Людмила Астахова - Теория Заговора

Чтобы усыпить бдительность орочьего полового гиганта - старшего лейтенанта Кагырыба, Эрин время от времени издавал что-то вроде "да-да, конечно" или "фигасе!", а сам продолжал размышлять над вероятностью того, что Элеммир мог откопать нечто важное в давно закрытом и похороненном в архиве скандальном деле. Предположим, в его руки попали какие-то компрометирующие документы или что-то еще. Может такое быть? Ну, допустим. Об этом стало известно кое-кому, и ап-Морвениона начали травить. В ход пошли похабные опусы иномирянки, предосудительные знакомства, сплетни и домыслы. Что бы сделал тот Элеммир, которого так хорошо знал Эрин? Он бы преисполнился презрения, вызвал бы парочку клеветников на поединок, засудил одного-двух главных редакторов столичных таблоидов на кругленькую сумму и для полного удовлетворения оттрахал жену какого-нибудь особо усердного генерала. Самоубийство не вписывалось в стройную логику образа ап-Морвениона никоим образом. Вернее сказать, офицер и дворянин не позволил бы себе такой роскоши - просто вышибить мозги от обиды, до тех пор, пока не докопается до истины.

А вот нашел ли Элеммир компромат или это лишь версия его матери - отдельная и самая главная загадка.

И посоветоваться не с кем, кроме Леготара, который своих источников не сдает ни при каких обстоятельствах. О том, чтобы обсудить столичные расклады с Нолвэндэ, речи тоже идти не могло. Да и спит она, бедняжечка, после чудесного и бурного исцеления страждущих. Спит мертвецким сном, и её лучше не будить.

– Паучий случай! Эрин, у тебя уши стали красные, - расхохотался Кагырыб. - Можно подумать, что ты прямиком из детского сада и никогда ничего подобного не слышал.

В ответ капитан лишь хмыкнул и неопределенно пожал плечами. Не рассказывать же доблестному орку, что покраснение ушей вызвано вовсе не его повествованием, а собственными воспоминаниями. О дровской раздевалке. Да. Вот так и появляются байки про светлоэльфийское целомудрие и тонкую душевную организацию…

Под утро Эрина все же сморило, и он банальнейшим образом задремал прямо на стуле, положив голову на "Гадание по мертвецам". Снился ему почему-то Ытхан Нахырович в кожаном пальто со сковородкой, на которой возлежал покрытый золотистой корочкой Геннадий Александрович. Под ногами у начальства вертелось множество кошек, орк рассказывал животным пошлые анекдоты. Ужасно бородатые и совершенно не смешные, но кошкам нравилось. А может быть, они терпели болтовню ради угощения?

Сон Эринарандира оказался, что называется, в руку. Хитрый Ытхан Нахырович решил перенести планируемое ПДПС с вечера на утро, убивая тем самым сразу двух кошек…бр-р-р-р… зайцев. Во-первых - утром в актовом зале прохладнее, а во-вторых, никто из сотрудников не захочет начинать трудовой день с пресловутой "Черной чайки". Особенно, один шибко умный остроухий следователь, наотрез отказывающийся соблюдать форму одежды. Оно ж потом работать мозгами.

Все-таки несправедливо, что до сих пор не нашлось таланта, который бы воспел своеобразную красоту производственных собраний. Право слово, порой в пыльных актовых залах бушуют такие нешуточные страсти, какие не на каждых театральных подмостках увидишь. Опять же, символизм! Возьмем, например, графинчик с водой и пустой граненый стакан. Тут тебе и тайный намек на далекий от абсолютной трезвости образ существования большинства сотрудников, он же, одновременно, призыв к искоренению вредной привычки квасить прямо на рабочем месте. Не стоит забывать философскую глубину известной сентенции о наполовину полной или пустой емкости, а так же сакральную фалличность формы графина. А пронзительное позвякивание шариковой ручкой по округлому боку сосуда должно стать колокольным набатом, пробуждающим совесть соратников по борьбе с мажеством.

Производственное собрание - это своеобразное ристалище, где каждый присутствующий являет истинную сущность в битве за внеочередные премиальные или тринадцатую зарплату. Ничто так не уравнивает между собой дроу, хоббита и гоблина, как гневный разнос от начальства. И ничто так не сплачивает, как выбор кандидатов в президиум очередного тожественного мероприятия.

А вы говорите, всего лишь какое-то собрание! Э! О!

– Ты еще шорты надень, - рыкнул Ытхан на Эрина. - Совсем совесть потерял.

– Я после дежурства переодеться не успел, - парировал тот, сопровождая ответ сладким зевком. - Только в душ заскочил.

– Поговори мне!

Настроение у любимого руководителя находилось в стадии боевого подъема, а потому вид вальяжно развалившегося в кресле эльфа в футболке и джинсах действовал Ытхану на нервы. Тем более что рядышком сидел Леготар и создавал разительный контраст своим внешним видом, целиком отвечающим уставу. Но вот в чем парадокс - почему-то точно такие же футболка и джинсы, только черного цвета, надетые на товарище Ушшос-Нахе, сидевшем справа от Эрина, у начальства раздражения не вызывали. Странно, правда?

– А вот и наши дамы, - заявил Дзир, указывая на Нолвэндэ и Тавариль, и помахал им рукой. - Милости просим, сударыни. Капитан ап-Телемнар любезно занял вам места.

К величайшему облегчению вышеупомянутого капитана, стажерка надела свежевыданную форму. Совсем же другое дело! Сразу видно - энчечекистка и правовед, а вовсе не девица из группы поддержки школьной футбольной команды.

Лишенный возможности запечатлеть на устах напарницы традиционный утренний поцелуй, Эрин специально усадил ей впереди себя, чтобы безнаказанно любоваться стройной шейкой и нежными ушками, а так же ментально общаться на разные темы.

"Приструнила наш сюрприз?" - мысленно улыбнулся эльф.

"Воспитываю помаленьку".

К слову, под строгим взглядом товарища Дзира барышня Силтиндириэн совершенно утратила всякую раскованность, прижала уши во всех смыслах и попыталась натянуть форменную юбку на коленки как можно сильнее. Обычно на юных девушек присутствие дроу действовало… хм… возбуждающе, и даже провокационно. Дзир хоть и темный, но невероятно обаятельный тип. Отчего бы Тавариль смущаться?

Но поразмыслить над странным поведением стажерки Эрину не дали.

– К своим обязанностям нужно относиться со всей ответственностью, - рявкнул вдруг Ытхан Нахырович. - Это как раз к вам относится, капитан ап-Телемнар!

И дальше орк понес какую-то совершенно невообразимую для здравого рассудка околесицу, обвиняя Эринрандира во всех возможных нарушениях трудовой дисциплины, а так же уклонении от прямых обязанностей по воспитанию подрастающего поколения сотрудников. Будто весь вчерашний день следователь беспробудно пил, гулял по "рюмашкам" и опылял дриад, а вовсе не занимался расследованием. Но чем больше Ытхан разорялся, тем яснее Эрин понимал одну простую вещь - орк просто вынужден все это говорить, практически и по большому счету его заставили. Для этого надо хорошо знать начальство. Например, когда Ытхан на самом деле недоволен, он орет, не выбирая слов, и никогда при этом не чеканит официальное "капитан ап-Телемнар". "Говнюк ушастый" и "засранец" - вот самые пристойные поименования в лексиконе взбешенного руководителя. Опять же, возжелай орк излить праведный гнев на повинную голову, он никогда не стал бы делать этого на собрании. В кабинете, с глазу на глаз и без каких-либо поблажек.