Людмила Астахова - Теория Заговора

В общем, по завершении трудов тяжких, когда я окинула горделивым взором дело рук своих (ладно, пусть не рук, пусть извилин), меня можно было выжимать и вывешивать сушиться. А этому самодовольному гаду хоть бы что! Никакого уважения к торжественности момента. Между прочим, изобрази я на Имперской Комиссии в Академии нечто вроде такой вот "табуретки", носила бы не медный значок выпускницы-троечницы, а золотой - отличницы. Это называется - скрытые таланты, а еще - польза практических упражнений.

После такого подвига затереть остаточный фон - это скучная и банальная рутина. Утомительно, но не сложно. Строго-настрого потребовав следить за сигналами "звоночка" и шлепнув пару раз по загребущим лапам, я выгнала возлюбленного из обители темных страстей и пожелала на прощанье спокойного дежурства.

Ну, конечно же, мне опять пришлось брать такси. На своих двоих я бы до Арсенальной, 12, сейчас точно не добралась.

Дежурить с Кагырыбом все равно, что слушать аудиокнигу порнографического содержания. Где еще услышишь столько подробностей половой жизни орков, особенно, когда они тебе не нужны? Эрин всегда удивлялся, как примерный семьянин - полурослик Рамбо выдерживает поток откровений своего темпераментного напарника. Но, по всей видимости, хоббиту общение шло лишь на пользу, создавало-таки определенное настроение, ибо совсем недавно у него родился пятый по счету ребенок.

Из всех орчанок управления против могучих любовных чар товарища Кагырыба устояла, пожалуй, только Юслагюлшаха, и этот скорбный факт мешал ему не только спокойно спать по ночам, но и просто сидеть с закрытым ртом.

– Эрин, ну что в Ытхане есть такого, чего бы не было у меня? - горестно вопрошал орк.

"Мозгов тебе не хватает", - подумал капитан ап-Телемнар.

Грозный начальник НЧЧК хоть и не выглядел как положено герою-любовнику, оно и понятно - пузо, толстые щеки и узкие глазочки не способствуют созданию нужного образа, но по его хитрющему оскалу, умной башке и сногсшибательному обаянию хищника сохло множество достойных дам. А если он кого и одаривал вниманием сверх положенного штатным расписанием, то его наивная и хозяйственная супруга никогда ни о чем не догадывалась.

– Может, мне в ресторан Юслу пригласить? А? На День Летнего Солнцестояния? Цветочков подарить, браслетик золотой дровский, бутылочку линдарского…

– Гыр, ты б заткнулся, - не выдержал эльф. - Я тут вроде как пытаюсь работать.

– Ты днем работал, - заявил горе-любовник. - Теперь давай поговорим.

Орки такие существа, что отвязаться от них практически невозможно. Выяснилось это очень давно, как раз в те времена, когда эльфы, гоблины и гномы наконец поняли, что от людей пора бежать куда глаза глядят и как можно скорее. И не просто поняли, а начали целенаправленно работать в этом направлении. Вот тогда-то, осознав, насколько велик риск остаться с хомо сапиенсами один на один, орки и упали, образно говоря, эльфам на хвост. Быстренько вспомнили глупые байки о дальнем и не совсем добровольном родстве, воззвали к состраданию и гуманизму остроухих товарищей по несчастью, и всеми правдами и неправдами заключили перемирие, чтобы их как союзников прихватили с собой при разделении миров. Потому и нет более лояльных к Владычице граждан в Серединной Империи, чем орки. Ведь, как известно, орк бывает либо другом, либо врагом, и третьего не дано. Все враги Её Владычества остались в Пиндостане и Хинтае. Так-то вот.

