Диана Шипилова - Что будет, то будет

Она заметно побелела и, сжав губы, резко вздохнула.

— Мисс Эванс, отведите его к мадам Помфри. И… — ее взгляд метнулся по многочисленным зрителям, — …мисс Найт.

Девушки обреченно вздохнули, подошли к Обри, стараясь не смотреть друг на друга, взяли его с обеих сторон за руки и повели к лестнице. Похоже, теперь с ним будет все в порядке. Впрочем, Северуса куда больше радовало, что Поттер получит взбучку от МакГонагалл. А та уже повернулась к Поттеру и Блэку, и если Северус до этого думал, что она была разъяренной, то теперь он понял, что это все были только цветочки…

А Поттер и Блэк стояли там же — красные, смущенные, но, похоже, ничуть не раскаивающиеся в содеянном. И если Блэк опустил глаза под взглядом декана, поймавшей их с поличным, то Поттер гордо вскинул голову и сощурил глаза.

— Поттер! — едва не прошипела МакГонагалл. — Это… это… у меня слов нет!

— Чего от них еще ждать, профессор, — подал голос Регулус. — Вы же их знаете.

— Между прочим, мистер Блэк, Сириус ваш брат, — обернулась к нему декан Гриффиндора.

На мгновение воцарилась тишина, а Северус заметил, что Поттер с облегчением вздохнул — разговор выворачивал из опасного русла.

— Нет, — вдруг отрывисто бросил Регулус. — Мы однофамильцы.

Сириус ошарашенно открыл рот, но ничего не сказал, только поморщился — видимо, оттого, что Поттер ткнул его локтем в бок.

Регулус же развернулся и удалился быстрым шагом, сопровождаемый недоумевающими взглядами, и самым удивленным из них был взгляд МакГонагалл.

— Гадина, — прошептал то ли Блэк, то ли Поттер.

МакГонагалл резко обернулась к ним.

— На вашем месте я бы побеспокоилась о себе, мистер Блэк! А вы, Поттер, — как вы могли! Что вообще толкнуло вас на такой отвратительный поступок? Это же хулиганство чистой воды!

Вот теперь уже Поттер опустил глаза, а Блэк, наоборот, попытался что‑то сказать, но вновь был остановлен толчком локтя.

— Это, наверное, из‑за Эванс… Точно, из‑за Эванс… Да ну, Эванс — и Обри? — зашептались вокруг слизеринцы во главе с неугомонной Агатой. — Ну, мало ли, может он обозначил ее… происхождение… Обри — герой, нарваться на Поттера… Да не смешите мой котел, Обри и мухи не обидит, разве только… Точно! Точно… Ой, девочки, хи–хи–хи…

— Этот Обри первый начал! — наконец выпалил Блэк, на всякий случай отодвинувшись от приятеля. — Он запустил в Джеймса Фурункулюсом!

— Вот как? — скептически сказала МакГонагалл. — Отчего же тогда не видно следов этого заклинания?

— Промазал, — объяснил Блэк. Профессор поморщилась.

— Поттер и Блэк, вечером зайдете в кабинет к Принглу, получите взыскание. Я его предупрежу. И надеюсь, что впредь вы заречетесь от таких поступков, иначе, помимо личного наказания, это будет стоить факультету сотни баллов. А сегодня вы лишаетесь пятидесяти.

Она сухо кивнула, и, развернувшись, ушла. Вслед за ней потянулись и студенты. Но Северус почему‑то не мог сдвинуться с места.

— Вот слизняк, — донеслось до него из‑за мелькающих черных мантий.

— Да, еще и влетело за него, — отозвался Блэк. — Но меня сейчас больше заботит другое…

— Да ладно, Бродяга, с твоими родичами и так все ясно, а этот тип — гнилая кровь. — Поттер положил руку ему на плечо.

— Э–э… ну ты поосторожней насчет крови… хотя… ну их всех, просто зло берет.

Блэк стиснул кулаки — теперь Северус хорошо это видел, потому что между ним и мародерами уже никого не было: последняя неспешно разговаривающая группка удалилась в сторону библиотеки. И в этот момент взгляд Блэка упал на него.

— Сохатый, — прошептал он.

— А я все ждал, пока ты заметишь, — сказал Поттер, и его губы сложились в нехорошую улыбку. Он по–прежнему не убирал руки с плеча приятеля, но обернулся к Северусу, и тот вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Северусу казалось, что он видит сон. Так медленно, нарочито медленно Поттер и Блэк доставали свои палочки, заходя с обеих сторон. Но Северус стряхнул с себя оцепенение: он так просто не сдастся.

— Блэк, не скажу, что рад тебя видеть, ты омерзителен как всегда… Но меня позабавило, как вы трясетесь перед своим деканом, словно осиновые листья…

— Осиновые листья! — в бешенстве выпалил Поттер. — Сейчас ты сам задрожишь как осиновый лист, Нюниус!

— Как бы не так! — усмехнулся Северус. — Жалеешь, что здесь нет зрителей, да? Я бы на твоем месте радовался: никто не увидит, как я размажу вас по стенке!

— Бродяга, ты слышал? — Поттер поднял палочку, рукав его мантии упал до локтя. Блэк повторил его жест.

— Экспеллиармус! — выкрикнул Северус.

Эта игра была сыграна множество раз, выверена годами и отточена до шага. Были нюансы — мародеры были изобретательны, — но нечто оставалось неизменным: позы, взгляды, поединок воль и обязательная прелюдия. Северус вдруг вспомнил первый раз: они напали на него в коридоре, хотя он только и сказал на уроке у Слагхорна, что Поттер в зельях — полное ничтожество. Но ведь это была констатация факта! Однако мародеры, кажется, считали по–другому. Они приближались — медленно, вот так же жестоко ухмыляясь, закатывая рукава. Тогда они еще ничего не умели, и Северус без труда смог их обезоружить и навести простейший сглаз — что стоило Слизерину пятнадцати баллов. Какими же они были маленькими тогда!

Одновременно прозвучали два Экспеллиармуса, но Северус оказался быстрее — палочка Джеймса Поттера уже была у него в руке, когда Блэк пробормотал какое‑то заклинание, почему‑то целясь ему под ноги. Северус поспешил отпрыгнуть в сторону и тут же грохнулся на пол, проехав по нему не меньше фута. Палочки выпали у него из ладони и со стуком покатились к лестнице. Заклинание склеивающихся шнурков… как просто…

— Акцио палочки, — послышался откуда‑то сверху голос Блэка. — Держи, Джеймс.

Северус попытался встать, закусив губу и не обращая внимания на боль в содранных коленях, но не смог удержать равновесие — мешали шнурки — и остался сидеть, испепеляя мародеров взглядом из‑за растрепавшихся волос.

— Наши доблестные герои, — прошипел он, — думают, что одержали победу в схватке вдвоем против одного, к тому же безоружного, противника?

— Да вас, слизеринцев, гнать из школы надо! — выкрикнул Блэк.

Северус поморщился.

— Если у тебя проблемы с… однофамильцем, то это совершенно не касается меня.

Он напрягся, увидев, как Поттер заносит руку, но в следующую же секунду рядом с ним со стуком упала его палочка.

— Получай, Нюниус. А тебе, Бродяга, нужно успокоиться. Пойдем отсюда, а то еще кто‑нибудь придет, и сидеть нам до конца года на отработках.

Аргумент подействовал, и оба приятеля, бросив напоследок на Северуса презрительные взгляды, удалились.