Диана Марселлас - Зов Колдовского ущелья

— Я постараюсь.

Мелфаллан поднес ее пальцы к губам и нежно поцеловал. Сари глубоко вздохнула и закрыла глаза.

— Теперь мне нужно поспать. Как чудесно сознавать, Мелфаллан, что теперь рядом со мной есть ребенок, живой ребенок. — Она улыбнулась. — Это просто чудо.

Ее глаза вдруг распахнулись, и Мелфаллан увидел в них невиданную раньше радость. Он опять склонился к ней и, повинуясь внезапному порыву, поцеловал ее в губы. Сари тихо засмеялась.

— Да, теперь все по-другому, — воскликнул он, улыбаясь.

— А как мы его назовем? Я еще не выбрала имя.

Мелфаллан понимал, почему Сари не задумывалась об имени. Потеряв троих детей, она уже не верила в благополучное появление на свет четвертого.

— Засыпай, Сари, — ласково прошептал Мелфаллан. — Теперь мы можем выбирать ему имя хоть несколько лет.

Сари улыбнулась и покорно закрыла глаза. Когда она крепко заснула, он осторожно положил ее руку на одеяло, повернул голову и взглянул на спящую Брилли Мефелл.

— Как вы собираетесь поступить с ней, ваша светлость?

Голос Марины напряжен, в нем упрек и недоверие.

«Неужели и она, и Сари, и другие люди считают, что я с удовольствием отвечу жестокостью и беспощадностью на доброту мисс Мефелл?» — в отчаянии подумал Мелфаллан.

Он взял Марину за руки и серьезно взглянул ей в глаза.

— Мы вступаем в опасную игру. Ты прекрасно знаешь, что предписывает закон в отношении ведьм. А герцог Теджар с радостью воспользуется этой возможностью: он на протяжении долгих месяцев ждал удобного случая выступить против меня. Ты понимаешь, о чем я? — Марина кивнула, но выражение ее лица оставалось таким же напряженным. Мелфаллан крепче сжал ее руки. — Я обязан быть справедливым Верховным лордом, беспристрастным и жестким. Если я не проявлю эти качества, то у девушки не останется шансов на спасение. Герцог сожжет ее, а потом нападет на Ярваннет. — Он выдержал продолжительную паузу. — Поэтому я обязан опять поместить Брилли Мефелл в темницу, а потом отвезти ее на суд в Дархель.

— Нет, Мелфаллан! — выкрикнула Марина, и Сари нервно вздрогнула во сне.

Мелфаллан отвел целительницу к двери, поднеся палец к губам.

— Теперь моя очередь напомнить тебе о соблюдении тишины. Выслушай меня, Марина. Если мне удастся добиться для нее оправдания, она обретет законную свободу. Это ее единственный шанс. — Марина пожала плечами и отдернула руки от Мелфаллана, словно боялась заразиться неизлечимой болезнью. — Только задумайся, Марина!

— Оправдания? — Она непонимающе покачала головой. — После всего, что тут произошло?

— Да, после всего этого. Колдовство — зло, — сказал Мелфаллан. — Так говорит закон. То, что случилось в этих покоях, невозможно назвать злом, поэтому невозможно назвать и колдовством. — Мелфаллан скривил губы. — Все дело в определении.

Марина фыркнула.

— Герцог Теджар не станет слушать ваши определения. В этом я даже не сомневаюсь.

— Теджар — может быть, а остальные станут. На суде, я надеюсь, будут присутствовать и другие Верховные лорды. У графа Мионна мало оснований для любви к Теджару, кроме того, я женат на его дочери. Правитель Брайдинга на протяжении многих лет является тайным другом Ярваннета, а герцог, по всей вероятности, не знает об этом и рассчитывает на его поддержку. Ровена, уверен, встанет на мою сторону. Итак, я могу почти с полной уверенностью предположить, что два Верховных лорда отдадут голоса в мою пользу. Мне нужно четыре голоса, Марина, четыре. При трех ситуация будет неясной, а четыре решат все. В таком случае ей ничего не грозит. Она сможет жить в этих местах в мире и спокойствии.

Мелфаллан взглянул в глаза Марине и увидел в них сомнение.

— «Я оберегаю», она сказала: «Я оберегаю», ты слышала? Что оберегаю? Колдуньи ничего не оберегают, они разрушают, уничтожают, убивают. Ведьмы не исцеляют, не спасают, Марина. Они насылают мор, отравляют скот, воруют младенцев. Слышала ли ты когда-нибудь, чтобы легенды о колдуньях рассказывали о чудесном исцелении, о борьбе с самой Смертью при помощи невидимого меча?

— Но легенды описывают настолько же неправдоподобные явления, как и то, свидетелями которого мы стали сегодня.

В голосе Марины звучала тревога.

— Но не именно такие явления, Марина. Если рассуждать так, то и твои таланты можно расценить как нечто неправдоподобное. Я не раз видел, как, используя свои знания и способности, ты спасала людей от страшных болезней. Ты знаешь множество секретов, которые мне кажутся невероятными. А если я заявлю, что мне не нравится и твой талант? Я могу назвать ведьмой и тебя?

— Какие глупости! — Марина отпрянула, с ужасом глядя на графа. — Я не ведьма. Да как вы смеете?

— А Брилли? По-твоему, она колдунья? — Мелфаллан указал на спящую на стуле молодую женщину. — Она ведьма, Марина? Про нее рассказывают наши жуткие легенды? Колдуньи не оберегают, они уничтожают. А Брилли исцеляет, оживляет. То ранение, которое нанес Грамилу Ландрет, было смертельным, Марина. Я видел это собственными глазами. И после наложения ею повязок и ее ласкового прикосновения у мальчика остались лишь синяки. Она умеет творить настоящие чудеса. — Он в отчаянии вскинул руки. — В тот день я тоже все видел — как проходит лечение, что делает эта женщина, — но ничего не понял. А я должен знать, что происходит! Я Верховный лорд и имею право знать!

Марина усмехнулась.

— Возможно, у этой девочки есть все основания не доверять Верховным лордам. Возможно, ее книги рассказывают о правителях то же самое, что наши — о колдовстве!

— Книги? Думаешь, у нее есть книги? — спросил Мелфаллан, удивленный поворотом разговора. — Какие?

— Откуда же мне знать? — Марина изумленно подняла черные брови.

— Действительно. — Мелфаллан пожал плечами. — Быть может, мисс Брилли сама мне расскажет об этом, когда проникнется ко мне хотя бы толикой доверия. — Он покачал головой. — Я должен справиться с этой проблемой! На карту поставлена не только жизнь этой чудесной целительницы, но и жизнь всего Ярваннета! Мне надоело опасаться враждебности Теджара. Нужно что-то предпринимать. Наверняка Бартол уже плывет к родным берегам.

— Опасную игру вы затеваете, мой лорд, — медленно произнесла Марина. — Если вы проиграете, потеряете слишком многое. Не только одного человека — весь Ярваннет.

— Как ты думаешь, стоит ли из-за Брилли Мефелл рисковать целым графством? — спросил Мелфаллан.

— Я — целительница, — ответила Марина в смятении. — Я знаю, как излечить то или иное заболевание, как обработать рану, я помогла десяткам младенцев появиться на свет, и я люблю их всех. А решать, стоит ли рисковать графством из-за одного человека… Это не моя задача…