Поэтому, памятуя о национальных особенностях собеседника, Эрин со вздохом положил брошюру с вдохновляющим названием "Правила и законы Магии Крови" поверх затертого библиотечного томика "Гадание по мертвецам. Пособие для начинающих" и вызвался заварить чайку. И пока Кагырыб вещал на тему очередной попытки соблазнить Юслу, уделяя особое внимание технике искушения, капитан ап-Телемнар искал хоть какое-то подтверждение своей догадке про магический ритуал, в котором не по своей воле приняли участие пострадавшие. Нет, он верил Грогу и Золотой Р, но все же решил сам почитать матчасть. Вдруг в голове щелкнет, и найдется решение. Благо, ночью по прохладе думается лучше. Однако ничего не щелкало, ни в голове, ни где-либо еще в остальном организме. С одной стороны, классическая Магия Крови не требует жертвоприношений со смертельным исходом, что вполне вписывается в материалы дела. А с другой стороны - не используется кровь девственников, к каковым относится жертва-хоббитянка. У пожилой орчанки был диабет, стало быть, кровь тоже не годилась для магии, но тем не менее бедная женщина подверглась принудительному донорству. Непонятно все как-то.

Окончательно запутавшись в сложных правилах мистерий Крови и в очередной раз убедившись в бессистемном подходе магов к своему делу, Эринрандир решил переключиться на вещи гораздо более серьезные и неприятные, чем жертвоприношения черных курей и щенков - на политику и политиков. Надо ж и паранойе дать поживиться, верно? Слишком долго сидела бедняжка на голодном пайке, пока "папочка" целый год безнаказанно наслаждался прекрасным телом своей напарницы, духовным единением с ней же и прочими маленькими эльфийскими радостями. Расслабился, товарищ ап-Телемнар, разомлел от спокойной жизни. Планы на будущее начал строить, мечтать о чем-то, кроме вожделенного стакана водки под сенью чюлка к ухепсу.

Звонок от матери Элеммира напомнил Эрину о тех временах, когда они с покойным работали в составе оперативной группы, расследующей "Мифрильное" дело. Криминалист никогда не проявлял склонности к необдуманным поступкам, а тем более к аффекту. По ним обоим тогда преизрядно потоптались недруги, но там, где ап-Телемнар отчаивался доказать свою правоту и искал спасения в пьянке, Элеммир только знай себе посмеивался. С одной стороны, за его спиной стояла такая влиятельная родня, что мало кто решился бы с ним связываться, а с другой стороны, все было очень и очень серьезно. А если додумать развитие комбинации, проворачиваемой магами из Высшего Совета и кое-кем из верхушки СИБ, то можно говорить о заговоре. И не простом, а против самой Владычицы. Элеммир тогда коллегу эльфа чуть ли не на смех поднял, мол, лечиться тебе пора, дружище, и пить меньше… или больше.

Именно в те неблагие годы капитан лорд Эринрандир ап-Телемнар обзавелся собственной Теорией Большого Заговора. Тут нашлось место и демократическому Пиндостану, и Поднебесному Хинтаю, и властолюбивым магам, и далеко идущим планам некоторых больших "шишек", мнящих себя единственными спасителями Отечества.

Чтобы усыпить бдительность орочьего полового гиганта - старшего лейтенанта Кагырыба, Эрин время от времени издавал что-то вроде "да-да, конечно" или "фигасе!", а сам продолжал размышлять над вероятностью того, что Элеммир мог откопать нечто важное в давно закрытом и похороненном в архиве скандальном деле. Предположим, в его руки попали какие-то компрометирующие документы или что-то еще. Может такое быть? Ну, допустим. Об этом стало известно кое-кому, и ап-Морвениона начали травить. В ход пошли похабные опусы иномирянки, предосудительные знакомства, сплетни и домыслы. Что бы сделал тот Элеммир, которого так хорошо знал Эрин? Он бы преисполнился презрения, вызвал бы парочку клеветников на поединок, засудил одного-двух главных редакторов столичных таблоидов на кругленькую сумму и для полного удовлетворения оттрахал жену какого-нибудь особо усердного генерала. Самоубийство не вписывалось в стройную логику образа ап-Морвениона никоим образом. Вернее сказать, офицер и дворянин не позволил бы себе такой роскоши - просто вышибить мозги от обиды, до тех пор, пока не докопается до истины.