Вячеслав Грацкий - Темный Мечник

А потом он, рискуя жизнью, вытащил ее из горной речки и укрыл в пещере. Все это время он заботился о ней. Этот человек. Тот самый Гатс, которого она ненавидела эти три года. Тот самый, о смерти которого она мечтала. Тот, кто стоял между ней и Гриффисом…

Но Гатс заботился о ней совсем не так, как Гриффис. Тот дал ей некогда меч, чтобы она могла спасти себя. А Гатс просто ее спас. И спасал снова и снова.

Сердце Каски дрогнуло. «Почему он это делает?»

— Сейчас у тебя будет шанс уйти, — бросил через плечо Гатс. — Слышишь? Как только скажу, сразу же уходи в лес! Поняла меня?

— Прикончи его! — закричал Адон брату. — Он ранен!

К Гатсу снова метнулся шар, но в этот раз Гатс вложил в удар все свои силы. Шар разлетелся вдребезги, Гатс с криком прыгнул вперед. Ошеломленный Самсон едва успел поднять щит, но это его не спасло. Меч Гатса разрубил и щит, и шлем гиганта. Покачнувшись, Самсон с грохотом упал.

Воины попятились, бросая опасливые взгляды на Адона. Но тот стоял недвижимо, с отвалившейся челюстью, не в силах поверить собственным глазам.

— Каска! Сейчас! — заорал Гатс.

— Но… Но… — забормотала она в полной растерянности.

— Не время спать! Уходи немедленно! — крикнул он. — Чего же ты ждешь?! Ты… Тупая женщина!

— Я не уйду одна! — взвизгнула Каска.

— Стреляйте! — донесся гневный рев Адона. — Стреляйте в эту девчонку! Заскрипели, защелкали арбалеты, но Гатс бросился к ней и успел

прикрыть своим телом. По панцирю бессильно застучали стрелы, но одна из них ударила в незащищенное плечо и Гатс заскрежетал зубами.

— Гатс! — прошептала Каска.

Адон захохотал.

— Глупец! Ты уже второй раз закрыл ее своим телом! Ты так добр!

— Этот гад смеется надо мной! — процедил Гатс.

Сзади в Гатса вцепилась Каска.

— Почему? — прошептала она жалобно. — Почему ты это делаешь?

— Ты неправильно меня поняла! — буркнул он.

Он рывком высвободился из ее рук.

— Уходи! Больные мне только помеха! А мне бежать ни к чему. У меня еще есть о чем поговорить с этим парнем, — Гатс кивнул в сторону Адона, продолжавшего орать на своих людей. — Ты же сама говорила — я хочу только махать своим мечом!

Он покосился на нее. Каска смотрела на него во все глаза, приоткрыв рот.

— Уходи! — сказал он. — Или ты хочешь умереть в этом дерьмовом месте?.. Он отвернулся.

— Ты хотела стать его мечом, — тихо сказал он. — А меч должен находиться в руках… Иди, возвращайся к хозяину меча. Возвращайся к Гриффису.

Каска не двигалась с места, не отрывая от Гатса взгляда.

— Уходи же! — зло заорал он. — Быстрее! Да уйдешь же ты наконец!! Стиснув кулаки, она кинулась в лес.

— Я вернусь с подмогой! — крикнула она. — Дождись меня! Не умирай!!!

— Не дайте ей уйти! — распорядился Адон. — Догоните и убейте! Несколько человек бросились выполнять приказ, но на их пути вырос

Гатс.

— Отправитесь за женской задницей попозже, ублюдки! — усмехнулся он. Первый из воинов рухнул со снесенным черепом. Следом упал второй,

третий, остальные поспешно отступили.

— Он режет броню как яблоко! — ворчали они, отходя.

— Он слишком силен! Если бы мы знали, что нашим врагом будет этот… Гатс улыбнулся и нашел глазами Адона.

— Мой меч потускнел, — сказал он. — Но он все еще в три раза толще и тяжелее обычного меча. Если ты попадешь под удар, тебе будет очень больно перед смертью!

— Что ты сказал?! — взревел Адон и уронил тяжелый взгляд на своих солдат.

— Чего вы ждете?! — закричал он. — Как бы он не был хорош, он один! А нас здесь больше сотни! Неужели никто из вас не хочет отомстить за славного рыцаря Самсона, а? И вы называетесь после этого рыцарями великой империи Тюдор?

— Мы всего лишь наемники! — крикнул кто-то в ответ. — И у нас нет желания погибать от его меча!

Адон сжал кулаки.

— Тому, кто принесет его голову, я заплачу тройную, нет, нет, я заплачу впятеро больше! И повышу в звании!

Среди наемников возникло оживление.

— Он ведь ранен! — донеслось до Гатса. — И он не может атаковать за один раз всех сразу! Если мы нападем все вместе!

— Может быть мне уйти? — проворчал Гатс. — Что-то мне это надоело…

— Вперед! — заревели наемники, бросаясь в атаку.

— Давно уже пора! — усмехнулся Гатс.

По лицу Каски ручьем струился пот, но она не останавливалась ни на миг. Сердце колотилось как бешеное, а грудь, казалось, вот-вот должна была лопнуть. Но она бежала и бежала, бежала до тех пор, пока не запнулась об корень и не упала. Тогда только она позволила себе чуть перевести дух.

И тотчас услышала, как хрустят позади нее ветки под ногами преследователей. Несколько воинов не стали лезть на рожон, а просто нырнули в лес и обошли поляну с Гатсом стороной.

Каска прислушалась. Четверо… Нет, пятеро! Подумав, она осталась на месте. Бег сильно ее вымотал, так что лучше было немного передохнуть и достойно встретить врага, нежели свалиться в изнеможении на бегу.

Из кустарника с ревом выскочил первый. Каска шагнула навстречу и, пока он размашисто замахивался, коротко ткнула мечом в лицо и кинулась наутек. Наемник с воплем отшатнулся, размазывая по лицу кровь, и едва не сбил с ног своих товарищей.

— Ах ты! Маленькая сучка!

Они с ругательствами бросились за ней.

Воодушевленные обещанной наградой, враги повалили сплошной толпой. У Гатса больше не было времени на отдых, на раздумья и переживания. Он просто рубил и рубил, рубил безостановочно и бездумно.

Поначалу сильно донимала боль в правом боку, мешая выкладываться в полную силу, но со временем она отступила. Как будто отчаялась хоть что- то ему объяснить.

Когда же атакующая волна чуть спала и он собрался перевести дух, из вражеских рядов высунулся арбалетчик. Гатс не успел отшатнуться и только инстинктивно вскинул руку. Стрела пробила левую ладонь, но Гатс даже не вздрогнул. В два прыжка настиг обрадовавшегося было арбалетчика и снес ему голову.

Вокруг Гатса образовалась пустота. Наемники перегруппировывались, да и Гатс передвинулся в другое место, где не мешались трупы под ногами.

— Смотрите! — орал Адон. — У него повреждена левая рука! Теперь он не сможет махать своим мечом с такой же легкостью!

Гатс криво усмехнулся и демонстративно сжал ладонь в кулак, сломав стрелу.

— Теперь это становится забавно! — рассмеялся он.

Каска в очередной раз рухнула на четвереньки, безуспешно пытаясь отдышаться. Она не могла больше бежать. Из легких со свистом вырывался воздух.