Александр Рыжков - Заточённые души

Почему он не отбивался? Почему давал себя в обиду? Ему ведь разорвать всех этих бродяг и нескольких минут хватило бы! Чего он ждал? Чего?! Как больно смотреть на его оскорбление.

Отбивайся, да дерись ты с ними, Гирен тебя подери! Ты ведь убийца! Ты изодрал тех женщин, мы знаем это. И они, эти разъярённые мыслящие, тоже знают. Поэтому и пришли. Отомстить. Почему ты не отбиваешься? Почему?! Зачем позволяешь кидать в себя камни и тыкать копьями?

Блеснувшие в свете факелов волчьи глаза смотрели на меня. Они умоляюще ждали моей поддержки, моей помощи. А что я мог сделать? С невыносимой тяжестью в сердце, я отвернулся… Раздался вой боли и отчаяния: какой-то подлый драг проткнул его бок копьём. Этот вой вонзился в мою душу ядовитыми занозами стыда. Там они и останутся. Где наши остальные? Почему Алерадус не гонит эту бешеную толпу магическими заклинаниями прочь? Почему никто не стал на защиту Бирюка? Он ведь наш друг! Мне теперь плевать на его грехи и ошибки, ведь он мой друг! Где же все?! Неужели они такие же трусливые крысоны, как и я…

Челюсти сомкнулись, раскусив палку копья на части. Бирюк завыл. Так воют волки перед битвой. Камень угодил ему в ухо, другой – в бок, где торчал обломок копья. Волк зарычал, присел для прыжка. Толпа чуть отступила, выпятив копья и палки вперёд.

Прыжок.

Никогда я ещё не видел, чтобы кто-нибудь так высоко прыгал. Словно гигантская хищная птица, Бирюк пронёсся над разъярённым скопищем мыслящих. Мощные лапы, проломив ветхую черепицу, приземлились на чердак невысокого дома. И вновь, блестящие, как золотые монеты, глаза устремились на меня. Что в них было? Обида или понимание? Я никогда не осмелюсь узнать…

Ещё несколько скачков, и Бирюк растворился в темноте крыш. Толпа бежала за ним. Вернее – в ту сторону, где его последний раз видели. Я затесался в неё. Так, на всякий случай, чтобы лишиться и тени сомнений. Хотя и так было ясно, волка им не поймать сегодня. Да и вообще, никогда не поймать. Не такой же ведь он глупый, чтобы в Трущобы Недостойных опять вернуться? Нет, он не из тех. Скорее всего, я его больше никогда не увижу…

Домой я брёл с противоречивыми чувствами. Я ликовал, что Бирюк скрылся от недоброй толпы. И в то же время, порицал себя за то, что не вступился. Но что бы я смог сделать? Сказать: эй, обозлённая толпа, не трожь моего друга-волка, он со мной, я его хорошо знаю, он не может быть убийцей? Так ведь я и сам в этом сомневаюсь. А вступиться в драку значило погибнуть. Так далеко прыгать я не умею.

Во дворе меня встретил Алерадус. Я рассказал ему всё, что произошло. Ни одной детали не упустил. Неприступное лицо мага уступило место печальному выражению. Я не виноват, конечно. Хотя, мне вообще нужно было не высовываться из комнаты. Остальные так и поступили. Стоило кому-то из нас вступиться за Бирюка – всё бы пропало. Пусть даже мы и победили их, не дали волка в обиду. Но тогда произошло бы то, что произойти ни в коем случае не должно. Нам пришлось бы покинуть это место, чем нарушится путь, указанный магической кровью. И всё, абсолютно всё – пропадёт!

Да, слова Алерадуса чудесны, нашему пути ничто не угрожает, но от этого я себя лучше не чувствую…

Несколько следующих дней мы безвылазно провели в постоялом дворе. Говорили друг с другом только при крайней необходимости. Не знаю как другие и, если честно, знать не хочу, но мне было чудовищно стыдно за произошедшее с Бирюком. Особенно после того, как узнал, что ночные убийства не прекратились. Мало того, их стало больше, и некоторые из них совершались даже днём.

Если я не потерял счёт времени, то прошло немного меньше месяца. Утром Алерадус зашёл в нашу комнату. Никто уже давно не спал. Каждый занимался своими делами. Я точил мечи. Кич любовался реликтовым кинжалом – кинжал вроде бы и принадлежал нам всем, но никто не был против того, что оружие находилось у него. У вещи должен быть один хозяин, который будет за ней следить и использовать. Мы ведь пока не собираемся продавать этот сказочный реликт. Сир пил перепелиные яйца. Мне всегда противно смотреть, когда он это делает. Говорит, мол, полезно, вкусно и питательно. Ну что ж, рад за него. Сам пробовать не горю желанием. Кира стряхивала пыль с плаща. Помню, как Сир обшил змеиной кожей его полы. Вот приключение у нас было тогда… Не то, что сейчас: в тесной комнатушке штаны протираем. Лорк всё читал толстую книгу в бардовой обложке. Говорил, там интересные приключения наших праотцев описываются. Не понять мне его. Да, истории других авантюристов никогда не мешает знать. Но ведь из-за них можно всю жизнь так и просидеть. За толстенной книгой полной брехни и выдумки. Почему бы не открыть глаза, не посмотреть вокруг, не сказать: эй, а я тоже неплох, Гирен побери, ведь брошенный мной комок взрывного порошка уничтожил техномонстра; как же всё-таки жутко было в зловещей пещере с летучими мышами! А он так погружён в чужие выдумки, что просто не видит прелести вокруг. То и дело, подойдёт ко мне и давай про тех путешественников часами рассказывать. И ещё обижается, когда ему объясняю, что не может человек десятерых бандитов за несколько ударов палкой положить. Он ведь не маг! Пусть разбойники самые что ни есть профаны, а отбивающийся – великий воин. Чтобы одним ударом отключить, нужно попасть куда следует. А попробуй-ка, попади в десятерых вертящихся вокруг тебя врагов. Они ведь не мешки с навозом, чтоб на месте стоять, удара фатального выжидать. Вполне возможно, конечно, десятерых положить, но это потребует достаточно длительного времени и, что самое важное, умений и усилий. А тот герой из книги то палкой отбивается виртуозно, то из лука в цель, находящуюся за горизонтом, попадает, то в одной руке булава, в другой меч двуручный… Это физически невозможно. Не говоря уже про то, что любой мыслящий не может абсолютно всему обучиться. На каждое оружие время надо. Просто жизни не хватит. Я пока не встречал никого, способного прожить больше полторы сотни лет. Хотя, кажется, Алерадус близок к этому. А Лорк аж пеной брызжет мне в ответ. Это ж раньше-то было. Тогда великие герои по земле ходили. Не то, что сейчас – жульё и мелочь одна. Не знаю, может, он и прав. Но как по мне, так мыслящие в любые времена – одни и те же. Что раньше, когда только из своих пещер и нор повылазили, что сейчас. Трусливые, жадные и глупые. По крайней мере, большинство из них…

Алерадус попросил нашего внимания. Никто его ждать не заставил, и он сообщил, что сегодня отличный день для прогулки по городу. И не совместной, а личной. Каждый должен идти сам. Если вдруг встретит своего: оба разворачиваются и идут в противоположные стороны. Так надо. К первой луне все уже должны вернуться в эту комнату. Но не раньше. Нужно начинать прямо сейчас.