Ольга Ильина - Особенные. Элька

— Отцепись от нее, — прокричала Аня так громко, что даже мы услышали.

— Тебе мало, еще добавить? Вот видишь, что ты заставляешь меня делать. Все из-за тебя, — никогда не слышала, чтобы Матвей так говорил. Так зло. Его голос всегда внушал доверие, восхищение даже. А теперь что? Змеиное шипение и полный злобы взгляд, направленный на мою сестру. Нет, если он еще раз ее так тронет, я…я…не знаю, что я сделаю, но что-нибудь точно. Вмешиваться не пришлось. Появился тот, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть. Наш новый препод Сергей Эдуардович Козар. Он спустился по лестнице из школы, перешел на другую сторону дороги, к стоянке, но услышал Женькин всхлип. Резко развернулся и направился к качелям сквозь кусты.

— Могу я узнать, что здесь происходит? — требовательно спросил он.

— Иди куда шел, мужик, — зло бросил один из дружков Матвея, а потом обернулся и застыл. То же самое произошло с остальными, даже Матвей непонятно чего испугался и тут же отпустил Женьку.

— Мы просто разговаривали.

Девочки синхронно закивали головами.

— Думаю, это не самое лучшее место для разговоров, молодые люди.

Матвей и его дружки отступили. Женька подняла свою сумку, подошла к подруге, и они направились в противоположную от нашего укрытия сторону. А вот учитель уходить не спешил и оглядывался по сторонам, словно чувствовал что-то, но не мог понять, что именно. Зато я прекрасно знала. Это нас с Егором он чуял. В какой-то момент мне показалось даже, что он увидел нас. Ведь смотрел почти в упор, но все же сместил взгляд в сторону, еще раз обвел глазами площадку, оценивая обстановку и направился к машине. И только когда все подозрительные личности разошлись, Егор меня отпустил. Но, не успела обрадоваться, резко схватил за плечи и затряс, как какую-то тряпичную куклу. Оказывается, он тоже умеет шипеть не хуже змеевидного Матвея.

— Во что ты вляпалась? Мало тебе было встречи с вампиром, так теперь инкуба подавай? — бушевал Егор, а я даже не представляла, как его успокоить. Еще чуть-чуть и голова просто оторвется от шеи и покатится как колобок в кусты. А что? Очень может быть, что колобок, это не шар из теста, а чья-то глупая, говорящая голова, которую встретили пьяные лесорубы с будуна, но толком не рассмотрели. Вот и возникла сказка.

Надо же, какие глупости иногда лезут в голову. Так, пора прекращать мое убиение и переходить в наступление.

— А что мне еще делать? Ты отвечать не хочешь, а моя сестра…

— Твоя сестра в глубоком дерьме.

И это факт. Без него знаю.

— Что-нибудь полезное скажи.

Фух, наконец-то удалось вырваться из чертовой хватки. Блин, задолбал он меня уже хватать.

— И ты тоже.

— И новое.

— Эля, ты…

— Ну, что я? Что я, Егор? Знаешь, я устала. От тайн, от непоняток с сестрой, с тобой, с родителями, со всеми. Я уже сегодня тебя раз пять посылала. А теперь скажу прямо. Или ты мне рассказываешь, какого хрена здесь творится, или…

— Или?

— Или я тебя не знаю.

Кажется, до него дошло. По крайней мере, он здорово напрягся. Посверлил меня своим фирменным укоризненным взглядом и обреченно кивнул.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать. Довольна?

— Буду довольна, когда расскажешь.

— Но не здесь. И не сейчас.

— Хм, я так и знала. Когда-нибудь и прочий бред.

— Эль.

— Я тебя поняла.

— Эля.

Нет, говорить в кустах, сомнительное удовольствие, особенно, если при каждом движении тебя каждая ветка так и норовит отхлестать по лицу или оставить без глаза. Жесть. Просто жесть. Вот, что и требовалось доказать. Неудачно повернулась и поцарапала фэйс. Больно, между прочим.

Егор заметил, выбрался вслед за мной, подошел ближе и попытался дотронуться, а я отшатнулась.

— У тебя царапина на щеке, — проговорил он и убрал руку.

— Сначала себя вылечи. У тебя губа распухла. Или себя лечить не можешь?

— Я вообще не могу лечить.

— Но меня же вылечил, тогда, в первый день?

— Это другое, — замялся он и снова стал скрытным и раздражающим. Нет, вот так всегда с ним, стоит приблизиться на миллиметр, он отходит на шаг. Надоело.

— Вот об этом я и говорю. Эти твои тайны и секреты. Они меня достали. Все достало.

— Я же сказал, что расскажу.

— Когда? Когда ты мне расскажешь? Когда моя сестра станет жертвой этого…Матвея? Я не собираюсь ее хоронить.

— Тебе и не придется.

— Откуда ты знаешь? Или это очередной секрет? Очередная тайна вашего мира? Ты говоришь, что я принадлежу ему, но открывать его секреты не спешишь. Тогда знаешь что, я найду того, кто даст ответы на все мои вопросы. А таких, как выяснилось, немало. Даже наша вахтерша ведьма.

От этих моих запальчивых и эмоциональных слов он дернулся. Постоял несколько секунд, прямо как Анжела Юрьевна недавно, статуей прикинулся в общем, а потом оттаял и переменился. Причем настолько кардинально, что я растерялась. Слишком уж резкий переход он сделал от почти равнодушия к этому…

— Прости меня.

— За что?

— За то, что кричал на тебя. Я не имел никакого права, за то, что игнорировал, за то, что уехал вчера. Но только за стихи я извиняться не стану. Потому что они о тебе. Точнее о том, что я очень давно хотел, но не мог выразить словами. Это не так просто для меня. И ново.

— Что именно? — окончательно растерялась я.

— Так чувствовать. Еще недавно, когда ты была человеком, когда не замечала меня, когда была чужой и недоступной, я лишь изредка пускал тебя в свои мысли, но сейчас…когда я знаю, что это такое…

— Что?

— Твои поцелуи, твой запах, руки, твоя кожа и этот взгляд перепуганного ягненка.

Блин, он опять это делает. Гипнотизирует меня.

— Я не могу спать, есть, дышать без тебя. Я не могу видеть тебя с другими и понимаю, что я не тот…кто тебе нужен.

И как прикажете реагировать на такое вот признание? Меня убили стихи, а это…это просто…

— Только не начинай сейчас любимую песню Эдварда Калена: «я тебя не достоин, тебе нужен кто-то получше и прочая чушь», — отмерла наконец я и позволила ему себя обнять. — Это он не знал конца истории, но мы то знаем, что в итоге все будет так, как должно быть.

— Я говорю не о книге. И я не Эдвард Каллен.

— И слава богу.

— Я скорее из плохой команды, Эля. И когда ты узнаешь, что я делал, боюсь, не захочешь больше меня видеть.

— Для этого тебе придется очень постараться, — хмыкнула я.

— Ведь назад пути не будет. Ты понимаешь? — слишком серьезно проговорил он, но мне сейчас не очень хотелось быть благоразумной и разбирать по кусочкам все его слова. Я просто хочу побыть немного счастливой от этого волшебного момента, который никоим образом с магией не связан. Это просто чувства, которые сейчас переливались через край, заполняя меня целиком.