Виктория Абзалова - И на всех одна звезда

— Только через мой труп!!!

— Это легко устроить, — безразлично сообщил маг, — После чего я обращусь с той же просьбой к вашему старшему сыну. Мне почему-то кажется, что он будет только благодарен мне. За наследство.

Дамон снизошел улыбнуться уголком губ, и не по себе стало даже Сивиллу, которого тот вроде бы защищал.

— Быть может, мы не будем зря тратить время?

— Нет!! Лучше проклятье, чем подачки от него!! — глаза юноши тоже казались почти черными.

— Значит, обойдемся без извинений, раз они не нужны.

— Я не буду… — заупрямился Сивилл, и Дамон чуть-чуть нахмурился.

Юноша сглотнул и опустился на колени перед стариком. Тот тоже медлил, и маг слегка прищурился, посылая точно выверенный импульс, — сердце Корде пропустило удар, и тот нехотя сдвинул рукав. Иногда старики цепляются за жизнь больше молодых.

Дамон поднялся с небольшой серебряной чашей в руках и ножичком. Тьма по-прежнему обволакивала его наподобие плаща. Он сделал надрез на протянутом костистом пергаментном запястье: прикосновение темного заставило старика содрогнуться от отвращения. Маг усмехнулся. После того, как Умберто Корде нехотя процедил положенную формулу, и провел рукой, оставляя на волосах и лбу юноши кровавый след, сказал:

— Свидетельствую!

Стоявшие на столе свечи вспыхнули сами по себе, пламя вначале было черным.

— Что ж, это все. Бумаги подписывать не будем, — нейтральные вроде бы слова сочились ядом, — Позвольте откланяться. Не скажу, что общение было приятным.

— Взаимно! — бросил аристократ, наблюдая как ненавистные темные уходят своими магическими путями.

Они оказались на том же пляже, где пару дней назад отдыхали все вместе, — свидетеле непринужденной беседы темного и светлой леди, — и Дамон отпустил почти висевшего на нем Сивилла. Тот обессилено рухнул на колени, взрывая пальцами песок и гравий. Его колотило как в сильнейшей лихорадке.

— Тише, мальчик, тише… — Дамон обнял задыхающегося от слез юношу, — Зато ты теперь под защитой, и никакое проклятие больше действовать не будет! Сила рода его нейтрализует… Прости за эту сцену… Что поделаешь, с такими людьми иначе нельзя! А теперь все будет хорошо, обещаю!

Мало-помалу, Сивилл успокоился.

— Извините… — выдал он севшим голосом, вытирая опухшие глаза чужим платком.

— Ничего, считай, что у тебя теперь новая жизнь, — улыбнулся Дамон.

— Я-то старый… — вяло заметил юноша. Принятый или не принятый в род, он по-прежнему оставался по меткому выражению мастера недоразумением.

— Никогда не поздно измениться, — обнадежил его маг.

— А Совет?

— С Советом мы разберемся попозже.

Сивилл уже абсолютно не сомневался, что ЭТОТ разберется и с Советом.

— Идем, Ингер наверняка вне себя от беспокойства.

— Где это? — поинтересовался юноша, получая от мага образ нужного места. Просто так, чтобы что-то сказать.

— Думаю, в Винтре тебе понравится, — Дамон ободряюще сжал его плечо, и на Пути они шагнули вместе.

Их ждали, но отнюдь не для объятий и поцелуев: не до того, да и взвинчены все были порядком.

— Ну, зачем было устраивать все это?! — Лизелла снова покосилась в сторону забившегося в уголок юноши, которому сейчас явно не хватало чудаковатой мантии, чтобы закутаться в нее с головой. Суровость к нему Фейта или Дамона, — называйте как хотите, — ее неприятно удивляла.

— Не говоря уж о том, что этот Корде наверняка побежит жаловаться Совету! Или это часть вашего великого плана?

— Нет, — Дамон задумчиво покачал головой, — Никуда он не побежит и ничего не сделает, ведь тогда надо будет вытащить на свет все свое грязное белье и признаться, что 'темное отродье' имеет к нему самое прямое отношение. К тому же, люди такого сорта никогда не признаются в своем поражении. И унижении. Для них это самое страшное.

— Да нет, вы конечно правы, — поморщилась молодая женщина, устраиваясь рядом с мужем, — Глупо было бы рассчитывать, что человек, способный проклясть свою дочь и внука, поддастся мягким увещеваниям, умилится, прослезится и так далее…

Утихший было гнев, охвативший ее после объяснения причин задержки Дамона, а еще больше — от зрелища измученного, совершенно потерянного и едва державшегося на ногах юноши, вспыхнул снова.

— Вот что делает с приличными светлыми волшебницами, растлевающее влияние темных магов! — поддразнил жену Дамир, крепче прижимая ее к себе.

— Может темным стоит почаще вспоминать, что они темные и самим кого-нибудь проклясть? — с удовлетворенным вздохом Лизелла погрузилась в успокаивающе окутавшее ее поле, — Например, этого… Корде!

— Ему все равно пришлось бы встретиться с дедом, — Дамон с улыбкой наблюдал за семейной сценой, — Ритуал нельзя провести заочно.

— О, мудрые черные маги разумеется гораздо больше понимают во всяческих проклятиях, но я, честно говоря, уже запуталась.

— Поддерживаю, — подал голос Рей, — я вообще ничего не понял!

Райнарт насмешливо фыркнул, кивнув в сторону двоих неразлучных представителей еще более младшего поколения, тоже приглашенных на совет: Дианта он касался не в последнюю очередь, а Мелисенту даже не стоило пытаться выгнать. Подростки одновременно открыли рот для объяснений, однако под взглядами взрослых юный принц смущенно улыбнулся и сделал приглашающий жест в сторону подруги.

— Родовая магия, относится в древнейшему виду магии — эмпатической, а так же характеризуется как природная и хаотическая, — менторским тоном начала девочка, бросив на старшего брата снисходительный взгляд, — Основанием родовой магии является установление, что между членами одной семьи, рода существует определенная связь, обеспечивающая членам рода защиту от негативных эмпатических воздействий извне и проявлений среды. В настоящее время родовая магия почти не проявляется, сохранив некоторую силу лишь для старых аристократических родов, где связи еще не настолько размыты, а наоборот могут усиливаться близкородственными браками. Родовая магия никогда не была должным образом изучена, о причинах возникновения связи определенно сказать не возможно. К ним относят и эмоциональную привязанность членов семьи друг к другу, и кровное родство, и даже защиту покойных предков…

Увлекшаяся Мелисента неодобрительно поджала губы относительно последнего.

— Как бы там ни было, суть в том, что проклятый как бы извергается проклятием из рода, связь насильственным образом разрывается, лишая его защиты, а собственный иммунитет у такого человека не развит. Обычно проявления эмпатической магии носят спонтанный характер и могут не контролироваться самими действующими. Ритуалов не требует. Существует лишь два исключения: установление дополнительной связи для женщины путем ее вступления в брак и акт усыновления. Правильно, мастер?