Демин - Туман. Квест Похититель душ

- Guten Morgen, Buerotrottel, - вместо: "Но пасаран!"

Я улыбаюсь. Это уже вроде игры, постоянно обзываться, словно маленькие дети, впервые узнавшие значение "взрослых" слов. Дело в том, что гномы разговаривают на матерном языке, совсем как мы. Это сейчас мне смешно, а когда я вспоминаю, как мы с ним познакомились, то смех остается где-то очень далеко за кадром. Мы тогда вообще чуть не поубивали друг друга, хотя скорей всего, гном убил бы меня.

***

Я шел тогда к западному выходу из города, где можно было наняться на неквалифицированную работу у Джонни- Башмачника. Говорят, что раньше он был модным сапожником в столице, но на свою беду четвертькровкой, к тому же орочьим. Ну и во время крупных беспорядков, напоролся на неприятности от своей гильдии. Что он натворил - я не знаю, но ему пришлось переселится сюда, поскольку воздух столицы стал очень вреден для его дыхания. Здесь он открыл небольшую забегаловку, в очень удачном месте. Здесь же получилось нечто вроде биржи, где можно наняться на неквалифицированную работу, что я и собирался сделать.

Толкнувший меня коротышка с широкими плечами, оттолкнул меня с дороги, пёрнул в мою сторону и сказал:

- Du verdammte Scheisskerl! Vollidiot!

Вы поймите меня правильно, я не знаю немецкого, но кое-какие ругательства помню. По крайней мере, единственный урок немецкого языка, который я действительно прослушал в университете от и до, тщательно конспектируя - это урок по ненормативной лексике, когда нашу немку заменяла её молодая коллега, девчонка чуть старше нас. Или мне послышалось, или меня только что выматерили.

Уставивишись ему в спину, я пытался привести в порядок свои взбесившиеся мысли. Коротышка, видимо почувствовал мой взгляд, поскольку обернулся и спросил:

- Was glotzest du? - а потом продублировал, - чё вылупился?

Чисто на автомате я ответил:

- Verschwinde!

Слово за слово, мы разорались на всю улицу, причем гном не ограничивался только своим языком, используя и многие другие идиоматические выражения известные ему, а знал он немало. На шум высовывались из окон, с любопытством наблюдая за происходящим. Гном уже засучивал рукава, чтобы долбануть от души. Я отвечал, со все возрастающим ужасом понимая, что тупо не успеваю на биржу из-за этого хмыря. Деньги же кончились и если я сегодня их не принесу, то надо будет выбирать: заплатить за ночлег, или за еду. Именно в этот момент и вмешалась городская стража, в отличие от Лилу достойная называться стражей.

- Стоять!

И удар тупым концом копья под коленки.

- Что здесь происходит?!

С ужасом я подумал о том, что меня сейчас заберут и все. Судя по одежде - этот гном из богатых и местный, а я пришелец. Значит виноват кто? Ну тут и спрашивать не надо. Нас растащили по сторонам, причем гном пытался пинаться в мою сторону и орать:

- Du schaebides Wesen!

Я ничего не отвечал, не до того было. Меня привели в старую башню, практически в центре города, которая после переноса стен использовалась как штаб-квартира местной стражи и сунули в небольшую каморку, в которой меня закинули сразу по прибытию. Я сидел в углу и ждал допросчика, как мне сказали. Тихо звякнула тень и вошел один из стражей, который меня схватил. Обернувшись в открытую дверь он с досадой прокричал:

- Да мне плевать, счас твоя очередь была. А я не допросчик.

После чего уселся за стол и буркнул мне:

- Ну рассказывай...

- Чего? - я постарался, чтобы мой голос дрожал не так сильно.

- Рассказывай из-за чего подрались...

Я не стал строить из себя Зою Козьмодемьянскую и начал рассказывать как на духу, что поругались и обязательно бы подрались, если бы не вмешалась стража, но...

- Мне плевать! - проорал багровеющий на глазах страж. - Вы бы хоть поубивали там друг друга. Никто ругательств не знает, какими вы хаяли друг друга.

Он висел надо мной, а я прикидывал, как стамеской бью снизу вверх и такая у меня в душе была умиротворенность, такое спокойствие, что мне было пофиг на его ор. Видимо поняв, что я на вопли практически не реагирую, он спросил почти спокойно:

- Было ли в ваших словах оскорбляющее другую расу?

Я задумался:

- Нууу... он сначал меня голубым обозвал, потом круглым идиотом, а я ему ответил, чтоб он отъе...лся от меня, что он говножуй и задница. Объяснил кто были его родители...

- И кто? - спросил кто-то от дверей.

Я оглянулся, возле дверей стояла группа поддержки стражника и заинтересованно наблюдала за мной.

Я смутился:

- Ну я там что-то про осла говорил... - лица были у всех серьезные, и убитым голосом добавил, - ... вообще то я ему сказал про эльфийские уши.

Ржали все. Как мне потом объяснили, единственное ругательство не попадающее под закон о терпимости к чужим расам, поскольку эльфы его и за ругательство не считали. Но для гномов оно было самым неприятным, уж и не знаю почему.

Весь этот сыр-бор разогнал старый знакомец, пришедший с листочком.

- Ничего тут не было, обычная ссора. Вы что, Вертера не знаете? Если этот ... языком с кем зацепится, так пока не подерется не успокоится.

Потом увидал меня и удивленно спросил:

- А ты чего здесь делаешь?

Я захлебываясь начал объяснять что шел в трактир, где нужны работники, но встретился с гномом и так далее.

В итоге меня выгнали от стражников, чтобы я не отвлекал их от важных дел, таких как сон и патрулирование. Я согласился и быстро ломанулся в сторону трактира.

***

Я бежал изо всех сил, зная, что все равно опоздал, но эта сволочная надежда... Добежав я спросил у выглядывающего Мурома:

- Ну что? Опоздал?

- Ты бы еще после обеда пришел, - проворчал он. - Конечно покупатели уже ушли. Или ты думаешь, что ты единственный работник в городе?

Я обессилено поник у входа. Все зря. Злоба до сих пор душила меня: "Этот сучий гном!".

- Arschloch! - не сдержавшись произнес я на старых дрожжах.

Услышав это, Муром на секунду задумался, а потом сказал:

- Подожди здесь минутку, - он вручил мне метлу, а сам ушел.

Стоять как дураку с метлой было стремно, и я начал потихоньку подметать двор. Именно поэтому не заметил подошедшего покупателя. Вернее я сначала услышал те же самые слова, которые говорили мне:

- Ты бы еще после обеда пришел. Всех уже разобрали, - потом недолгое молчание и фраза, - но тебе повезло. Есть у меня один работник, жилистый, крепкий - как раз такой, какой тебе и нужен.

- Да я задержался, один Gruenschnabel, не вовремя подвернулся.

Я медленно повернулся, немая сцена, нарушенная голосом трактирщика:

- Ну чё? По рукам?

- А никого другого нет? - одновременно спросили мы.

- Нет, - насупившись сказал трактирщик. - Вот, блин, стараешься для них, а они морды воротят.

Я с тоской посмотрел на небо, на хмурого гнома, с которым только что чуть не поубивали друг друга. Деньги были не просто нужны, а необходимы.