Раймонд Фейст - Король-лис

— Хозяин, постарайтесь походить на бедного крестьянина, и тогда, может быть, мы переживем эту ночь.

После этого он обтер одежду и лицо Кога своей окровавленной одеждой.

Бывший наемный убийца повел своего хозяина прямо в то крыло цитадели, где обитал Лесо Варен. У покоев чародея они увидели такое, что, не будь у Кога крепкого желудка, его бы вывернуло наизнанку.

Слуги, все с побелевшими лицами, выносили из покоев колдуна трупы. Среди слуг попадались люди, которых Ког никогда раньше не видел, — наверное, рабочие из города. Кто-то крикнул им с Амафи:

— Эй, вы! Несите это корыто вон туда, да поживее.

Ког и Амафи схватили большое деревянное корыто, наполненное водой, смешанной с чем-то едким. Ког только вдохнул пары, и у него потекли слезы из глаз. Отвернув лицо в сторону, он помог своему слуге внести корыто в покои колдуна.

Лесо Варен стоял у стола, изучая лежащие перед ним свитки. Он то и дело оглядывал комнату, наблюдая за работой, но внимание его было сосредоточено на рукописях.

Они вошли в ту самую комнату, где Кога заставили принести клятву; там были еще две большие двери. Кога с Амафи направили в левую, немного приоткрытую.

Ког опустил корыто на пол и начал озираться вокруг. В комнате с каменными стенами было очень неуютно. Вдоль одной из стен располагались полки с книгами и свитками. Стену напротив двери украшали кандалы, привешенные к цепям, а по обилию крови на полу под ними можно было заключить, что тела только что вынесли отсюда. В третьей стене было окно. Перед ним стоял небольшой стол, на котором помещалась лишь чернильница с пером. Справа от двери стоял еще один стол, побольше, загроможденный разными сосудами, банками и коробками. В середине пола был сделан сток, по которому медленно текла кровь.

Ког и без острого покалывания кожи на затылке понял, что вся комната наполнена темной магией. Он вспомнил, чему его учили на острове Колдуна, и догадался, что здесь произошло. Темные заклинания против врагов, а также другие тайные действа обретают большую силу, если их скреплять смертью и кровью людей. Лесо Варен был некромантом, владел магией смерти, и совсем недавно он сотворил какое-то мощное заклинание. По растерянному выражению его лица Ког заключил, что не все произошло так, как хотелось чародею.

Ког взял щетку и стал скрести пол, а Амафи принялся за стены. За работой Ког старался запомнить все подробности. Он подобрался к книжным полкам, стараясь рассмотреть названия. На многих корешках не было надписей, а другие были помечены символами и значками, значения которых он не знал. Но около полутора десятков книг были озаглавлены на языках Кеша, Ролдема, Королевства Островов и некоторых других. Ког все их запомнил и решил записать в рапорте Конклаву.

Молодой Ястринс был так занят, что почти не заметил, как сзади кто-то подошел. Склонив голову, он ощутил на своем плече чужую руку. Он обернулся, не поднимая глаз, — на случай, если это человек из замка, который мог бы его узнать, и увидел пару босых ног, выглядывавших из-под замусоленного края длинного платья. Подняв взгляд, он увидел молодую женщину, которая держала ведро чистой воды. Она заговорила на ролдемском с сильным акцентом:

— Это мыть.

Он кивнул, сделал шаг назад и прислонился к стене — у него закружилась голова. Женщина больше на него не взглянула, а просто плеснула воду на пол, смыв кровавые разводы.

Он стоял без движения, а девушка ушла, чтобы принести еще чистой воды. Амафи дернул Кога за рукав:

— Хозяин, перестаньте таращиться, опустите голову!

Ког вернулся к своему занятию, забыв все названия книг, которые старался запомнить. Так они работали еще час, после чего им было велено вынести корыто. Они спустились вниз по какой-то лестнице, и на полпути по длинному коридору Ког открыл спрятанную за обшивкой стены дверь прохода для слуг, чтобы поскорее отвести Амафи обратно в их покои. Воду из ванны Амафи еще не выносил, и Ког сказал:

— Мы оба вымоемся, а потом ты вынесешь воду ведром. Не надо, чтобы кто-нибудь видел всю эту кровь.

— Хозяин, что там случилось? — спросил Амафи. — Вы так побледнели, словно увидели привидение.

— Почти так и было, Амафи. — Ког снял куртку, пропитанную кровью, и бросил ее слуге. — Сожги все это, — велел он, снимая и грязные штаны. Он сел в ванну и закрыл глаза. В памяти все еще стояло лицо молодой женщины. Каждая прядь волос, каждый штрих грязи, каждый синяк и ссадина на лице — старые и новые.

Ког помнил это лицо, покрытое веснушками, когда-то эти глаза медового цвета смотрели на него так, что ему хотелось умереть. Он опустил голову в воду и намочил волосы. Вытащив голову, отфыркиваясь, он закрыл лицо руками — там, у Лесо Варена, он и впрямь увидел привидение. Он помнил эту стройную, высокую фигуру. Помнил, как девочка бежала со стайкой своих подруг в деревне Кулаам, тогда, когда Когвин Ястринс звался Киелианапуна — рыжая белка, а девочку звали Перышко Синекрылого Чирка.

— Что такое, хозяин? обеспокоенно спросил вошедший Амафи.

Когу хотелось закричать: «Я не единственный выживший оросини!» — но тогда ему пришлось бы слишком многое рассказать Амафи, а Ког этого не хотел. Наконец он произнес:

— Та девушка, в комнате Лесо Варена, со светлыми волосами.

— Да?

— Она… она напомнила мне другую девушку, которую я много лет не видел.

— А-а. — Амафи начал снимать свою запачканную кровью одежду. — Очень похожа?

— Удивительно.

Они поменялись местами, и Ког принялся вытираться. Приготовившись лечь в постель и зная, что уснуть наверняка не сможет, он сказал:

— Завтра, пока герцог объясняет мне поручение в Саладоре, я хочу, чтобы ты разузнал, что можно, о людях, которые выносили тела. Наверное, мажордом считает, что они не разболтают секретов.

— А про девушку? Ког подумал.

— Нет. Пока просто узнай, где она и кто ее хозяин.

— Хорошо, хозяин.

Ког уселся перед камином, пытаясь согреться, и обнаружил, что ему потребуется на это немало времени.

11

САЛАДОР

КОЛЯСКА ГРОХОТАЛА по вымощенной булыжником мостовой.

Ког и Амафи направлялись к дому, который в Саладоре снял для них один из агентов Каспара. Сам Ког официально никакого отношения к герцогу не имел. Не было никаких поручений, посланий, представлений во дворце герцога Саладорского. Никто не должен был заподозрить, что Ког — агент Каспара да к тому же стал в Оласко придворным бароном. В Саладоре он оставался сквайром Ястринсом, который после года отсутствия снова вернулся в город.

У Кога был план действий, он знал, чего от него ожидают и что его ожидает, если он провалится. Однако он заставил себя еще раз проверить этот план: ему все время казалось, будто он что-то упустил. Впервые с тех пор, как поступил на службу к Каспару, Ког чувствовал себя неуверенно. Все подробности плана были продуманы, и все же ему было не по себе.