Катарина Керр - Чары зари

— Они на моем вьючном муле, ваше высочество. Если вам не потребуются мои услуги, то я оставлю их вам для следующего кандидата.

— Нет, вы остаетесь — это решено. Все это вышло довольно странно. Когда я впервые обратился в храмы за учителем, то ожидал получить оттуда священника. Именно их обычно отправляют в королевские даны. Но мне сказали, что у них нет подходящего человека. Этот ответ я получал везде, куда бы я ни обращался, а я интересовался в нескольких святых местах.

— Правда? Очень странно, ваше высочество.

— Поэтому я был очень рад, когда Педраддин написал мне и сообщил, что подвернулись вы. Несомненно, это вирд, а кто с ним может спорить?

Невин вежливо улыбнулся и ничего не сказал в ответ. Тем не менее, несмотря на все разговоры о вирде, Касил около часа задавал умные вопросы об образовании преподавателя и интересовался, чему он собирается обучать принца. Как большинство неграмотных людей, король обладал отличной памятью и мог говорить обо всех книгах и авторах, упоминания о которых слышал в своей жизни, чтобы выяснить, знает ли их также и Невин. Они только-только начали обсуждать жалованье Невина и условия его размещения, когда послышался шум у дверей: служанки завизжали, стражники ругались и орали. В большой зал вбежал огромный серо-черный охотничий пес, с которым ходят на кабана, держа в зубах мертвую курицу. Прямо за ним мчался маленький мальчик с такими же светлыми волосами, как у Касила, и такой же бледнокожий. Он кричал во всю силу своих легких и гнал перепуганного пса, который залез прямо под королевский стул, причем так неожиданно, что король чуть не свалился на пол. Касил выругался, вскочил, а мальчик прыгнул и схватил пса за ошейник.

— Отдай ее, Паук! Ты — плохой пес!

— Марин, клянусь жирной задницей боевого коня Эпоны! Неужели ты не видишь, что я разговариваю с важным гостем?

— Прости, папа, — принц продолжал тащить животное из-под стула. — Но он украл ее, и я сказал поварихе, что верну курицу, потому что Паук — мой пес.

Король показательно вздохнул, отошел назад и позволил принцу вырвать теперь уже несомненно негодную к употреблению курицу из челюстей пса. Невин наблюдал за происходящим. Ему также было забавно: значит, вот он какой, этот будущий король всего Дэверри и Элдиса. Мальчишка оказался симпатичным ребенком, с большими, серьезными серыми глазами на овальном лице с розовыми щечками и аккуратно подстриженными золотистыми волосами.

— Убери эту окровавленную птицу из моего зала, ладно? — рявкнул Касил. — Сейчас я позову пажа.

— Пожалуйста, папа, я лучше сам отнесу ее назад, потому что обещал поварихе…

— Хорошо. Возвращайся, когда отнесешь, — король легко поддал собаке. — Убирайся, псина!

Наследный принц вместе с Пауком поспешно покинули короля. Со вздохом Касил опять уселся и взял кружку со стола.

— Он — необузданный парень, господин ученый, но у нас довольно суровые условия жизни, как вы несомненно уже заметили.

— Есть много положительного в простой жизни в трудных условиях, ваше высочество.

— Хорошо сказано. Значит, вы способны обучить принца такту, если и ничему больше. Не вижу оснований притворяться и устраивать помпезные мероприятия, которых я не могу себе позволить. Слава моего королевства всегда заключалась, в его воинах, а не изысканных манерах.

— И все же молодому Марину лучше обучиться им, сеньор, если он хочет иметь королевство и управлять им, когда придет его черед.

Невину потребовалось некоторое время, чтобы приспособиться к жизни во дворце. По утрам он проводил уроки с Марином, но во второй половине дня принц отправлялся к капитану боевого отряда для обучения верховой езде и владению мечом. Вначале Невин много времени проводил в одиночестве, в своей большой комнате на самом верху броха. Она была красиво меблирована, там имелись кровать, письменный стол и сундук для одежды, обильно украшенный резьбой. Самым лучшим в своей комнате Невин считал открывающийся из окна вид на большую часть озера и прилегающие к нему обработанные земли.

