Томас Мартин - Обоюдоострый меч

— Где ты? — спросил Стив с таким страхом, какого Морфаилу еще ни разу не доводилось слышать в голосе друга.

— Рядом с тобой, — отозвался хрипловатый женский голос. — Я вижу, твои друзья неплохо позаботились о тебе.

У Морфаила кровь застыла в жилах, когда он понял, кто находится в темнице у Стива. Подпрыгнув с табурета, Морфаил сорвал ключ с крюка на стене.

— Держись подальше от меня, — заявил Стив чуть ли не с мольбой.

— Пойдем со мной, Сновидец. Я дам тебе то, чего ты заслуживаешь, а не темный каземат, где ты сгниешь заживо.

Морфаилу очень не понравилось, что Стив помедлил, прежде чем отказаться. Вытащив стоявший у стены меч Стива из ножен, Морфаил увидел, что клинок сияет, как солнце.

— Мужайся, Стивен! — кричал Морфаил, вставляя ключ в замочную скважину.

— Морфаил! Морфаил, вытащи меня отсюда!

Морфаил распахнул люк и пинком сбросил в темницу веревочную лестницу. Но не успел даже поставить ногу на ступеньку, когда исходящее от меча сияние озарило Стива, лихорадочно карабкающегося вверх. Пара зеленых глаз позади него встретилась взглядом с Морфаилом.

— Я еще вернусь, Сновидец, — зазывно произнесла Темная. — Хорошенько подумай над моим предложением.

Зеленые глаза исчезли в тот самый миг, когда Стив перевалил через край люка. В широко распахнутых глазах застыл ужас, дыхание прерывалось. Морфаил обнял Стива за плечи одной рукой, и тот уткнулся лицом ему в грудь.

— Не заставляй меня спускаться обратно, — молил Стив. — Ради Бога, не заставляй!

— Не буду, — заверил Морфаил, гневным пинком захлопывая люк. — Давай-ка потолкуем с Эрельваром.

Эта глупость зашла уже чересчур далеко.

Эрельвар подошел к двери. Сигнала тревоги не было, и если пришедший колотит в дверь его покоев в столь поздний час без веской причины, ему придется об этом горько пожалеть. Эрельвару было не до шуток, уж очень скверный выдался день.

Он с удивлением обнаружил, что его поздний посетитель — не кто иной, как Морфаил. Еще удивительнее был тот факт, что с ним пришел Уилкинсон.

— Я же повелел поместить его в темницу, — гневно изрек Эрельвар.

— Он там и был, — огрызнулся Морфаил. — Я освободил его после визита Темной.

И тон Морфаила, и неожиданный ответ застали Эрельвара врасплох. Он даже не сразу нашел, что сказать.

— Понял... Что ж, хорошо. В таком случае помести его под домашний арест.

Эрельвар уже хотел было закрыть дверь, но Морфаил уперся в нее рукой, помешав ему.

— Нам надо поговорить, мой господин.

Мгновение Эрельвар просто смотрел на него. Такие выходки не в духе Морфаила.

— Ладно, — наконец решил он. — Заходи.

— Стивен, обожди здесь минуточку, — попросил Морфаил, переступая порог и закрывая за собой дверь.

— Что еще не так? — спросил Эрельвар, закрывая дверь за своим другом. Морфаил редко проявлял подобную настойчивость.

— Многое. Для начала, полагаю, вам следует извиниться перед своим фелга.

Эрельвар уставился на Морфаила с нескрываемым изумлением.

— Что?! Ты что, с ума сошел? Ты же был нынче вечером на совете... Ты же видел, что стряслось!

— Видел.

— И у тебя хватает наглости говорить, что это я должен извиниться перед ним?!

— Да, хватает.

— Ни за что. У этого человека ни капли чести.

— Мог ли человек бесчестный противостоять Темной столь непоколебимо? И не единожды, но дважды! А ведь во второй раз его бросили в темницу ее самые злостные недруги, и он все же отверг ее. Вы заблуждаетесь, мой господин. Стивен Уилкинсон человек чести, и я горжусь дружбой с ним.

— Ты ждешь, что я забуду о его поведении нынче вечером?

— Не совсем. Однако жду, что вы поймете, что в этом такая же доля вашей вины, как и его.

— Моей?! — Эрельвар возмущенно грохнул кулаком по столу. — Каким образом я-то виновен в этой его... вспышке?

— Вы хоть раз сказали ему хоть слово, которое не было бы приказом — или оскорблением? Вы когда-нибудь интересовались его мнением по поводу того, как с ним поступают? Вы не задумывались, с какой стати он должен вас уважать, когда вы сами столь явно не питаете ни капли уважения к нему?

Секунду-другую Эрельвар лишь молча испепелял Морфаила взглядом, но в конце концов отвернулся и сел в ближайшее кресло.

— Я... не понимаю я его, Морфаил, — признался он, не отрывая взгляда от узорного ковра.

— Вы просто не пытались. — Морфаил сделал шаг, чтобы встать перед ним. — Знаете ли вы, что до появления здесь он ни разу не видел, как человек умирает?

Эрельвар поднял глаза.

— Ни разу?

— Ни разу. Он горевал о смерти двух человек, которых убил, чтобы спасти меня. Точнее, он горевал о потере собственной невинности. Сегодня он чуть не погиб и должен был стоять над человеком, который умирал от раны в живот. Знаете ли вы об этом?

— Что он чуть не погиб — знаю. О втором я не был осведомлен.

— Так ответьте же: разве не в порядке вещей, если ребенок, ни разу не видевший смерти, станет после такого потрясения... неустойчивым?

— Но он же не ребенок!

— Разве? Во многих отношениях он так же наивен. Кое в чем он мудрее всех нас, вместе взятых. По-моему, пройдет еще немало времени, прежде чем вы как следует познакомитесь со своим фелга.

Эрельвар долго сидел, устремив невидящий взор в огонь. И, в конце концов, проронил:

— Ты... прав.

— Да, я прав. Сейчас я покину вас, мой господин. Стивен ждет за дверью. Я предлагаю вам основательно поговорить с ним. Спокойной ночи. — Морфаил вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

Эрельвар вздохнул: у него уже был точно такой же спор с Глориен. Да еще заявление Терона на совете, что надо выбрать между собственной гордыней и пророчеством. Неужели он действительно так мелочен? Неужели это всего лишь уязвленная гордыня? Есть только один способ ответить на все эти вопросы...

Покинув кресло, Эрельвар подошел к двери. Грязный, измученный Стивен ждал снаружи. Какой же ценой дался ему ушедший день?

— Прошу, — сказал Эрельвар, — войди.

Войдя в комнату, Стив буквально рухнул в кресло перед письменным столом Эрельвара.

Эрельвар сел за стол, потупившись. Что сказать... как начать? Стив облегчил ему задачу, заговорив первым:

— Впервые вижу, что вы вроде как нервничаете.

— Я не... привык, чтобы правильность моих действий оспаривали. — Эрельвар поднял глаза и встретился взглядом со Стивом.

— Знаю.

Эрельвар поднялся с места и выглянул в узкое окно. С минуту он хранил молчание, всматриваясь во тьму.

— Я... воин, — наконец начал он, — а не дипломат. И Морфаил, и Глориен, да, пожалуй, и Терон говорили мне, что я... был несправедлив к тебе.

— Я с ними полностью согласен.