Кирилл Алейников - Хрон

Александр с интересом уставился на надпись, начертанную чем-то вроде химического карандаша. Поначалу он в странных символах не увидел ничего необычного, лишь бессвязный набор каких-то загогулин.

— Что это такое?

— Не могу сказать, — задумчиво ответил Александр. — На первый взгляд похоже на древнеславянское письмо, но способ начертания мне не знаком.

Получше осветив загадочную надпись, Александр уткнулся в каменную стену буквально носом. Внешне символы действительно напоминали глаголицу, но Александр готов был поклясться, что не встречал еще подобного написания. Да и что здесь, в подземном царстве, могут делать надписи на глаголице?

— Ты можешь расшифровать? — заинтересованно спросил Николай. — Кажется, это глаголический алфавит.

— Но на глаголице ТАК не писали, — напомнил Александр.

— Какая разница, как НЕ ПИСАЛИ на глаголице? Попробуй прочитать, ты ведь знаешь этот язык.

Александр, припомнив институтские занятия по древнеславянской письменности, напрягся и принялся расшифровывать надпись. Для упрощения задачи он достал маркер, с которым никогда не расставался (нимфы приходили в восторг от умения юноши рисовать различных животных и предметы на камнях и кусках кожи; нечастое использование этого «артефакта» и бережное хранение продлили маркеру жизнь). Маркером Александр стал выводить буквы перевода рядом с исходным текстом.

Пока шел процесс расшифровки, Фобос и Деймос топтались рядом. Но вскоре им это надоело, что стало ясно по презрительному фырканью рыцарей. Толкнув Николая в плечо, Деймос сделал знак головой следовать далее, и за Фобосом повел своего скакуна по туннелю.

— Ну как там? — любопытствовал Николай. — Получается?

— Вроде… — неопределенно ответил Александр. Отойдя в сторону, он осветил своим факелом то, что смог написать.

Николай прочел:

ИШТИ ДОМ

ЗМЕЯ МНОГЛАВЫЯ

СВЕТА БОЯГО

СОЛЦНЕ СКРЫВАГО

— Что это значит?

— Ты читать разучился?

— Так о каком змее идет речь? И где его дом?

— Возможно, это некое предостережение, — предположил, хмурясь, Александр. — Предостережение о многоглавом змее, преграждающем путь. Змей боится света, потому скрывает солнце.

— Гениально… А почему на глаголице?

— Мы подошли к владениям амазонок. По преданиям, амазонки жили в Причерноморье, у Кавказа и, вероятно, на берегах Волги. В древние времена в этих краях могла существовать славянская письменность.

Археологам пришлось еще давно признать, что Аид — это не просто мифический мир греческих эпосов. Аид — пересечение времен и культур многих народов. Потому обнаружить в одной из пещер надпись на славянском — не самое удивительное, что можно вообще здесь обнаружить.

Николай, знающий о подземном царстве и другое, забеспокоился:

— Слушай, раз речь идет о змее, мы рискуем с ним повстречаться! Куда пропали эти чертовы рыцари?

Александр же, повинуясь инстинктивному любопытству ученого-археолога, стал ощупывать каждый сантиметр стены, на которой чернела надпись вместе с переводом. Пальцы елозили по шершавому камню, но не могли найти ничего примечательного. Потеряв десять минут на обследование стены, Александр в сердцах сплюнул и оперся двумя руками о скалу. Древнеславянская надпись располагалась прямо напротив его лица, понятная и непонятная одновременно.

И вдруг стена с легкостью подалась вперед, опрокинулась, а Александр, потеряв точку опоры, повалился в образовавшийся темный проход. Он вскрикнул, тут же вскочил с пола, но вновь свалился — Николай, испугавшись за друга, бросился следом и в темноте не разобрал дороги, сшиб приятеля и сам кубарем полетел куда-то.

У археологов сердце упало к пяткам, когда они услышали глухой удар закрывшейся стены. Пятно слабого света от оброненных факелов, оставшихся там, в туннеле, исчезло.

Друзей накрыла непроницаемая мгла.

— О, черт! Проклятие! Мы в ловушке!

— Тише ты! — прошипел Александр. Он помнил о змее.

На ощупь они отыскали свои шлемы, друг друга и закрывшуюся стену — дверцу ловушки. Не могло быть и речи, чтобы найти какой-то рычажок или надпись, дающую ключ к потайному замку, в такой темноте.

— Что нам делать-то? — начинал паниковать Николай. — У тебя хоть зажигалка есть?

— В ней давно кончился газ, — со скорбью сообщил Александр, стараясь подавить внезапный приступ клаустрофобии.

На четвереньках, чтобы ненароком не провалиться в яму, археологи стали ощупывать пол ловушки, в которой по роковой случайности оказались. Но ничего кроме толстого слоя пыли найти не удалось. И все же вскоре Николай подозвал друга:

— Саня, я, кажется, нашел люк.

Александр подполз на голос и смог убедиться, что Николай действительно что-то нашел. Холодное, идеально круглое кольцо, намертво прикрепленное к небольшой плите. На ощупь и впрямь похоже на люк.

— Потяни-ка за кольцо.

Николай выполнил просьбу. Крышка люка с легкостью откинулась. Снизу, освещая металлические скобы-ступени, лился слабый свет.

— Алиллуйя! — пискливо прошептал Николай. — Выход найден!

Александра отчего-то посетило недоброе предчувствие каких-то неприятностей. Но выбирать не приходилось: либо оставаться в ловушке, либо искать выход через этот люк.

И они стали спускаться в шахту. В узкий проход едва влезали широкие доспехи, но все же удалось протиснуться и достичь дна шахты. Отпустив последнюю металлическую скобу, вбитую в скалу, Николай попытался осмотреться. По-прежнему узкий ход прямой линией упирался в более просторную пещеру или грот, но от лестницы ничего нельзя было разглядеть. Когда же друзья вышли в действительно просторную пещеру, их изумлению едва ли существовал предел.

Они стояли на парапете, а внизу, на глубине около десятка метров сверкала идеально гладкая поверхность подземного озера овальной формы. За озером был песчаный берег, круто спускающийся в воду. На берегу росли диковинные цветы и деревья, каких археологи еще не встречали за полгода, проведенных в Аиде. Парапет же огибал озеро и заканчивался каменной лестницей, ведущей прямо на песчаный берег. Неуверенно, с гладиусами в руках, друзья прошли по парапету, спустились на песок и осмотрели весь берег.

Цветы и деревья росли довольно густо. Тут же встретились и асфоделы, предвестники любого входа в подземное царство мертвых. Но, углубившись в заросли, археологи уткнулись в стену пещеры.

Рассматривая ниши на высоте, выдолбленные в камне, в которых горел огонь, дающий освещение, Александр ломал голову над проблемой высвобождения. Но вдруг с берега раздался короткий звонкий смех.