Галина Романова - Операция «Невеста»

— Я тебя люблю, — сами прошептали губы. — И хочу, чтобы ты была счастлива.

Решительные шаги за спиной заставили обернуться. На пороге стоял рыцарь из числа личной охраны Анджелина Маса.

— Мастер, — кивнул он головой, — у меня приказ немедленно доставить вас в городскую ратушу. Прошу следовать за мной!

Я бросил взгляд на статую богини, подмигнул изваянию:

— Вот так всегда! — и повернулся к рыцарю: — А что случилось?

— Необходимо ваше присутствие в подземельях, — уклончиво ответил тот.

О, это уже интересно. Значит, за те несколько дней, что миновали со злополучного пира, приключилось что-то, чего я не знаю? Не говоря ни слова, вышел вон, направляясь к коновязи.

Как уже говорилось, ратуша сгорела два года тому назад. Ее частично восстановили — ведь она почти двести лет являлась административным зданием, где проводились публичные суды, собирались на совет члены магистрата и городских гильдий, где хранились все документы, и где градоправители принимали граждан по личным вопросам. После пожара Анджелин заново отремонтировал ратушу, но, получив назад графский титул и понимая, что в Малых Звездунах ему, мягко говоря, не рады, решил вернуть себе родовое гнездо. Однако для этого сначала ему пришлось возвести новое здание ратуши, а старую перестроить, превратив в жилой замок. Сейчас суд и магистрат уже перебрались в новое помещение.

В самой ратуше я бывал еще в позапрошлом году, но с тех пор там многое перестроили, произвели перепланировку всего третьего этажа и части первого. Полным ходом шли восстановительные работы — оказывается, когда-то у замка имелась внушительная надвратная башня, которую ликвидировали уже при Байтах. И на крыше четвертого этажа сейчас делали надстройку.

Было бы интересно прогуляться по новому замку, но мой проводник решительно свернул в подвалы, заставив сделать то же самое.

А все-таки нравится мне в подземельях! Приятная полутьма, прохлада даже в самый жаркий летний полдень, тишина, уединение, запах сырости, плесени, земли и камней. У нас в Колледже три из четырех практических занятий проводились именно в подвалах, часто не оборудованных даже освещением и вентиляцией — студенты должны были сами позаботиться о свечах. В раннем детстве я часто лазил с мальчишками по всяким закоулкам и развалинам, перекопал старые курганы за городом вдоль и поперек. Мы все искали сокровища, но сейчас понимаю, что не только страсть к кладоискательству влекла меня под землю. Это спящий до поры дар некроманта давал о себе знать. И сейчас я шагал по подвалам вслед за рыцарем, спокойно вертя головой по сторонам, как путешественник, осматривающий местные достопримечательности.

Когда-то мне уже случалось спускаться в это место. Два года назад Анджелина Маса держали именно здесь, арестовав по обвинению в убийстве виконта Ладиана Байта. Тогда местные призраки показали мне тайный проход в его камеру. Граф отказался проследовать за своим «спасителем» — честь ему всегда была дороже.

Подземелья ратуши несколько раз меняли свое назначение. Сначала это были просто подвалы, где хранились запасы провизии на случай осады, был выкопан подземный колодец и тайный ход, если придется спешно покидать осажденную крепость. Когда замок стал ратушей, тут складывали все подряд. Сейчас подземельям следовало вернуть их первоначальный облик.

На глаза попадались признаки строительства — подземные пещеры-норы были перегорожены кирпичными стенами. Высились каменные колонны. Валялся какой-то мусор.

— Нам сюда. — Рыцарь свернул налево и стал спускаться по узким крутым ступеням. — Осторожнее! Здесь темно и скользко.

— Ага, — кивнул я, касаясь руками стен и непроизвольно активизируя ночное зрение. Мне кажется или внизу имеется источник света?

— Вам помочь? — Рыцарь был на пару ступенек ниже.

— Спасибо, я отлично вижу в темноте. А что случилось?

— Рабочие обнаружили эту лестницу, когда занимались реставрацией. Спустились вниз и нашли… В общем, вам стоит на это взглянуть.

«Какие-нибудь старые кости», — подумалось мне. В таких местах их полным-полно.

Я не ошибся. Действительно, старые кости, покрытые засохшей и затвердевшей плотью. Проржавевшие насквозь цепи говорили о том, что эти люди оказались здесь не по своей воле.

— Как их нашли? — Я сбросил сумку с плеча, полез доставать из нее нужные вещи.

— Просто спустились, а тут… — Рыцарь топтался рядом, держа факел. — Мы на всякий случай удалили отсюда всех людей.

— И правильно сделали. Неупокоенные души могут быть опасны. В том числе и для вас.

— Мне уйти?

— Да. Свет только оставьте.

Рыцарь сделал шаг к лестнице, но остановился:

— А вы справитесь один?

— Тут ничего сложного… для специалиста.

Мой проводник воткнул факел в стену, найдя щель в каменной кладке, но далеко не ушел — остановился в самом низу лестницы, обнажив меч и всем своим видом давая понять: «Если что — я рядом!» Похвальное решение, если не принимать во внимание, что часто выпущенные души стремятся во что бы то ни стало занять чужое тело. И, если не принять мер предосторожности, этим кем-то может оказаться любой.

Ратуша какое-то время использовалась в качестве тюрьмы — до тех пор, пока уже после смерти мужа леди Лавины отдельная тюрьма не была достроена и сдана в эксплуатацию. А где тюрьма, там и души узников, скончавшихся прямо в камере. Как правило, такие тела хоронят на освященной земле при монастырях, но бывают и случаи, когда заключенного нарочно забывают в узилище.

Еще через несколько минут я знал все. Собственно, ничего удивительного или странного в этом не было. Просто один из предков Анджелина Маса — может быть, дед лорда Вайвора Маса — получал удовольствие, умерщвляя людей. Трудно сказать, зачем это ему было надо, но в результате некоему некроманту, родившемуся лет через триста после того, как сам палач упокоился в могиле, существенно прибавилось работы. Мне предстояло последовательно нейтрализовать шесть трупов и отправить на вересковые поля столько же душ. И с каждой начинать все с начала.

Я еще был весь поглощен работой, когда за спиной прозвучал недовольный голос:

— И долго вы еще будете возиться?

Анджелина Маса не узнать было невозможно. Этот раскатистый баритон будет, наверное, преследовать меня еще долго.

— Извольте подождать, — пробормотал я, вычерчивая очередной круг.

Граф что-то буркнул в ответ, но далеко не ушел. Под его пристальным взглядом и пришлось завершать работу. Обеззаразив место, я повернулся к выходу:

— Готово! Можете забирать и хоронить.