Во время трапез Невин сидел с другими высокопоставленными слугами и их семьями: бардом, Камерарием, конюшим и королевским лекарем. Вначале они относились к Невину настороженно, опасаясь, что король станет благоволить ему одному и забудет о них, но поскольку Невина совершенно не интересовали привилегии, они вскоре охотно приняли его в свои ряды.

Для обучения Марина Невин привез несколько важных книг, среди них — общее краткое изложение законов и ряд исторических трактатов, начиная от Времен Рассвета и далее по периодам правления различных королей Дэверри и Элдиса. Позднее он закажет в Аберуине экземпляры книг, написанных принцем Мейлом, — в особенности его трактат о господах благородного происхождения. Пока что они были слишком сложными для начинающего. Каждое утро мальчик читал вслух. Он часто делал ошибки и путался, но всегда продолжал, а затем Невин давал ему задание что-то прочитать про себя. Далее они обсуждали прочитанное. Марин обнаружил, что история страны полным-полна сражений и приключений. После этого его интерес к обучению усилился.

Вскоре Невин стал хорошо известен во дворце. Он начал проводить некоторое время и с королевой, которая была рада обществу нового человека, умного и хорошо образованного. Королева Сериан родилась в семье претендентов на престол от Кантрейи и являлась дальней родственницей нынешнего короля, Слумара Второго. В девятнадцать лет ее выдали замуж за Касила — против ее воли. Не только потому, что король был на пять лет младше. Главная причина заключалась в его королевстве — диком и нецивилизованном, особенно по сравнению с ее домом в Лухкарне. Теперь, семнадцать лет спустя, она смирилась со своей участью. Королева занималась двумя старшими дочерьми и младшим сыном и, как однажды призналась Невину, постепенно привязалась в Касилу.

— Если старику позволено высказываться откровенно, то вот мое мнение: Касил значительно лучше, чем кто-либо из той стаи хорьков, которая вьется вокруг трона в Кантрейе, — заметил Невин.

— О, сейчас я с вами согласна, но что может знать о жизни девятнадцатилетняя девушка? Тогда я думала только о том, что он слишком молод, и мне больше никогда не доведется погулять ни на одном из великолепных пиров моей матери.

Королева со вздохом сменила тему и от личных вопросов перешла к песне, которую бард исполнял в большом зале прошлым вечером. Вскоре после прибытия Невина пошел первый снег. Озеро замерзло, покрылось коркой блестящего льда. Земли вокруг запорошил снег, и только в отдалении виднелись струйки дыма, показывая, где находится человеческое жилище. Жизнь в дане текла медленно, концентрируясь вокруг огромных очагов в большом зале. Там господа благородного происхождения грелись рядом с огнем, а слуги ютились на теплой соломе вместе с собаками. По мере того, как проходили сонные недели, Невин искренне привязывался к Марину. Этого мальчика трудно было не любить — всегда счастливого, всегда вежливого, очень уверенного в себе. Мальчик знал о своем высоком положении наследного принца, и, тем не менее, его искренне беспокоило благополучие остальных. Невин знал, что если его работа окажется успешной и Марин действительно займет трон Дэверри, все начнут вспоминать его детство и говорить, что, очевидно, сей юноша был рожден стать королем. Несомненно, возникнут легенды о его галантности не по годам, и обычные события из детства назовут предзнаменованиями. Эти легенды забудут о том, что его мать была очень умной женщиной, а отец — необычно честным человеком. Невин не собирался вмешиваться в это. В конце концов, он ведь прибыл сюда создавать миф, а не писать историю. А миф был нацелен на то, чтобы создавать себя сам. Незадолго до Пира Солнца, который в тот год совпадал с десятилетием Марина, принц пришел в комнату учителя в необычно задумчивом настроении. Мальчик читал с отсутствующим видом, и его мысли постоянно уходили куда-то в сторону. Невин наконец спросил, что случилось.