Никос Зервас - Кадеты Точка Ру

Скрипнула дверь. Вошла Ася. После того как ребята вернулись из страшного Мерлина, Асю какое-то время мучили журналисты.

Она рассказывала о страшных днях, которые она, детдомовская девочка, пережила на острове. С ней сделали несколько передач на радио, одну на ТВ. И забыли. На смену сенсации «русские дети в плену у колдунов» пришла другая сенсация, потом третья и так далее. Первое время в детдоме на Асю Рыкову смотрели с любопытством, но и там привыкли. Ася по-прежнему училась в школе, ходила в сходненский храм возле станции, переписывалась со Ставриком и Кассей. С Ваней, Петей и Надинькой они виделись редко, из загорода в Москву не всегда выберешься. Поэтому она очень обрадовалась, когда друзья-кадеты предложили ей войти в Кружок выжигания и приезжать в Москву не просто повидаться, а серьёзно, по-взрослому обсуждать стратегию и тактику борьбы с колдунами. Вот и сегодня позвонил Петруша:

— Приезжай срочно!

Она размотала шарф, огляделась да и ахнула:

— Ой, мальчики! Тазы уж полные, почему не следите? Паркет девятнадцатого века, наборный! Ведь зальёт!

— Некогда, Асенька, некогда! — отмахнулся Царицын. — Итак, броневик с подложным письмом Суворова движется к телецентру. В шесть часов Уроцкий выйдет в прямой эфир и расскажет стране о сенсационном открытии. Будет трясти письмецом перед камерой! Эй, а кто телевизор выключил? Сейчас новости идут!

Асенька, сопя от натуги, вынесла полный таз на двор, выплеснула в чёрные лужи под забором, вернулась и снова подставила посудину под струйку, дробящую в паркет с потолка. Взглянула на Царицына:

— Охота тебе эту гадость смотреть! Всё равно ничего по-честному не скажут!

— Ты мракобеска и обскурантка, — мрачно заметил Царицын, вставляя вилку в розетку. Телевизор, не успев засветиться, заорал бешеным бабьим голосом:

— Замучили дети? Надоел занудный муж? Достали вечно больные родители? Десять способов завести любовника надёжно и быстро! Читайте в нашем журнале…

— Сейчас будут новости, — нахмурился Иван Царевич. — Ох, как плохи дела! Они небось уже в районе Рижского вокзала! А что я могу сделать? Взорвать броневик?

— Не знаешь, как поступить? Руки опускаются, одолело уныние? — вкрадчиво отозвался телевизионный голос. — Новый алкогольный напиток на базе абсента поднимет тебе настроение!

— Что-то знобит, — поёжилась Ася. — Милый Петенька, ты не добавишь «Огонька»?

Тихогромыч радостно закивал и принялся метать журналы в камин.

— Здравствуйте, в эфире последние вести. Сегодня президент России и прибывший в Москву с официальным визитом президент Франции вместе возложили венок к памятнику Шарля де Голля. Главы государств проследуют в Большой Кремлёвский дворец, где через час начнётся российско-французский саммит…

— Значит, Проспект Мира перекрыли, — машинально прокомментировал Царицын. — Где у нас памятник де Голлю? Правильно, недалеко от Звёздного бульвара. Ася, когда будем пить чай? Петруша, ты с малиной?

Петруша почему-то не отозвался. Совсем, бедняга, голос потерял. Ваня обернулся к больному приятелю:

— Выбирай опцию: с малиной или с мёдом?

А Петруша сидел с вытаращенными глазами и только щёки надувал, пытаясь что-то произнести.

— Поконкретнее, — усмехнулся Ваня.

— Г-д… где памятник находится? — медленно прохрипел Петруша, бешено вращая очами.

— Я же говорю, на Звёзд… — Царицын осёкся и чуть покраснел. Схватился за карман, нащупывая мобильный телефон.

— Ася! Карту Москвы, быстро!

Девочка подскочила, поспешно развернула атлас на старинном потёртом столе. Царицын впился в карту глазами. Наконец выдохнул:

— Так, всё! Работаем по броневику! Ася, к телефону. Звонишь во все пиццерии Северного округа. Заказываешь пиццу по адресу… записывай! Улица Первая, дом пять. Нет, нет! Дом номер семь!

— Пиццу? — эхом отозвалась девочка. — Но я не очень люблю пиццу.

— Пожалуйста, не обсуждай. Через четверть часа мне нужно как минимум двадцать… нет, тридцать заказов пиццы на указанный адрес. Это срочно, Асенька! Ха-ха! Отлично, теперь разберёмся с параллельной улицей…

Он заметался по кабинету, задевая старинные книжные шкафы.

— Петя, друг! Помнишь, у тебя был знакомый хакер? Который ломал для нас веб-сервер партии «Яблоко»? Звони-ка ему, срочно! Прямо сейчас, с мобильника.

Тихогромыч кинулся ловить скользкий аппарат в подушках. Поймал, вцепился обеими руками, набирая номер.

— Спроси своего хакера… не слабо ему на спор залезть на один сайт в Рунете?

— Государственный? — испуганно охнул Петруша.

— Да нет, ты успокойся. Мне нужно, чтобы он пробрался в портал одного молодёжного клуба… И разместил там объявление. Самыми огромными буквами!

Иван бегал вокруг карты, грыз карандаши, размахивал руками — длинная тень Царицына, то сжимаясь, то вырастая на половину потолка, прыгала по стенам. Возле камина, шелестя жёлтыми страницами телефонного справочника, Асенька неисправимо нежным голосом мурчала в старинную чёрную трубку:

— Здравствуйте, это «Лазанья ди Моска»? Я бы хотела сделать срочный заказ, пожалуйста…

Вскоре за телефон засел Иван:

— Алло, это квартира Бахиревых? Беспокоит кадет Царицын. Антоша, ты?! Срочное дело, брат! Готовые хухрики есть? Нужно много хухриков, очень много? А ведро наберётся?! Отлично! Антоша, прямо сейчас… Умоляю! Вопрос жизни и смерти одного достойного человека. Лети в район Выставочного центра! Переулок Гнобищенский! Нет уж, ты возьми карандаш и запиши! Дом девять, во дворе асфальтовый пятачок напротив второго подъезда! Надо всё засеять хухриками, равномерно! Как засеешь — сразу убегай! Там через полчаса тако-ое начнётся!..

— Никуда не уходить, всем быть на связи! — крикнул Царицын. Схватил Асин шерстяной платок, цапнул с блюда зелёное яблоко и стремительно вылетел из дома.

Глава 25. Если волк не сдаётся

— Не журись, Шарапов, вот разгребём мы с тобой эту шваль — в институт пойдём! Знаешь, как наша профессия называется?

— Как?

— Правоведение!

«Здравствуй, моя Суворочка. Сегодня отрубил голову у пленного турецкого паши, играл ею, кидался, как мячом. Прошлый раз дарил тебе на Рождество уши башкирцев да скальпы польских конфедератов. Теперь привезу бусики из глаз поганых турчат. Турки — не люди, убивать их надо, особенно детишек турецких, чтобы не плодилась эта нечисть богопротивная. И поляки не люди. И башкирцы не люди. Только русские — настоящие люди, потому что лицом белы и красивы, курносы и отважны. Мы должны всех завоевать и править всем миром, господами быть над народами. Половину народов пушками расстреляем, другую половину в цепи закуём, пущай работают на матушку Царицу нашу.