Галина Бахмайер - Око Пейфези

— Обычные чары длительной консервации, — успокоил ее профессор. — Растаяли от прикосновения. Подушка не была заколдована, просто поддерживалась чарами, наложенными на палочку.

Халифа нервно передернула плечами. Снейп, хмыкнув, сам вытащил палочку из шкатулки и принялся изучать ее. Палочка была сделана из какого-то неизвестного угольно-черного дерева. Не сияющая полировкой, как современные творения Олливандера и других мастеров, а мерцающе-матовая. Зельевар даже машинально проверил, не пачкает ли она пальцы.

— Интересно, что там внутри? — задумчиво произнес он.

— Я знаю, кому могла принадлежать эта палочка, — вдруг сказала Халифа. — Наверное, ее прежняя хозяйка — Сатия Пейфези.

— Ну, что ж, — кивнул Снейп. — Выходит, она завещала ее вам.

— Нет, вряд ли. Не она.

— А кто? — поднял брови профессор.

— Не знаю. Но это можно выяснить.

Снейп взмахнул палочкой. Та не отозвалась, даже малейшей искорки не выпустила.

— Может, она испорчена? — предположила Халифа. — Столько лет здесь пролежала, может, уже и сердцевина сгнила, и консервирующие чары не помогли… — продолжая говорить, она взяла у профессора палочку и взмахнула ею. Шлейф разноцветных искр сорвался с кончика и озарил пещерку, превратившись спустя пару секунд в искрящуюся дымку. Девушка оторопело опустила руку.

— Вот это да! Никогда так много не было! А ведь я уже три палочки сменила.

— Это ваша палочка, — со значением в голосе заключил Снейп. — Действительно ваша.

Халифу захлестнула радость.

— Lumos!

Ослепительный свет разлился по «лаборатории», обрисовывая каждую мелочь. Девушка обернулась к выходу:

— Wingardium Leviosa!

Кусок скалы снаружи пулей взлетел вверх и завис в воздухе.

— Ого! — обрадовалась Халифа. — Diffindo!

Парящий валун взорвался, разлетевшись на тысячи осколков. Снейп еле успел оттолкнуть девушку в сторону и отпрыгнул сам, поскользнувшись на куче обломков.

Острые камни со свистом пробарабанили по внутренней стене пещеры напротив входа, выбивая куски породы.

Халифа поднялась с земли бледная, с трясущимися губами.

— Вот это да! Я ведь даже не старалась сосредоточиться!

Профессор, морщась, поднес к лицу содранные до мяса ладони.

— Чтоб вас тролль сожрал! Осторожнее надо! Эта палочка слишком чувствительна к вашей магии.

— Вы расшиблись? — ахнула Халифа. — Сильно? Давайте я вам помогу.

— Нет уж, спасибо, сам справлюсь, — спрятал руки Снейп. — Вашими методами я сыт по горло.

— Вы мне не доверяете? — огорчилась девушка. — А лечебные заклинания, между прочим, у меня получаются очень хорошо.

— Вполне допускаю. Но сначала вам стоит привыкнуть к новой палочке, а потом уже браться ею лечить.

— Тогда я могу попробовать вылечить вас вашей палочкой. Вам ведь все равно неудобно самому.

Снейп отошел в сторону и подцепил свою палочку двумя пальцами, шипя от боли и досадуя, что не может взяться половчее.

— Какой же вы упрямый! Дайте мне!

— Отвяжитесь!

Халифа надулась.

— Ах так? Accio!

Палочка рванулась из рук профессора, но тот вцепился изо всех сил, стараясь ее удержать. Нерастраченный поток магии обвил Снейпа и потащил его вместе с палочкой.

— Осторожно! — зельевар со всего маху врезался в девушку, сбив ее с ног. При этом они еще и умудрились столкнуться лбами так, что искры из глаз посыпались.

Отойдя от шока, Халифа тихонько всхлипнула:

— Эфенди, вы в порядке?

Профессор, тряхнув головой, оперся на локти и рявкнул:

— Чертова заноза! Вы соображаете, что творите?!

— Я не хотела, — принялась оправдываться девушка. — Зачем вы ее держали?

— А-а, так выходит, это я виноват?!

Халифа поднялась, отряхиваясь от пыли и потирая ушибленный затылок.

— Нет, конечно, нет. Простите меня, пожалуйста. Вы можете подняться?

Снейп встал на колени, держа окровавленные ладони на весу. Девушка подошла и помогла ему.

— Премного благодарен, — буркнул он, отстраняясь. — Я бы и сам справился.

— Так вы позволите мне вылечить вас? — спросила Халифа.

— Сделайте одолжение, — съязвил Мастер зелий. — Страшно представить, что еще может произойти, откажи я вам снова.

Девушка покраснела было, но тут же с вызовом вздернула подбородок.

— Вот и не провоцируйте меня! Давайте руки.

Она повертела в руках палочку профессора, взмахнула ею на пробу и нахмурилась, когда появилась всего пара бледных искр.

— Нет, она мне явно не подходит. Все равно, что пешком догонять ковер. Если вы не возражаете, я хочу рискнуть… — и подняла палочку Сатии.

Снейп закатил глаза.

— Выражение "на ошибках учатся" вам, очевидно, незнакомо?

— Да не волнуйтесь так, я уже поняла, как с ней обращаться. У вас все равно нет выбора.

Прошипев сквозь зубы что-то, похожее на "этого следовало ожидать", зельевар смирился:

— Будьте осторожны. Я вам не камень.

Халифа нетерпеливо закивала.

— Конечно.

— И незачем орать заклинание. Достаточно вполголоса, а лучше шепотом.

— Я и в первый раз все прекрасно поняла! — огрызнулась турчанка.

— Замечательно. Значит, у меня есть шанс выжить после вашего лечения.

Девушка недовольно поморщилась.

— Вы всегда язвите, когда вам не по себе, да?

— Может, вы все-таки начнете?

— Может, вы все-таки дадите мне свои руки? Или мне полечить что-нибудь еще?

С каменным лицом Снейп протянул ей израненные ладони. Для начала Халифа легонько провела над ними палочкой. Не сказала ни слова — просто выдохнула, мысленно представив…

Запекшаяся кровь вперемешку с пылью и впившимися в плоть мелкими острыми камешками — все исчезло. Раны мгновенно затянулись молодой розовой кожицей. Она посветлела, утолщаясь прямо на глазах. Зельевар медленно сжал кулаки, вновь разжал, пошевелил пальцами.

— Вот это я понимаю! — довольно улыбнулась девушка. — Вот что значит найти правильную палочку!

— Да уж… — глухо пробормотал профессор. — Даже выбитый сустав стал прежним.

— Что-о?!

— Разрыв связок, двадцатилетней давности. Тщательно залеченный… но все равно палец иногда ныл на непогоду и плохо сгибался, — Мастер зелий опять пошевелил пальцами правой руки. — Пожалуй, мне стоит поблагодарить вас. Сами знаете, руки в моем деле — это все.

— Всегда пожалуйста. Еще есть застарелые болячки?

Снейп фыркнул.

— Не такой уж я старый и убогий, как вы думаете.

Девушка засмеялась.

— Нет, я так не думаю. Вы вовсе не старый. На Востоке в вашем возрасте многие только вторую жену берут.