Ника Емилина - Неистребимые кровью

— Разве ты никогда не замечала, что в твоей голове мелькают вроде бы твои мысли, и всё же какие-то чужеродные, как голос, который тебе всегда противоречит?

У меня с самого детства в голове поселился голос, который только и делает, что противоречит мне. Это я о совести.

Я, задумавшись, слезла со стола и села на кровать рядом с Валерилем.

— Рил, что нам дальше делать?

— Две части бриха у демонов. Я не знаю, что они задумали, но они обязательно захотят заполучить и твою, третью, последнюю.

— Почему же они не забрали мой брих, когда забрали брих Скара?

Валериль пожал плечами.

— Не будем осложнять им задачу — наведаемся к ним сами.

Внезапно в дверь постучали.

Я протянула руку за мечом, нагревшимся, будто говоря, что не всё тут чисто.

— Войдите, — Рил потянулся с кошачьей грацией.

В комнату робко просунулись две всклокоченные, патлатые головы.

— Простите, — проговорил один из этих странных юношей. — Среди вас есть э-э-э… сэр Валериль?

Мы переглянулись.

— Ну, разумеется, — вздохнула я. — Сэр Валериль — это я, а разве не заметно?

Рил насмешливо взглянул на меня и встал с изрядно помятой кровати.

— Что случилось?

— За вами послали его величество, — оправдывающимся голосом продолжал паренёк, — король Скар, — произнося это имя, он, разволновавшись, чуть не захлебнулся слюной.

— Ах, его величество послали? — усмехнулся сильнейший. — Как грубо! Ладно, — он моментально сделался серьёзным. — Почему же он не послал за мной свою личную стражу? Или он счёл, что сильнейший не достоин такой чести?

— Нет, что вы! — мальчугана уже аж колотило от переизбытка чувств. — Валеал лишился охраны. В городе нет ни одного боевого вампира. Все ищут Фисэла… ой, его высочество…

— Ну, если принца ищут за пределами Валеала, то, вне всяких сомнений, он в столице, — пробурчал себе под нос Рил и добавил, уже громче. — Что ж, иду.

Две башки мигом исчезли, не ожидаясь, пока сильнейший соизволит покинуть свою обитель. Валериль посмотрел на меня и, ничего не сказав, вышел за дверь.

— Лимон, — я подозвала лемуну к себе. — Иди за ним.

Лемуна выбежала вслед за сильнейшим. Надеюсь, наша связь выдержит и её хватит на то расстояние, которое преодолеет Рил.

В дверь вновь постучали.

Когда я вышел из дома, от парнишек не осталось и следа. На тот момент я не придал этому должного значения. А жаль.

Нигде; ни на улицах, ни около дворца короля, ни в самом дворце стражи действительно не было. В Валеале остались только граждане. Молча пройдя все коридоры, которые оказались непривычно тихими, будто мёртвыми, я в нерешительности остановился перед дверями в покои Скара.

Опережая события на шаг, то есть ровно на столько, на сколько Скар мог предвидеть будущее, король открыл дверь навстречу сильнейшему.

— Что случилось? — на лице короля вампиров отразилось искреннее недоумение.

— Разве ты не посылал за мной? — с удивлением переспросил я, и тут до меня, наконец-таки, дошло.

Скар покачал головой и уставился на меня расширенными от ужаса глазами, застыв, как каменное изваяние, — он тоже понял.

— Велина…

Глава 8

НЕЖДАННЫЕ ВСТРЕЧИ

Большое преимущество получает тот, кто достаточно рано сделал ошибки, на которых можно учиться.

Я оглянулась на дверь с некоторым удивлением. Валериль что-то забыл?

«Ага, ум, честь, совесть и кошелёк».

Я вновь потянулась за мечом, который успела уже отложить в сторону. В ту же секунду я вспомнила, что отправила Лимона вслед за Рилом, так поспешно вызванным к Скару, и мне стало как-то не по себе.

Стук повторился.

— Да! — откликнулась я. — Войдите!

Дверь скрипнула. Передо мной остановился именно тот человек, которого я уже не ожидала увидеть.

— Привет, — жизнерадостно бросила мне Архия. Голос её при этом звучал настолько дружелюбно, что я на секунду забыла, что же произошло на самом деле.

А! Ну, так ведь для неё ничего и не произошло. Она даже и не подозревает о том, что мы догадались, кто она на самом деле…

— Мёртвый серафим, — говорил мне тогда Рил. — Я даже знаю, на кого король всё свалит. Кто убил серафима? Имя этому подлому гению — Фисэл.

— У тебя, как я понимаю, по этому поводу другие соображения?

— Да, ты заметила, что кое-кто отсутствует?

— Ага. Лимон опять куда-то смылся. Но это ничего, всё равно далеко отойти он не сможет.

— Я не о лемуне.

В тот момент я глубоко не задумывалась над этим вопросом.

— Архия.

А… может, Валериль ошибся, и она на самом деле ни в чём не виновата?

— Где ты пропадала столько времени? — спросила я, присаживаясь на кровать, с которой недавно вскочила, и положила рядом с собой меч во избежание всяких неожиданностей — Мы вернулись после ужина с королём, а ты словно сквозь землю провалилась.

— А! Знакомого встретила, — отмахнулась от меня девушка.

— Знакомого? Здесь? — я изобразила на лице удивление. — Ты же человек, Архия. Человек, а умудряешься попадать в тюрьмы эльфов и иметь знакомых вампиров.

— А с каких это пор я не имею на это право? — с некоторым вызовом спросила девушка.

Я пожала плечами.

— Просто я не думала, что тот, кто считает себя человеком, станет закадычным другом вампиру, — с тайным намёком произнесла я.

Архия посмотрела на меня чуть более заинтересованно.

— А как же ты и Фисэл? — тут же она нашлась, что сказать.

— Причём здесь я и Фисэл?

— А! — кротко произнесла девушка. — Ты права — вы с принцем не закадычные друзья, а закадычные любовники!..

— Что?! — ещё чуть-чуть, и я всё скажу… перечислю её родословную с примечаниями, ранее не допущенными цензурой.

— А то я слепая!

— А я знаю, — выпалила в ответ я, — что очень даже зрячая. Всех переглядела!

— О чём это ты?

— О тебе, родная.

— Намёки, деточка? — как-то грубо, внезапно изменившимся голосом, спросила Архия, как будто увеличившись в росте.

Я сжала в руке рукоять меча и понадеялась, что мой дар хоть раз в жизни придёт на помощь тогда, когда он действительно мне необходим.

Архия шагнула мне навстречу.

— Кто же я, по-твоему? — заглянув мне в глаза, спросила она. — Если я не человек, а ты именно так и думаешь, то кто же я?

— Ты хуже, чем самый мерзкий человек, — прошипела я, в ответ оскалившись.

— Вот как?

— Да, так, — сообщила я ей. — Ты, и все твои собратья — это самое худшее. Вы — те, кто имеет совесть на пороге войны преследовать свои цели. Хотя… когда вы поступали иначе? Признайся, демонесса, серафим — твоих рук дело?