Gamma - Цели и средства

— Вы, мне кажется, выбор уже сделали, мистер Поттер? – масляным голосом произнес председатель комиссии.

Минерва оглянулась. Гарри стоял напротив того, первого эскиза.

— Это ведь то, чего ты хотел, да, Гарри? – подошли Гермиона и Рональд с сестрой. Джиневра по–хозяйски взяла жениха под руку.

Гарри молча кивнул, и все четверо стали разглядывать портрет, тихо переговариваясь.

Все‑таки они дети. Уже герои, но еще совсем дети…

— Может быть, это и к лучшему, – раздался голос из‑за спины, и Минерва вздрогнула. Рем, если забывал специально шаркать ногами, ходил совершенно бесшумно. Она обернулась и встретила чуть виноватую улыбку.

— Подозреваю, что с этим портретом, – он указал на работу Хеншоу, – ужиться было бы труднее. И детям, и преподавателям.

— Итак, эскиз номер четыре, господа, – объявил председатель. – Принято большинством голосов.

— Моника… – подошла Минерва к поскучневшей толстушке, когда после обсуждения начался банкет. – Можно заказать вам портрет по вашему эскизу?

*** *** ***

— Уж ты бы вывел его на чистую воду, Северус, – вздохнула она, вернувшись к себе. – Тебя он не обманул бы.

Портрет молчал, беззвучно скалясь в пустоту.

О большом переполохе, Маленьком Джоне и заговоре молчания

Ранил. Меткий, сволочь. У нас снег выпал. Mama зовет в гости на Рождество.

К.

Невилл Лонгботтом и ночной кошмар

История с Хаффлпаффом приключилась неожиданно.

Услышав в конце коридора шаги, Невилл насторожился, но потом убрал палочку: снимать баллы было не с кого, просто два дежурных преподавателя встретились на пограничном третьем этаже.

— Гриффиндорцы спят сном праведников? – кивнул Смит, приближаясь.

Невилл улыбнулся.

— Прямо скука берет. Когда я тут учился, ночи не было, чтобы кто‑нибудь хотя бы на кухню после отбоя не бегал.

Смит кивнул и усмехнулся:

— Золотые дни… представляю, каково приходилось вашим преподавателям.

— У них тогда были заботы посерьезнее. Думаю, они закрывали глаза на мелкие проказы. – Невилл подумал. – Ну, за редкими исключениями.

— Ну да…

Смит вдруг остановился как вкопанный.

— Слышите?

Невилл прислушался. Кто‑то кричал, но толстые стены замка глушили звуки.

— Внизу! – бросил Смит уже на бегу к лестнице.

Внизу, у входа в гостиную Хаффлпаффа, творилось невообразимое. Полуодетые школьники с воплями рвались сквозь узкий проход в коридор, бестолково носились взад–вперед, малыши плакали, кто‑то в давке успел упасть, а над всем этим с жутким воем носился… дементор. Огромная бесформенная фигура, веющая могильным холодом, преследовала то одного, то другого ребенка и, казалось, раздувалась на глазах.

– Expecto Patronum! – тонул в общей панике чей‑то одинокий вопль. – Expecto Patronum!

Смит помедлил, затем ощерился и рванулся вперед. Дементор грозной тенью двинулся на зельедела – и вдруг начал расплываться, меняя очертания. Невилл досадливо хлопнул себя по лбу и оглянулся в поисках подходящего контейнера. Смит взмахнул палочкой:

– Riddiculus!

Облако черного с бурыми всполохами тумана с шипением бросилось вперед, обнажая огромные клыки, – а мгновение спустя на его месте уже стоял, кутаясь в черную мантию, профессор Снейп. Точнее сказать, портретная ипостась профессора Снейпа. Профессор сдавленно пискнул и втянулся струйкой серого дыма в удачно обнаруженную Невиллом пустую коробку.

– Incarcero! – захлопнул ловушку Невилл и огляделся по сторонам. – Лэнни, это вы вызывали Патронуса?

Джек Лэнни, за свои внушительные габариты заслуживший от сокурсников прозвище Маленький Джон, подошел ближе и потупился.

— Я, сэр. Растерялся немного…

Невилл кивнул. Бродячие дементоры были бичом Британии с самой войны. Бесхозные, неприкаянные и практически неуязвимые, они предпочитали жаться к маггловским поселениям, где без риска кормились на не видящих их людях, но нередко нападали и на магические семьи. Неудивительно, что, превратившись в дементора, боггарт успешно перепугал полфакультета и так раздулся в размерах.

— Наоборот, я бы сказал, что вы тут оказались самым собранным. Молодец!

«Маленький Джон» расплылся в довольной ухмылке. Из толпы вынырнул Смит, волоча за собой узкоплечего парнишку в мантии со слизеринским значком.

— Молодой человек утверждает, что случайно свернул в восточное крыло подземелий вместо западного, – фыркнул он, покосившись на Лэнни. – В три часа ночи. Ваша тара, Ли? – кивнул он на коробку.

Ли угрюмо молчал, глядя в пол. Невилл узнал мальчика: сын китайских эмигрантов, один из немногих полукровок в Слизерине, еще с прошлого года всерьез собирался стать целителем, а потому активно и с живым интересом интересовался травами. Что его потянуло на такую опасную, да и попросту жестокую выходку?

— Вашу палочку, Ли, – палочка оказалась в руках Смита раньше, чем слизеринец успел шевельнуться. – Priori Incantatum!

Палочка послушно выбросила список заклинаний за последние несколько дней.

— Так, – хмыкнул Смит. – «Риддикулус» и два «инкарцеруса» вчера вечером – это такое же совпадение, как и то, что вы заблудились в подземельях на пятом году обучения, я правильно понимаю?

Ли молчал.

— Пятьдесят баллов со Слизерина, – пожал плечами Смит.

Ли вздрогнул и быстро отвернулся. Невилл вспомнил, как остро слизеринцы реагируют на любое снятие баллов, и покачал головой. Пятьдесят баллов отбрасывали колледж на последнее место.

— Идемте, Ли, я провожу вас до вашей гостиной, – вздохнул Смит. – Странно, что я знаю ее местоположение лучше, чем вы, не находите? Да, профессор Лонгботтом… Мне кажется, стоит вызвать профессора Эббот, раз она до сих пор не здесь. Детей надо успокоить и уложить спать, а нам с вами еще дежурить полночи. Мистер Лэнни, у вас есть шанс увидеть правильно выполненный вызов материального Патронуса.

Невилл улыбнулся и взмахнул палочкой.

Линда Баррет и решение Дома Слизерин

Линда узнала о мерзком поступке Смита утром, вместе со всеми. Профессор Снейп появился в картине над камином сразу после подъема и кратко, но четко объяснил, что случилось ночью. Джейсона Ли поймали на глупой шутке – подбросил боггарта в хаффлпаффскую гостиную. Выходка, конечно, та еще, но, во–первых, в ней не было злого умысла, никто бы не предугадал, что боггарт превратится в дементора. А во–вторых, наказание оказалось несоизмеримо тяжким. Отбросить Дом на последнее место! Смит сделал это умышленно, несомненно. Будь на месте Ли любой шутник из Гриффиндора – а их там полно, – он бы отделался десятком баллов, щедро возмещенным на ближайшем же занятии по травоведению. А то и вовсе бы обошлось взысканием у Хагрида. Слизеринцы невесело похмыкали: из‑за деканских баек пресловутое взыскание у Хагрида давно стало нарицательным. Все знали, что сводилось оно к интересной и безопасной экскурсии в Запретный лес.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});