Элдрич - Кери Лейк

Когда они нашли небольшую таверну, они привязали лошадей снаружи. Казимир проверил, на месте ли кинжал у его бедра, и его внимание привлек эскиз, прикрепленный к одному из столбов здания. Под надписью «РАЗЫСКИВАЕТСЯ» было изображено изможденное лицо, которое он узнал — лицо, которое он не мог забыть за все эти годы, даже если бы хотел.

И он не забыл.

Глубокие шрамы уродовали разрушенный и искривленный рельеф ее кожи, которая была натянута на острые, выступающие кости, словно сами боги вырвали ее из утробы матери. Один из ее глаз, глубокий черный шар, на эскизе выглядел как пустая глазница, но Казимир видел его достаточно близко, чтобы понять, что ее глазное яблоко каким-то образом полностью почернело и смотрело без век, которые могли бы его закрыть. Другой глаз мерцал бледно-зеленым цветом, который казался почти белым, а ее губы были сдвинуты в странном углу, словно их плохо сшили иглой и ниткой.

Интенсивность ее выражения лица по-прежнему вызывала у него мурашки по спине, даже после стольких лет.

— Старая любовница?

Не обращая внимания, Казимир оглянулся через плечо и увидел, что Равецио тоже заметил плакат. — Некоторое время назад она обратилась ко мне за помощью. Именно из-за нее я был заключен в тюрьму соласионами.

— Кто она?

— Я знал только ее имя. Мелисара.

- Что такое сангвидин? — спросил Равецио, обратив внимание Казимира на слово, нацарапанное под ее эскизом.

- Мистическое чудовище, о котором рассказывали родители из Нюкстероси, чтобы напугать нас в детстве. Она пила кровь, чтобы оставаться молодой и красивой.

- Должно быть, ты застал ее в плохой день, да? - Равецио фыркнул и наклонился поближе к мелкому шрифту внизу листовки. - Она разыскивается за демутомансию и распространение слухов о возвращении Кадавроса. Что она заставила тебя украсть? Кровь?

- Вообще-то, да. Мортукрукс. Говорят, это мистическая и очень ценная колба с кровью, которую король Джерет закопал в недрах своего дворца соласион на случай эпидемии. Предположительно, она дает какой-то иммунитет.

- Думаешь, в обвинении в сангвидине есть доля правды?

- Это было бы равносильно признанию, что мифическое чудовище существует на самом деле. - Казимир толкнул Равецио в руку. - Пойдем. Нам нужно встретиться с капитаном до захода солнца.

- Что происходит после захода солнца? Он превращается в Оргата?

- Он слишком сильно напивается. - Казимир прошел в темную таверну, окидывая взглядом разношерстную толпу деревенских жителей с пустыми глазами, которые наблюдали за ними, и грубоватыми лицами, которые рычали, когда они проходили мимо. Если Казимир бывал здесь раньше, это не означало, что его здесь приветствовали.

Запах пива, пота и рвоты висел в воздухе, ударяя по горлу.

- Черт возьми, ночные горшки пахнут лучше, чем это место. - Равецио прижал ладонь к носу и прочистил горло.

- Тихо, если не хочешь попрактиковаться в фехтовании. - Посмотрев на капитана в одной из кабин, Казимир повел их через таверну, его ботинки хрустели на битом стекле и скорлупе от арахиса. Пузатый живот старого капитана едва помещался между столом и скамейкой, на которой он сидел, слегка наклонив голову и прищурив глаза. Казимир догадался, что тот уже выпил несколько стаканов.

Два Леталиша сели напротив него, что заставило старика вздрогнуть и проснуться.

Он пошевелился на своем месте, но, узнав Казимира, выдохнул длинный вздох, от которого пахло гнилью и элем. - Чего тебе надо?

Казимир украдкой огляделся, убедившись, что все вернулись к своим делам. - Кровавый знак. - Официальные запечатанные документы, в которых указывался уровень магической силы человека и которые подписывались членами королевской семьи. Все маги, в частности, должны были получить такой документ для поездки в Каликсар.

- Не могу тебе помочь. Старый маг был арестован около двух недель назад. - Капитан полагался на самоучку-мага, который, как оказалось, был мастером в создании поддельных и фальшивых документов, настолько правдоподобных, что они обманывали даже самых строгих портовых стражников, или портовых псов, как их называли. Конечно, магия крови, описанная в документах, не была бы правдивой. Стражники не благосклонно относились к тому виду защитной магии, которым владели Равецио и Казимир.

- Мы должны добраться до Каликсара. Это крайне важно.

- Боюсь, вам придется найти королевскую подпись.

- Это невозможно.

- Послушайте, — сказал капитан, потирая подбородок. - Я бы хотел помочь. Монеты бы не помешали, но без него это просто невозможно.

- Есть какие-нибудь предложения?

- Если вы знаете эльвинирана, который имеет кровные связи с островом, некоторые стражники пропустят вас только на этом основании. Но желаю вам удачи в поиске прохода через залив Кубрисиан в это время года. Вода слишком неспокойная. Даже самый опытный капитан не рискнет.

- Черт. - Казимир с вздохом опустился на скамейку. Они действительно знали эльвинирана, имеющего связи — двух, если быть точным. Вероятно, в этот момент он был уже на полпути к острову.

- Мне нужно убираться отсюда, пока я не забыл свое собственное имя. - Капитан поднялся на ноги, споткнулся, но удержался, ухватившись за край стола, а затем бросил на стол шесть монет. - Удачи, — сказал он, крепко хлопнув Равецио по плечу, и пошатываясь удалился.

Равезио застонал. - Что теперь? Если мы не сможем уплыть из Квбрисиана, нам придется ехать в Винтертайд.

- Это если мы найдем кого-нибудь, кто предоставит нам Кровавый знак.

- Я могу достать вам билеты.

Голос с другой стороны кабинки заставил Кажимира нахмуриться, и он заглянул за край, чтобы увидеть бледнокожего мужчину, опрокидывающего кружку. Судя по заостренным ушам с множеством пирсинговых колец, торчащим из его средней длины волос цвета охотничьего зеленого, это был явно эльвиниранец, хотя Казимир не мог точно определить его расу. Странный акцент с его резкой элегантностью заставил его подумать, что незнакомец мог быть валгатхианином, но Казимир никогда не встречал представителей этой расы без рогов.

Разочарованный тем, что кто-то подслушал их, он повернулся на своем месте и обменялся осторожным взглядом с Равецио. Казимир прочистил горло и кивнул, подталкивая Равецио выйти из кабинки, а затем последовал за ним, и они оба остановились рядом с кабиной, где незнакомец сидел, раскинувшись на скамейке, опираясь локтем на согнутое колено. Левая сторона его губы также была проколота серебряным кольцом, по которому он провел языком.

На столе стояли две кружки, словно он их ждал, и он жестом пригласил их сесть. - Пожалуйста. Я настаиваю.

Быстро оглядев таверну, Казимир первым сел на скамейку, не отрывая глаз