Евгения Фёдорова - Жертвы времени

— Как и твой найденыш, — парировал Оружейник.

— Я думаю, ты дал ему множество дельных советов, как вытрясти из меня всю душу, — Мастер зевнул и рассеяно пояснил: — День — не мое время, ты же знаешь.

— Могу дать и тебе пару дельных советов на счет найденыша, но ты же ничего не хочешь слышать.

— Не хочу, — согласился маг. — Пойду подремлю до заката.

Глава 7. Излишества

Напьюсь, — думал я, — найду способ и обязательно напьюсь. Хочу забыть хоть на мгновение, что все вокруг с ног на голову. Хочу забыть, что бежать из этого мира невозможно.

Я со злобой толкнул дверь своей комнаты, так, что она с грохотом ударилась о стену и пошла обратно, чуть не огрев меня по плечу. Оказалось, что я немного погорячился и спутал двери.

То, что я назвал поначалу своей ошибкой, было самой большой удачей за сегодняшний день. Здесь была просторная ванная комната, настоящая, с умывальней и большой лоханью для мытья. Здесь даже нашлось длинное полотенце, висевшее на крюке у окна, мыло и опасная бритва, лежащие на одной из многочисленных полок. Никогда такой не пользовался, но у отца была и я раньше с завистью смотрел, как он бреется ею, сохраняя сосредоточенное внимание, чтобы не порезать кожу.

Рядами вдоль стен стояли сосуды темного стекла с надписями и без них. Я нашел ароматические масла, травы и соли.

Эта комната несла в себе отпечаток какой-то странной роскоши, которой были лишены все посещенные мною до этого помещения. Скамья в углу имела резную спинку из белой кости, изображавшую бегущих оленей и преследовавших их охотничьих псов. Стены были завешены поблекшими драпировками, а лохань имела латунные ножки, выполненные в виде когтистых лап ящерицы.

Рассудив, что всем этим я волен пользоваться и не подвергнув этот вывод сомнению — судя по тишине вокруг башня была пуста, — я, не теряя времени, принялся за умывание. Вода из золоченого крана с потертым вентилем текла чистая, приятно теплая, а из крана над лоханью и вовсе обжигающе горячая. Как я узнал позднее, под городом были горячие источники, к тому же вода в летние месяцы прогревалась солнцем, а зимой и в стылые дни, когда затапливались в жилых комнатах камины, она дополнительно грелась, проходя по системе труб, вдоль каминных и печных вытяжек. То же тепло, что несли с собой вода и дым, согревало и все жилые помещения. Весьма умно и экономично, если учесть тот факт, что странный желтый камень, из которого был построен город, удивительно легко нагревался и очень долго не отдавал свое тепло зимой, сохраняя приятную прохладу летом.

Я пустил воду, чтобы она наполнила лохань, и поднялся на пять ступеней, толкнувшись в следующую дверь. На этот раз я не ошибся и вошел в свою комната. Убедившись, что идти мне будет недалеко, я поспешил вернуться обратно. Раздевшись, еще долго с досадным раздражением возился с кожаной лентой на запястье, пытаясь ее снять, но узел затянулся так туго, что не удалось его даже ослабить. В конце концов я бросил столь безнадежное занятие и влез в горячую воду.

Спина неприятно заныла. Я уже успел забыть, что тепло, так же как и холод, может вызывать боль в свежих шрамах.

Мылся я довольно долго, остервенело скреб кожу, будто хотел смыть с себя все предательства и насмешки прошедшего времени, потом выбрался из лохани, роняя на пол капли воды, подхватил полотенце и заметил за драпировкой край зеркала. Отвел ткань легкую. Полотенце выскользнуло из моих рук и мягко скользнуло на пол, коснувшись босых ног. Сказать, что я изменился, было не сказать ничего. Я даже не поверил своим глазам, когда из зеркало тускло посмотрел на меня человек бледный, с резко выступающими скулами и глубоко запавшими глазами. Волосы мои отросли длиннее, чем я когда-либо носил. Еще месяц и их тоже можно будет завязывать в хвост. Я ужаснулся тому, как похудел. Голым, я выглядел ужасно. Кости торчали из меня во все стороны, обтянутые бесцветной кожей, которая совсем не сглаживала ощущение угловатости.

Я медленно повернулся, рассматривая спину. Ничего ужасающего, как я предполагал, там не было. Аккуратная розовая полоска нежной кожи. Ничего более.

Я устало уперся руками в стену по краям зеркала, совсем забыв, к чему это может привести.

Башня слегка вибрировала, но скорее оттого, что происходило с землей. Свет померк, и в помещении стало темно. Здание стояло крепко. Смутный шум проникал через закрытые окна, вой ветра бился за пределами стен…

Я пристально посмотрел за окно. Медленно порхая белым пухом, в воздухе кружился снег. Я шагнул к окну, чтобы открыть его…

Кровь хлынула из носа, закапала на грудь. Я поднес руки к губам. Стоило мне оторвать ладони от стены, и видение схлынуло, оставив несколько мгновений полного непонимания и растерянности. Я смотрел на кровь на руках и был не в состоянии разорвать магию алого цвета; мне казалось, кровь не просто испачкала ладони, она стекает по ним подобно текущему с камней водопаду. Капнула за спиной из крана вода и этот звук показался мне нереальным, ведь кровь текла по моим рукам бесшумно. Я оглянулся и понял, что произошло, снова посмотрел на руки, не веря тому, что видел. Но по ним не текли больше красные потоки, я просто вытер ладонью нос, оставив на коже кровавый развод.

Да что же со мной происходит? Откуда приходят эти видения?

Я потряс головой, приходя в себя, медленно развернулся на мокром полу и вернулся в воду.

Мысли путались. Мне казалось, я думаю не о том, о чем хотел, но ничего не мог с собой поделать, потому что не мог думать четко.

Кровь все текла из носа, я смывал ее и вода медленно из желтоватой стала мутно-розовой, она все больше и больше пахла железом. Этот резкий запах наполнил мой забитый кровью нос и рот, вызывая тошноту.

Я казался себе неловким игроком, который не знает ни своих, ни чужих карт, ни даже ставок. Что со мной происходит, когда я касаюсь стен? Почему некоторые вещи лишают меня сил, другие лишь увлекаю за собой, но не причиняют вреда? Касание картины в доме Оружейника подарило мне невероятные чувства и чужую память, но от иных прикосновений я лишался сил, а мой мозг словно решал вытечь из головы вместе с кровью.

Я хотел остановить кровь также как Мастер, попытался нащупать точки, на которые он давил, но все было тщетно, потому что мой мучитель был в первую очередь магом и его вмешательство было энергетическим, не физическим.

Глаза слипались и я задремал.

Я тряхнул крылом и ощутил, как расправляются длинные перья. Ветер приятно зашевелил их, и я растаял в сладостном ощущении. Я тряхнул, расправив, вторым крылом и боком, закрыв глаза, упала вниз.