Линн Флевелинг - Белая дорога

— Теро предупреждал, что возможно магия будет действовать на него недолго, — напомнил Серегил. — Волосы ещё полбеды, но мне бы не хотелось, чтобы люди сочли его за прокажённого.

Ещё одно белое пятно Алек нашёл на правой лодыжке Себранна.

— Быть может это тоже знак нам.

Адзриель никак не хотела успокоиться со своими танцами, вновь появившись возле их двери спустя несколько часов.

— Ох, братишки! Пропустить первый Алеков… А это что такое? — она замерла на пороге, глядя на их вещевые мешки на кровати. — Боже. Себранн снова что-то натворил?

Серегил взял её за руку и втянул внутрь.

— Ничего серьёзного. И всё же, пока не случилось ничего более печального, нам лучше убраться.

Адзриель опустилась в кресло. От её веселого настроения не осталось и следа.

— Я ещё в Гедре предупреждал, что может произойти нечто подобное, — заметил Серегил.

— Да, предупреждал. И всё ж я надеялась, что этого не случится.

— Ну, по крайней мере, нам удалось поговорить с Тайрусом, — ответил он грустной улыбкой.

— Мне так жаль, Кирнари, — Алек назвал титул Адзриель со всем уважением какое, действительно, испытывал к ней.

Серегил протянул сестре руку.

— Этой ночью мы останемся тут. А с утра двинемся в путь. У нас всё готово.

Адзриель воззрилась на них в молчании, и Алек мог бы дать голову на отсечение, что в её чистых серых глазах отразилась борьба двух ипостасей — старшей сестры и кирнари.

— Я просто подумала, что… Мне казалось, вы тут так счастливы.

— Я говорил, что тебе придётся распрощаться с нами.

— Ну хорошо. Однако вам следует всё же как положено проститься со всеми, а не исчезать как тати в ночи.

Она с грустью поглядела на Себранна.

— Он был таким хорошим. Всё это время.

Серегил отвесил сестре низкий поклон.

— Даю Вам слово, Кирнари, мы больше не доставим Вам хлопот.

— Если не возражаете, я бы хотел побыть с ними, — сказал Микам.

— Конечно.

Она снова посмотрела на их котомки.

— Однако обещайте, что до завтра никуда не уедете.

— Конечно, сестрица.

Серегил поцеловал её в щёку.

— И нам очень жаль, что пришлось пропустить танцы.

— Ох, хаба, ты всегда был мастер влипать в неприятности.

Она поднялась, чтобы уйти.

— Спокойной ночи вам всем. И пусть она будет мирной.

Микам проводил её до выхода.

— Пойду раздобуду нам что-нибудь на ужин. В конце концов, мы должны это отметить. Я быстро.

Когда они остались одни, Серегил покопался в своём мешке и вытащил потрёпанную колоду карт.

— Не думаю, что нам удастся отоспаться этой ночью, что скажешь?

Вернулся Микам и принёс с собой блюдо с холодным мясом и целый кувшин тураба. Они уселись на полу и закусили, пустив кувшин по кругу.

Микам раскурил свою трубку и выпустил целый столб дыма, пока Алек перемешивал колоду и раздавал карты для партии в подкидного дурака.

— Полагаю, нам следует дать знать Теро, что мы возвращаемся, — Серегил снова взял свой мешок и достал из него разрисованную палочку сообщений, которую дал им маг, и переломил её надвое. Перед ним расплылся тоненький шарик послания.

— Теро, — негромко сказал Серегил, — мы покидаем Боктерсу и направляемся в Скалу. Не знаю, сколько времени займёт путь туда, но как только мы высадимся на берег, я пошлю тебе новую весточку. Когда приедешь, пожалуйста, привези наших лошадей и скаланскую одежду. Всё это ты найдёшь в доме на улице Колеса.

Затем он коснулся сферы кончиком пальца и шар-посланник растаял, а минуту спустя появился другой. Серегил снова коснулся его и они услыхали голос Теро.

— Я всё понял. Боюсь, мы с Магианой ничего полезного так и не нашли. Пожалуйста, постарайтесь уберечься от всяких неприятностей, хорошо?

Мягкий свет, замерцав, исчез, и Серегил печально поглядел на своих друзей.

— Я даже рад, что его не было тут сегодня.

Мидри пришла разбудить их рано утром.

— Всё готово. Адзриель настаивает на том, чтобы вы оба приняли ванну и затем разделили с ней завтрак. Как только будете готовы, приходите в утреннюю комнату.

Серегилу очень не хотелось затягивать процесс расставания, но он мог дать голову на отсечение, что Мидри очень не хочется, чтобы они уезжали.

Завтрак проходил в очень тесном кругу — присутствовали только Адзриель, Акайен, Мидри и Саабан. Секрегил был счастлив этим: ему вовсе не улыбалось устраивать пышные проводы. Адзриель любезно усадила Алека по левую руку от себя, но Серегил отлично видел, что она не сводит глаз с Себранна, пристроившегося между Алеком и Микамом.

— У меня есть для вас кое-что, — сказал Акайен в конце трапезы, и, подойдя к буфету, вытянул из него свёрток и развернул холстину. То оказались два клинка, заправленные в изящные кожаные ножны.

— Не думал, что это окажется моим прощальным подарком.

Серегил мгновенно узнал один из них: это была точная копия того меча, что он потерял. Клиновидные дужки гарды были изогнуты ровно настолько, сколько нужно, чтобы уловить вражеский клинок, а в круглую головку эфеса был вставлен диск из зеленого камня Сарикали.

Второй был похож на тот, что он купил Алеку сразу после того, как они с ним повстречались. Загнутые бронзовые дужки заканчивались украшениями в виде свёрнутых в тугие спирали головок папоротника. Тщательность проработки была просто изумительной: можно было рассмотреть каждый отдельный лепесток, что образовывали эти спирали. Правда, сам клинок теперь был длиннее: Акайен учёл то, что Алек вырос.

Алек с благоговением уставился на свой новый меч.

— Но… чёрт возьми, как это возможно? Откуда вы могли знать?

Акайен улыбнулся: было видно, что реакцией он доволен.

— Однажды, когда Теро ещё был тут, мы завели разговор об оружии, и он упомянул про твой меч. Он так расхваливал дизайн, что я сделал набросок по его описанию. А Микам помог с деталями, когда всё было готово. Надеюсь, я угодил тебе?

— Ещё бы! Я очень благодарен! Но мне даже нечего дать Вам взамен, дядюшка.

Акайен улыбнулся и пожал плечами.

— В этом нет нужды, ведь мы же свои люди, мой милый новый племянник.

— Во имя Света, Дядя, благодарю тебя! — воскликнул Серегил, выходя из-за стола, чтобы опробовать своймеч. Клинок был так славно отполирован, что в него можно было смотреться, как в зеркало. И так же, как и тот, прошлый, он имел рифлёный жёлоб кровостока, идущий по центру вдоль, и делающий меч лёгким и одновременно прочным. У меча Алека был точно такой же. У Серегила перехватило дыхание, когда он ощутил, как безупречно он отбалансирован. А ведь и его самый первый меч тоже когда-то сделал для него Акайен!