Стивен Эриксон - Врата Смерти(пер. И.Иванова)

Маппо повернул голову к нагромождению камней.

— Может, узорчатый пол мешал им. Или пугал. Если разгадка и существует, искать ее надо по другую сторону этого завала.

— К тебе вернулись силы, дружище?

— Кажется, да.

Трелль подошел к стене и потянул на себя самый верхний камень.

— Не думал, что он такой тяжелый, — шумно выдохнул Маппо. — Помоги!

Икарий подхватил камень.

— Это тебе не известняк, — усмехнулся полуджагат. — Не торопись, сейчас мы расчистим себе дорогу.

Где-то через полчаса они сумели разобрать завал настолько, чтобы перебраться на другую сторону. Привлеченные шумом и голосами, по винтовой лестнице спустилась целая стая бхокаралов. Раскачиваясь на перилах, они молча наблюдали за работой. Но стоило Маппо и Икарию протиснуться через проход, как крылатые обезьяны поспешили наверх.

Впереди открывался широкий коридор. Колоннами, поддерживающими свод, служили кедровые стволы толщиной в человеческую руку. Кора с них давно осыпалась, хотя в некоторых местах сохранились ее темные островки.

Маппо дотронулся до старинного дерева.

— Представляю, каких сил стоило дотащить их сюда.

Икарий принюхался.

— Их перемещали по магическому Пути. Я и сейчас ощущаю его следы. А ведь столько веков прошло.

— Веков? И ты даже можешь сказать, какой это был Путь?

— Могу. Куральд Гален, Путь Тьмы. Путь Древних.

— Так это же Путь тистеандиев! Я не слышал, чтобы тистеандии когда-нибудь появлялись в Семиградии. Их не было ни в моих родных краях, ни по другую сторону Джаг-одхана. Странно. Ты не ошибся?

— Я ничего не утверждаю, Маппо. Просто я почуял Куральд Гален. Вернее, поймал ощущение Тьмы. Могу сказать наверняка, что это не Омтоз Феллак, не Теллан и не Старвальд Демелен. Других Путей Древних я не знаю.

— Я тоже.

Они молча двинулись по коридору.

По подсчетам Маппо, длина коридора составляла триста тридцать шагов. Он выводил в другое восьмиугольное помещение, пол которого был приподнят на высоту одного локтя. Его покрывали восьмиугольные плитки, испещренные затейливыми узорами. Полу серьезно досталось и здесь. Кто-то в слепой ярости колотил по узорам, стремясь изуродовать как можно больше плиток.

Трелль остановился у порога. Он чувствовал, как шевелятся волосы у него на затылке. Икарий встал рядом.

— Не думаю, что нам нужно заходить внутрь, — сказал он. Маппо кивнул. Тяжелый, застоявшийся воздух был густо пропитан древней магией. Изуродованные плитки до сих пор струили невидимые волны магической силы. Икарий недоуменно качал головой.

— Если это и Куральд Гален, то какой-то незнакомый. Похоже… он загрязнен.

— Ты хочешь сказать, осквернен?

— Возможно. Но зловоние исходит не от самих плиток. От борозд и царапин на них. Тебе знаком этот запах, Маппо?

Трелль вгляделся в ближайший искореженный восьмиугольник. У него раздулись ноздри.

— Странствующие. Диверы. Такой запах всегда сопровождает переместителей душ.

Он вдруг громко рассмеялся, и эхо несколько раз повторило его смех.

— Путь Рук! Икарий, врата, которые они ищут, — здесь.

— Здесь нечто большее, чем врата, — возразил Икарий. — Взгляни на неповрежденные узоры. Что они тебе напоминают?

Маппо знал ответ. Он глядел на узоры, и его уверенность только возрастала. Но других ответов он не находил. Только новые вопросы.

— Они похожи… и не похожи. Они словно дразнят меня свой похожестью. А вот что напоминают, так и не могу понять.

— Здесь тебе не найти ответов, — сказал ему Икарий. — Нужно добраться туда, куда мы собирались с самого начала. Мы приближаемся к пониманию. Вот в этом я уверен.

— Ты думаешь, Искарал Паст готовится к приему новых гостей? Неужели он ждет странствующих и диверов и готов сразу же показать им, где врата? Неужели и он, и Дом Тени — это самое сердце слияния?

— Не знаю, Маппо. Давай спросим у него.

Они повернулись и пошли обратно.

«Мы приближаемся к пониманию»… От этих четырех слов Маппо сделалось страшно. Он чувствовал себя зайцем, которого охотник держит на прицеле лука. Куда ни беги — все равно не спасешься, и потому обреченный зверек беспомощно застывает на месте. Трелль ощущал силы, угрожавшие поколебать его разум… Безымянные силы с их видениями и туманными намеками, скрытыми целями и такими же скрытыми желаниями. Эти силы были порождениями седой древности. О них рассказывали легенды треллей, если, конечно, легендам можно доверять… И рядом со всем этим — Икарий.

«Друг мой, я ничего не могу тебе рассказать. Мое проклятие в том, что вместо ответов на твои вопросы я вынужден отмалчиваться. Дружеская рука, которую я тебе протягиваю, лишь заводит тебя в дебри обмана. Я делаю это во имя любви к тебе, делаю на свой страх и риск. И знал бы ты, какою ценой…»

Стая бхокаралов встретила их у лестницы и с почтением проводила на первый этаж.

Когда Маппо и Икарий поднялись наверх, они обнаружили, что верховный жрец решил устроить здесь спальню. Бормоча себе под нос, Искарал Паст запихивал в мусорный чан сгнившие фрукты, дохлых летучих мышей и растерзанных ящериц. Услышав шаги, он обернулся.

— Если эти гадкие обезьяны будут вам докучать, пусть берегутся моего гнева, — прошипел он. — Какое бы помещение я ни выбрал, они тут же превращают его в помойку. Я потерял всякое терпение! Они смеют насмехаться над верховным жрецом Тени! Только еще неизвестно, кто будет смеяться последним.

— Мы нашли врата, — сказал Маппо.

Искарала его слова ничуть не удивили.

— Говоришь, нашли? Эх, дуралеи. Видимость обманчива. Одну жизнь отдаешь, другую получаешь взамен. Вы что же, успели заглянуть в каждый угол, обследовать каждую щелочку? Глупцы, набитые глупцы! Бахвальство, которое распирает от самоуверенности, — вот вернейший признак невежества. Думали поразить меня вашей находкой? Ха-ха! У меня свои тайны, свои замыслы. Искарал Паст — непревзойденный гений, и его дела недоступны разуму таких, как вы. Взгляните на себя. Вы веками бродите по земле смертных. Так почему же вы до сих пор не вознеслись в сонм Властителей? Я отвечу: число прожитых лет само по себе не приносит мудрости. Даже не надейтесь. Полагаю, вы поубивали всех пауков, какие только попались вам на глаза. Нет? А зря, ибо в этом сокрыт путь к мудрости. Представьте себе, в этом!

Маппо и Икарий молча слушали его монолог.

— У бхокаралов мало мозгов. Много и не поместится в их маленькие круглые черепушки. Они хитры, как крысы, и глазки у них блестят, словно черные камешки. Как-то я целых четыре часа глядел в глаза бхокаралу, а он — в мои. Никто из нас не отвел взгляд; это было состязание, которое я не смел проиграть. Четыре часа. Лицом к лицу. Почти впритык, ибо я ощущал на себе его зловонное дыхание. Кто должен был победить? Решение находилось в руках богов.