поеживался под резким ночным ветерком, но у меня мелькала неприятная мысль, что очень скоро мне станет жарко. По крайней мере, абордажный топорик, который мне выдали, по размеру был почти таким же, как ледоруб, с таким же длинным топорищем; Джип объяснил мне, что им можно цепляться за доски и другие места, чтобы легче было лезть, а лезвие прорубит сеть, натянутую над поручнями, чтобы помешать взять корабль на абордаж. Пирс одолжил мне длинный нож и обещанный пистолет – двухзарядное кремневое орудие – и показал, как взводить курок, очень осторожно, потому что пистолет был уже заряжен. Пистолет был совсем не таким, как те, из которых я стрелял по мишеням, и это меня тревожило. Затем выступила Молл и повязала мне вокруг лба такую же расшитую парчовую повязку, как у нее.

– Спасибо! – сказал я, раздумывая, какой я должен иметь вид, и начиная ощущать себя заправским пиратом. – Какая шикарная лента вместо шляпы!

– Это даже немножко большее, чем просто лента. Она тебе пригодится…

– ЭЙ, НА ПАЛУБЕ! НА ПАЛУБЕ! – Мы разом подняли головы вверх, как птенцы в гнезде. – ЭТО ВОЛК! ПРОКЛЯТЫЙ ЗАВЫВАЮЩИЙ ВОЛК!

– ТЫ УВЕРЕН, ПАРЕНЬ? – заорал Пирс. – КАКОЙ У НЕЕ ФЛАГ?

– ФЛАГА НЕТ! НО Я ВИДЕЛ ФОНАРИ!

Пирс сунул трубу назад в футляр с удовлетворенным щелчком и перегнулся через поручни:

– Мистер помощник! Готовьтесь к бою! По местам!

– Фонари? – переспросил я Джипа, поглядывая на видневшуюся вдалеке точку – это было все, что я смог разглядеть, от силы, может быть, верхушки мачт.

– Увидишь! – коротко ответил Джип, а палубы в это время выбивали барабанную дробь под бегущими ногами. Мы на минуту отошли от поручней, когда матросы с криками высыпали наверх, чтобы встать у пушек на квартердеке.

Пирс оскорбленно смотрел в свою огромную медную трубу:

– Какого черта там происходит у них впереди? Можно было бы думать, что они выкатят пушки, едва лишь мы появимся в их поле зрения, но будь я проклят, если они не только что вылезли из постели!

– Может, пытаются изображать из себя невинных овечек, – высказал предположение я.

Пирс, однако, ревом высказал несогласие:

– Боюсь, что нет, сэр. Если бы я краем глаза заметил парус, который так торопится за мной по пятам, я бы выкатил пушки просто из предосторожности, а моя совесть отягощена меньше, чем у любого из Волков, могу поклясться. И смотрите, как они укоротили паруса на ночь! Пари держу, негодяи и не подозревали, что их могут преследовать, и выставили только палубную вахту – ни одного человека на мачтах, ублюдки ленивые. Что скажешь, штурман?

– Так оно и есть! И часовые полусонные к этому часу, да еще фонари светят им в глаза. – Джип возбужденно ударил по гакаборту. – Черт, вот он, шанс, который нам нужен! Все, что нам остается делать, это дождаться, когда зайдет Луна, и идти на сближение. Если они уже не засекли нас раньше, теперь не смогут!

– Очень хорошо! – сказал Пирс. – Но нам незачем рисковать. Мистер помощник! Можете отдавать приказ заряжать!

Весь корабль неожиданно содрогнулся от приглушенного удара грома. На палубах и внизу выкатывали массивные пушки для того, чтобы зарядить их, громады из бронзы или железа весом с тонну и больше, на деревянных колесных лафетах с привязанными к ним веревками или цепями, чтобы удерживать орудия. Их экипажи прыгали вокруг них, сдерживая возбуждение, в то время как мастер Старшина канониров, маленький человечек с желтоватым лицом, гривой черных волос и злобными глазками, бегал от одной к другой, проверяя их.

– Заряжены и готовы к бою! – прокричал он нам.

– Очень хорошо, м-р Хэндз, – Пирс с минуту барабанил пальцами по бедрам. – Будьте наготове, но не выкатывайте пока! Мы побережем огонь, пока не подойдем поближе, а, штурман?