Ник Эндрюс - Жемчужина Пустыни

— Отлично, — произнес северянин, надевая чалму.

Путешественники дружно встали со своих мест. Короткое прощание, — и киммериец направился к выходу. Шемиты послушно последовали за ним. Миновав тоннель, Конан опять оказался на кухне таверны. У лестницы дежурил воин со шрамом. Отступив в сторону, он пропустил чужаков.

Спустя несколько минут отряд покинул портовое заведение и вышел на воздух. Несмотря на прохладный ветерок с моря, жара стояла ужасающая. Дышать было невероятно тяжело. Непривыкшие к влажному климату шемиты обливались потом и распахивали рты, словно рыбы, выброшенные на берег. Никто из барсов» не посмел спросить о результатах переговоров. Исхад обернулся и еще раз окинул взглядом неказистое строение таверны.

— Я не верю этому разбойнику, — вымолвил советник Андурана. — Он коварный и опасный лжец. Убить своего компаньона для него — пара пустяков. Ты видел глаза Халида? Глаза алчного, кровожадного хищника.

— Весьма точное замечание, — с улыбкой на устах подтвердил киммериец. — Когда-то мы вместе с ним промышляли на просторах Вилайета. Жалости и милосердия в Халиде нет ни капли. Хищник? Пожалуй… Но именно это и позволило ему встать во главе контрабандистов Аграпура. Сейчас он один из самых могущественных людей города. Судя по его неосторожным репликам, Мишраку данная ситуация надоела…

— А ты отдаешь ему две трети нашего золота, — тотчас вставил шемит. — Разве это не опрометчиво? Разбойник ограбит нас. Его люди нападут уже в таверне. Мы за городской стеной, и стража вряд ли придет на помощь.

— Не говори глупостей, — возразил северянин. — Халиду такая слава не нужна. Слух мгновенно распространится по всему побережью. Кто тогда захочет иметь с ним дело? У контрабандистов есть свой кодекс чести. Компаньонов убивают тихо, незаметно, без свидетелей, а подобную драку не скроешь.

— Пусть будет по-твоему… — не унимался Исхад. — Туранец получит деньги и доведет отряд до корабля, — а вдруг это ловушка? Разбойник прекрасно знает, что тебя разыскивают люди короля. Неплохое вознаграждение и благосклонность правителя ему обеспечены. Хороший куш всего за одну ночь.

— Ты слишком подозрителен, — заметил киммериец. — Я тоже не доверяю Халиду, но сделка есть сделка; Если мы не нарушим ее условия, то и он не отступит ни на шаг. Таковы местные законы.

— Делай, что хочешь… — неопределенно пожал плечами советник. — Кстати, где же расположен дворец туранца? Вокруг лишь жалкие лачуги и торговые склады, а ведь богатый человек должен жить в роскоши. Или он умело скрывается ото всех?

— Вот именно, — кивнул Конан. — Я уже говорил, что Халид очень осторожен. Мы видели только один подземный ход, а их десятки. Был слух, что есть тоннель даже под городской стеной. Тайная служба Илдиза давно ищет главаря контрабандистов, но шансы у нее невелики. В любой момент разбойник сменит одежду и сольется с толпой нищих и бродяг…

— Какие богатства пропадают зря! — выдохнул шемит.

— Не расстраивайся, — усмехнулся киммериец. — То, что ты видел, лишь малая часть сокровищ Халида. В его распоряжении десятки отличных судов.

Ускоряя шаг, путешественники двинулись в обратный путь. Им надо отдохнуть, выспаться и собрать вещи перед дальней дорогой. Предстоящая ночь будет нелегкой и опасной. Кто знает, чем закончится эта авантюра? Королевский флот с разбойниками не церемонится. Как бы ни было быстроходно судно Ажамаля, боевые галеры имеют преимущество и в состоянии перехватить нарушителей закона.

Отряд оставил позади каменный причал и направился к воротам. На этот раз стражники не поленились подняться со своих мест. Несмотря на блокаду и отсутствие товаров, прибывающих морским путем, воины регулярно собирали подать со всех входящих в город. Исхад заплатил несколько мелких монет, и довольные охранники снова спрятались в башенное укрытие. Теперь им будет, чем промочить пересохшее горло.

Северянин хорошо знал этот район столицы и уверенно повел путешественников к «Приюту моряка». Площадь с дворцами он решил обойти стороной. Там чересчур много людей. Воины двигались по кварталам ремесленников и мелких торговцев. Из плавильных печей к небу поднимались столбы черного дыма, под соломенными навесами работали кузнецы. Слышались отдельные крики и беспрерывный звук молотков. Полуголые рабы раздували меха, а мастера выковывали оружие и инструменты. По загорелым смуглым спинам пот тек ручьями.

Видно, заказов было слишком много, раз туранцы работали в такую жару. Обычно в это время жизнь в Аграпуре замирает, Возле печей стояли огромные чаны с водой. Периодически, чтобы не упасть и не потерять сознание, люди обливались и тут же вновь брались за, молотки.

В кожевенных, ткацких и гончарных мастерских царило затишье. Товар, произведенный утром, отправлен на рынок, и до наступления вечерней прохлады можно немного отдохнуть… Ленивый в столице Турана разоряется быстро: слишком высока конкуренция. Желающих приобрести лавку и занять освободившееся место всегда предостаточно.

Преодолев несколько кварталов, отряд вышел к юго-восточной части базара. Именно этого киммериец и добивался. Еще полторы сотни шагов, и они окажутся на улице, ведущей к «Приюту моряка». Как обычно, на рынке толкались тысячи людей. Вытянувшись в колонну, путешественники двинулись вдоль домов. Вот и знакомый поворот. Конан сделал несколько шагов, обернулся и тут же получил сильный удар в живот.

— Проклятие Нергала! — раздраженно воскликнул киммериец.

Перед ним, потирая лоб, стоял черноволосый мальчуган.

— Куда ты несешъся! — более спокойно заметил северянин. — Смотреть надо…

— Простите, — растерянно пролепетал паренек, поднимая голову,

— Мулан! — произнес киммериец, узнав сына тавернщика. — Что ты здесь делаешь?

— Вас ищу! — воскликнул мальчик.

— Зачем? — удивленно спросил Конан.

— Вы обещали заплатить…

— Что-то случилось? — поинтересовался киммериец.

— Да, — кивнул головой Мулан. — Какие-то люди схватили вашу женщину и повели ее во дворец Правителя. Это произошло совсем недавно.

— Но ведь с ней было трое мужчин! — вырвалось у Исхада.

— Все верно, — подтвердил мальчик. — Один из них мертв, второй с пробитой головой лежит на улице, а третий… Насколько я понял, именно он организовал похищение. Незнакомцы слушают его и выполняют приказы беспрекословно.

— Проклятие! — выругался Эблис. — Кто этот мерзавец?

— А ты не догадываешься? — горько усмехнулся северянин. — Из этой троицы только Хамар бывал раньше в Аграпуре. В последнее время он вел себя очень странно. Теперь я понимаю почему. Туранец продумывал план предательства.