Илья Арсенов - Сен. Развеять скуку

— Это шар, а не сфера, по крайней мере, выглядит, как шар. — Что-то меня не туда понесло.

— Для человека, которому грозит смерть, вы слишком умничаете. Клянитесь, у меня времени не так уж много! — разозлился Бератрон.

Решив не усугублять свое положение, я произнес:

— Я клянусь в том, что наткнулся на этот дом случайно, ничего не знал о его хозяине и сегодня в первый раз услышал слова «красер» и «сфера Хроноса».

Сфера ярко вспыхнула.

— Черт! Глаза! — вскрикнул я.

— Ага, все-таки лгал, — донесся до меня удовлетворенный голос Бератрона. — Уже лживые глаза разъедать стало. Ну, ничего, скоро и до других мест очередь дойдет.

— Да не разъедает у меня ничего! Я из-за вспышки ослеп. Нельзя было предупредить, что так ярко вспыхнет? Заберите эту долбаную сферу, пока я ее не разбил обо что-нибудь.

Маг забрал у меня сферу. Секунд через тридцать зрение восстановилось: остались только небольшие темные круги перед глазами.

— Довольны? — спросил я раздраженно. Конечно, не в моем положении злиться, но страх уже прошел, и его место заступила злость. — Как видите, со мной все в порядке. Я не лгал.

— Да, вижу, — пробормотал Бератрон. Выглядел он, мягко говоря, жалко. — Но как?

А ничего старикан. Похоже, с паранойей, а так вроде не злобный.

— А теперь не могли бы вы объяснить свое неадекватное поведение? — поинтересовался я.

— Может, вам всем сразу объяснить?

— Нет, пусть они там лучше побудут. Что надо, я им потом сам перескажу. Вы не против, если я схожу успокою их и вернусь? — Бератрон засомневался, но я его дожал: — Да никуда я не денусь, что вы так нервничаете? Паранойю надо сдерживать.

— Пара… что? Это что такое?

— Заболевание такое. — В очередной раз я проклял свой язык, который периодически спрыгивал с общего на русский. Хорошо хоть мат всегда на общем говорю.

— Я не могу заболеть, — гордо заявил старикан. — Я все-таки маг и к тому же красер.

— Я пойду?

— Да идите уж, — буркнул он.

Я не стал тянуть вола за яйца и быстрым шагом вышел за ворота.

«Надеюсь, ты не собираешься к этому психу возвращаться?»

Почему? Сейчас успокою своих и вернусь.

«Ты больной! Он тебя убить хотел!»

Он принимал меня за другого. Видишь, какой сейчас стал? Вполне вменяемый.

«На фига тебе к нему возвращаться??? Смысл?»

А ты как думаешь? Он маг. Наверно, его можно потрясти на информацию. Кучу интересного узнать можно. Карты, к примеру, хоть краем глаза увидеть. А то черт знает где шатаюсь.

«Насмотришься ты на карты… на дыбе».

Сплюнь. Есть лучше идея? Когда мы найдем еще кого-то, кого можно развести на информацию? Ты понимаешь, что мывообще ничего не знаем, кроме языка?

Голос не ответил, поэтому я погрузился в собственные мысли. С одной стороны, страшновато возвращаться — вдруг опять паранойя взыграет, но, с другой стороны, континент большой, блуждать можно долго. Ладно, обещал вернуться, значит, вернусь.

Я подошел к своим. Они смотрели на меня вопросительно.

— Всем привет. Вот и я.

— Живой? — облапал меня Торрен. — Ты пропал из виду! Что произошло? Парни хотели за тобой рвануть, но я не пустил!

— И правильно сделал. Я пришел сказать, что все в порядке. Мне надо вернуться.

— Что там? — влез Родигес.

— Там действительно дом. Давайте все вопросы потом? Хорошо, ребята? — Черт знает этого старикана, может, он сейчас подслушивает и сильно расстроится, если я сдам его.

Я отвел Торрена в сторону.

— Тор, — я наклонился к его уху и шепотом продолжил: — Кто такие красеры?

Хм… Мне показалось, или Тор вздрогнул?

— Ты откуда узнал такое слово? — зашипел в ответ Тор.

— Да хозяин говорит, что он красер. Рассказывай все, что знаешь.

В течение пяти минут Тор рассказывал мне всякие страшные легенды, связанные с красерами. Наконец универсальный переводчик сопоставил слова, образы и легенды и выдал вердикт: «Красер, на русском языке — лич, воскресший маг».

— Ладно, хватит. Я уже и так боюсь. Не надо мне рассказывать о кровавой бойне в столице Южной Империи. Пошел я.

— Ты псих? А если он тебя убьет?

— Судя по твоим рассказам, для того чтобы быть в безопасности, надо находиться километрах в пятистах от него, а тут и километра нет. Захочет — прихлопнет. Не стоит его нервировать. У тебя есть идея лучше?

— Ага! Не стоило вообще туда ходить! — рыкнул Тор.

— Что было, то было. Прошлое не исправить! — огрызнулся я. — Если хотите, можете уйти, я постараюсь отвлечь его.

В расстроенных чувствах я побрел обратно. Желание возвращаться в дом после рассказов Тора о личах исчезло напрочь. Но лучше прийти самому, старик, вроде бы, вменяем, может, получится договориться.

Дорога до дома кончилась неожиданно быстро. Вздохнув перед воротами, вошел и поднялся на террасу. Лич ждал меня, сидя на стуле.

— Все-таки вернулись, молодой человек. Похвальная честность.

— Меня зовут Сен, я представлялся. И ко мне можно обращаться на ты, я не обижусь, — ответил я и решил подбавить наглости: — А вы мне так и не рассказали, за что взъелись на бедного путешественника.

— На «ты»? Пускай будет на «ты», — согласился лич. — Ко мне тоже обращайся на «ты». Упростит общение. А расстроился я, потому что бедного лича хотят убить. Подумаешь, немного нежить, но не нечисть же.

— На «ты» мне к вам обращаться сложно. Подозреваю, что разница в возрасте накладывает на меня определенные обязательства.

— Я настаиваю. И избавь меня от своих длинных учтивых словесных конструкций. Они мне надоели еще в бытность живым.

«Советую делать, как он говорит. Злить лича — не самая лучшая идея».

— Хорошо. Бератрон, для нежити ты выглядишь… как бы сказать… чересчур живым, что ли. Как так получается?

— Ты же первый раз услышал сегодня о личах. Откуда ты знаешь, как мы выглядим?

— Нетрудно догадаться: я спросил своих спутников, кто такие личи и как они выглядят. Во всех историях личи выглядят не намного лучше трупов, а иногда и хуже.

Бератрон задумался и наконец произнес:

— Лич личу рознь. При неправильном поднятии разрушается личность мага, и остаются только чувства: боль, ненависть и прочие прелести, которыми обладает классическая нежить. В случае если воскрешение прошло правильно, личность не разрушается и соответственно маг остается таким же, как и до смерти.

«Врет, как дышит!»

Хм… а он, кстати, не дышит. То-то я думал, что с ним не так

— Таким же? Позволь, усомнюсь. Моя интуиция подсказывает, что все не так гладко.

— Естественно. Переход в мир мертвых не сладок. Приходится заново учиться магии, ведь линии силы в теле изменяются, да и аура тоже перестраивается. Тело нечувствительно, радости любви, вкус еды недоступны. Но есть и плюсы — ничего не болит и с магией смерти легче работать…