Дарья Гущина - Выбор павшего. По следу памяти.

— Да не отдыхал я тогда, — возмутился Свят. — Я искал нити охранного заклятья! А если бы ты копала… ну, и я бы копал… Ладно, Касси, можешь и это занести в свой список, — последнее прозвучало с немалой долей ехидства: — ведь записываешь все, за что еще мне отомстить надо?

— И запишу! — запальчиво буркнула я.

— И записывай!

Я выбралась из ямы, но записывать ничего не стала. Просто вытащила из ножен клинок и, подождав, пока харт поднимется на небольшую высоту, одним движением перерезала веревку и не без удовольствия выслушала вольный пересказ истории происхождения моих предков, начиная от вождя дейте и заканчивая теперешней семьей. А когда поток ругательств иссяк, я отвязала от сосны уцелевшую веревку, спустила конец в яму и заманчиво покрутила им над головой харта, отдергивая всякий раз, как Свят подпрыгивал.

Наконец, решив, что совсем выводить из себя его не стоит, я наклонилась над ямой и спросила:

— Один-один?

— Ладно, черт с тобой!

Глава 10

— И вы царь?

— Ну да, и я царь! Царь Иван Васильевич Грозный!

Свят остался верен своему слову — отдыха я не дождалась. Когда мы вернулись на стоянку, уже начинало светать, и подремать мне если и удалось, то всего ничего. И никакие уговоры типа "я только минутку посплю и сразу же встану", на него не подействовали.

Сам же он явно не устал нисколько. Пока я, поминутно зевая и засыпая на ходу, пыталась упаковать рюкзак в спальник, харт сбегал к ручью, помылся, постирался, притащил котелок с водой, развел костер и начал готовить завтрак. Потом чуть ли силком впихнул в меня недоваренную кашу, вытащил из спальника рюкзак и поменял их местами.

И опять началось — дорога, дорога, дорога… Сопровождающая нас журчащая речушка, лениво проплывающие зеленые полосы сосново-елового леса, припекающие, как в пустыне солнце, ясное небо, душистый, напоенный ароматами трав, ветер… И — ой, спать-то как хочется… и болит все…. Нет, таких издевательств мое несчастное тело просто не заслуживает…

Поерзав, я обняла Мифодия за шею и прикорнула, уютно уткнувшись носом в пушистую гриву. Вернее, я попыталась прикорнуть, потому как пострадавшее лицо мгновенно и весьма болезненно запротестовало. И царапины тут совершенно не при чем. Во всем виноват солидный синяк на лбу, который остался мне на долгую память от ямы. Свят же, главный виновник моих мучений, мне в лицо старался не смотреть и чуть-то — старательно отводил глаза, с запинкой обещая на ближайшем привале отыскать свою чудодейственную траву и свести это кошмарное украшение.

Ну-ну…

— Касси, не спи! Упадешь, я тебя поднимать не буду! — пригрозил Свят.

— И не надо, — пробубнила я.

Конечно, уснуть я не уснула. А попробуйте сами поспать на спине лошади! Это вам не в общественном транспорте задремать, где хоть и трясет, но хорошо укачивает! Здесь ведь просто трясет — и как трясет… Особенно, когда мне удавалось задремать и Миф, эта сволочь хвостатая, специально начинал выгибать спину и подскакивать! Хоть не сбрасывал меня — и то, спасибо…

К полудню харт надо мной сжалился и скомандовал короткий привал. И когда виал остановился у ручья утолить жажду, я мешком свалилась с его спины на землю и так и осталась лежать, твердо решив, что скорее умру, но на ноги не поднимусь ни за какие коврижки! И пусть одна рука оказалась в воде по локоть и там же — макушка…

Собственно, я даже умудрилась задремать, пока до меня не добрался Свят. С тяжким вздохом он оттащил мою уставшую персону от ручья за ноги и, уложив у костра, присел на корточки рядом.

— Кась, хватит притворяться. Я знаю, что ты не спишь.

— Ты глубоко ошибаешься, — пробурчала я, отворачиваясь от него.

Снова вздохнув, харт пересел, оказавшись лицом ко мне.

— Я серьезно. Разговор есть.

— Вот и пусть он есть, — я опять перевернулась на другой бок. — Дай человеку хоть умереть спокойно!

— Не дождешься, — он вновь пересел. — Как раз об этом я и хочу поговорить.

— Да кто тебе не дает, — мне уже надоело ворочаться, но я героически пересилила собственную лень.

— Ладно. Как хочешь. В общем, я тут подумал — если мы и дальше продолжим путешествовать в таком же духе, то до пророка и за год не доберемся.

— Ты же говорил, что мы его вот-вот нагоним, — проворчала я.

— Говорил, — согласился Свят. — Но непредвиденные обстоятельства я не учел… И черт знает, на кого мы еще наткнемся…

— Твои предложения? — зевнула я.

— Мои предложения. Либо обходимся днем без привалов…

Я протестующе кашлянула.

— Либо — пару дней отсыпаемся, отдыхаем и готовимся к очень рискованному делу.

— Насколько рискованному? — аж села я.

— Очень рискованному.

— Колись, — потребовала я.

Свят задумчиво пожевал сорванную травинку, прищурившись, посмотрел на меня и начал свою очередную лекцию с вопроса:

— Тебе о пространственно-временных потоках рассказывали?

— В общих чертах…

— Смотри сюда, — он дунул на разделяющий нас клочок земли, выжигая дотла растущую на нем траву, и вооружился ложкой: — вот это — Альвейл, — на черной от гари земле появился неровный круг, — это — приграничные миры, — рядом с кружком по кругу, прощу прощения за тавтологию, нарисовалось еще шесть фигур. — Все миры соединены между собой пространственно-временным потоком, — на чертеже появилась соответствующая линия. — Именно его в свое время маги приспособили под создание порталов. Нащупали точки соприкосновения потока с мирами, проделали в нем дыры и расставили метки, какая куда ведет. Видела наши порталы?

— Не довелось, — призналась я. — Не до них мне было…

— Портал выглядит как вытянутая вертикальная яма три на три шага, а сам переход — или как поляна, или как болото, или как горная тропа… В зависимости от того, в какой мир тебе надо попасть. Если к нам идти — лесная тропа. Это понятно?

— Естественно! — оскорбилась я. — Я же не тормоз!

— Идем дальше. Значит, перемещаясь по этому потоку, люди попадают из настоящего в настоящее — ровно в тот момент, в какой они ушли из своего мира. И мало кто знает, что потоков на самом деле — три.

И харт дорисовал на схеме еще две соединяющие круги линии параллельно первой — сверху и снизу.

— Это — потоки прошлого и будущего. Найденные, но не исследованные.

— И?..

— Если пройдем через поток будущего, опередим пророка.

— А в чем тут риск? — не поняла я.

— Во-первых, — взялся перечислять он, — найти точки соприкосновения потока с нашим миром. Во-вторых, продырявить его. В-третьих, просчитать вероятность выхода из потока — и выйти в нужном месте и в нужное время. И, в-четвертых, что меня больше всего смущает, отбиться от обитателей тех мест. По рассказам бабушки, потоки обитаемы и неизвестно еще, на кого мы там наткнемся… Над расчисткой первого потока, говорят, не одно поколение магов работало и не одно поколение там осталось навсегда, пока он, наконец, не стал безопасным…