Рональд Колд - Братство Света

— Получается, мы опять ничего не знаем о штурмовавших Балку! Мне не очень-то верится в байку, рассказанную Бородой и Рыжим о восстании лемутов.

Глисс выглядел явно разочарованным словами пленного. Больше всего ему не понравилась фраза о том, что к форту прибыла лишь первая волна войск, посланных в поход против Бухты главой Зеленого Круга.

Рев возмущенного словами старосты Аграва заглушил тихий голос эливенера, который услышал лишь Кен:

— А я-то как раз верю, и это ужасает!

— Ты что же, — орал рыжий лесоруб, наступая на оторопевшего Глисса, — считаешь, что нам все пригрезилось, да? И Желтый Ушан, который играючи разоружил нас обоих, и твари, которые помогли нам освободить пленников!

— Но мы ведь не встретили в крепости ни одного такого существа, пока на рассвете пробирались к вам, — вяло возражал староста, прекрасно знавший буйный нрав лесоруба.

— Значит, это я и Рыжий переколошматили гарнизон и стащили трупы к причалам? — теперь на несчастного Глисса наседал, тряся раздвоенной бородой, еще и Вагр.

Иир’ова подошел к метсу, и взмахом лапы привлек его внимание. Пограничник Атвианского Союза догадался, что лемут собирается пообщаться с ним с помощью телепатического контакта.

Они вышли из возбужденно галдящей толпы, и вскоре огромные глаза мутанта заслонили от взора северянина весь мир.

Он увидел дощатый причал, на котором громоздились мертвые и умирающие солдаты Зеленого Круга. На их телах пировали орлы, стервятники и огромные белые чайки. На мачтах покинутых командой баркасов сидели черные вороны, наполнявшие гавань истошным хриплым карканьем. Мысленная картина казалась размытой, она дрожала, словно воздух в знойный день над раскаленными солнцем камнями, отдельные фигуры казались несколько условными.

Однако метс был человеком, специально обученным воспринимать картину местности предстоящего сражения, переданную командирами с помощью ментального сигнала. Это нововведение в войсках Кандианского Союза появилось совсем недавно, в череде прочих изменений, наступивших на севере после путешествия Иеро.

Метс попытался сосредоточиться и попросить союзника показать ему картину несколько под другим углом, чтобы рассмотреть детали укреплений. Эта затея была бы безнадежной, попытайся он сам установить связь с мозгом иир’ова, однако сейчас телепатический мост уже работал, и лемут прекрасно понял просьбу.

Теперь разведчик видел вблизи зеленоватые волны, омывавшие причалы, из которых выбегали к громоздящимся трупам речные крабы и какие-то ползающие на брюхе твари покрупнее, без труда утаскивающие в воду целого Ревуна или росомаху.

Похоже, кошачий союзник людей специально прошелся среди мертвых тел и пирующих падальщиков, чтобы иметь возможность показать увиденное своим друзьям.

Крепость Нечистого, фактически неприступная с суши, имела форму незамкнутого кольца, примыкавшего недостающей частью окружности к речной петле, глубоко вдававшейся в укрепленный лагерь мастера С’Муги. Здесь и находилась гавань — единственное слабо защищенное место форта. Отсюда метс и иир’ова попали внутрь логова врага. По словам пленного выходило, что штурмующие пришли со стороны воды.

Внезапно картина сделалась размытой, и метс тряхнул головой, стараясь сосредоточиться. Теперь ему отрылся лесистый речной берег, находящийся от причалов на расстоянии нескольких арбалетных выстрелов. У иир’ова было прекрасное зрение, человек вряд ли разглядел бы на таком расстоянии маленькую пирогу, укрывшуюся на фоне зеленого берегового хаоса. Глядя глазами зоркого мутанта, метс тотчас же разглядел свесившиеся с борта пироги приплюснутые морды росомах. Видение стало таять, но в последний миг северянин увидел, как солнечный луч сверкнул на голубоватом ошейнике одного из дозорных.

«Никаких сомнений, это Нечистый!» — пронеслось в голове северянина, и иир’ова тут же оскалился и зарычал, почувствовав ненависть, волнами расходящуюся из сознания метса, с которым лемут еще был телепатически связан.

Кен повернулся и собрался было предупредить людей о надвигающейся опасности, однако его упредил отец Вельд, ментальные способности которого позволили услышать сообщение иир’ова.

— Флоридяне, враг приближается. Ранним утром наш союзник видел на реке дозорную лодку. Думаю, что близка вторая волна войск, посланных главой Зеленого Круга С’Лорном для усмирения Бухты. Посланные вперед разведчики почувствовали, что в опорной крепости что-то неладно, и поспешили к своим командирам.

Люди смолкли. В тишине Вагр спросил, проводя ладонью по острию сабли:

— А тех, кто уничтожил гарнизон, он не видел?

— Нет. Думаю, штурмовавшие Мертвую Балку куда-то отступили.

— Замечательно! — Рыбоед казался не на шутку встревоженным. От волнения он даже заикался. — Ни одного своего убитого, как я понимаю, напавшие на крепость не оставили, сами исчезли в неизвестном направлении. Как вы думаете, что подумает командующий войсками Нечистого, ступив в гавань?

— Ясное дело, что лесорубы и охотники из флоридских деревень расправились с гарнизоном, — угрюмо буркнул Аграв. Он, так же, как и Вагр, принялся проверять острие оружия.

— То есть, — резюмировал Глисс, стоявший возле костра, опираясь на свое старинное тяжелое копье, — даже если мы незаметно уйдем из крепости, похоронив мертвых, забрав пленного и раненых, Нечистый, прежде чем двинуться на Бухту, уничтожит наши поселения.

Мужчины начали высказываться, что делать дальше, дело чуть не дошло до драки. Люди, пришедшие в крепость вместе с Глиссом, были из разных деревень ближайших окрестностей форта, и это обстоятельство еще больше усугубляло беспорядок. Метс, эливенер и иир’ова, стоявшие в сторонке, размышляли каждый о своем. Например о том, куда же подевались таинственные враги Зеленого Круга, уничтожившие гарнизон и первую волну карателей.

Наконец Глисс, выбранный ополченцами старшим, прервал свое задумчивое молчание. Глаза его светились решимостью идти до конца, губы были сжаты в тонкую упрямую линию. Он принял нелегко давшееся решение.

— Ты, — он указал руками на молодого гончара. — Отправляйся бегом к воротам, и запри их. Там есть засов, если сможешь, подними мост. Вначале выпустишь Ткача и братьев-оружейников. Вы трое уведете в нашу деревню пленного, пусть его там посадят под замок, и унесете раненого жителя Бухты. Эй, там, долго вы еще будете возиться с погребением? Заканчивайте и вооружайтесь.

Глисс в наступившей напряженной тишине смотрел, как выполняются его приказания. Вдогонку гончару он крикнул: