Грязная Гарди (СИ) - Вера Александровна Петрук

всей семьей под яблоней. Кажется, смотрят на нас. Обсудишь с ним свое дело, и я отведу тебя домой.

Разговор с Молионами стал не самой худшей частью того вечера, но, вспоминая о нем, Гарди предпочла, чтобы он не состоялся.

Роджер Свичер был грузным, потеющим мужчиной с начинающейся лысиной и парой крупный бородавок на лбу, которые, по правилам приличия, полагалось не замечать, но взгляд Гарди то и дело цеплялся за эти розовые, шершавые наросты, а таинственный голос, поселившийся в ее голове после «укропчика», то и дело нашептывал, что разговаривает она не с человек, а чертом или демоном.

Насколько страшным и непривлекательным внешне был Свичер, настолько красива была Генриетта Молион, которая сверкала и сияла, будто жемчужина в безобразной, обросшей наростами и червями раковине. Черви в Генриетте, как оказалось, тоже водились — хватило странной улыбки и снисходительного кивка вместо приветствия, но, к счастью, всю беседу она молчала.

Кажется, я ревную, подумала Гарди, чувствуя, что все ее внимание уходит на то, как Кир улыбается Генриетте, а та улыбается в ответ. Гарди же достался взгляд с прищуром и едва заметный кивок. Началась морось, временами переходящая в легкий дождь, который гулко барабанил по тенту, натянутому над столом Молионов. Однако большинство гостей, включая Аса, который появился внезапно и, к счастью, полностью игнорировал Гарди с Киром, отплясывали под открытым небом, с удовольствием подставляя под летний дождь разгоряченные тела. Несколько дам закатали юбки, оголив ноги по самые бедра, и с визгом бегали по лужайке, не очень-то ловко уворачиваясь от мужских рук. Похоже, «укропчик» попробовала не только Гарди.

— Я знаю о вашем деле, — без обиняков начал разговор Роджер. Гарди не удивилась. Слухи в поселке должны были расходиться быстро.

— Скажу прямо, у меня набран весь штат педагогического состава, а спорт не входит в нормативные дисциплины, прописанные министерством образования. Но я готов сделать исключение. Разумеется, есть условие. Мне нужны ваши розы. Конечно, сначала вы покажете мне документы о статусе. И было бы хорошо, если вы начнете их выращивать как можно скорее. Не за горами королевская свадьба, а розы являются символом принца Феодора, что вам, конечно, не известно, но это неважно. Итак, вы поставляете розы, я подписываю с вами контракт. Договорились?

Еще одурманенная голова Гарди соображала туго, но никакого подвоха в предложенном не видела. Разве Кир сам не говорил о том, что как бы здорово было бы поставлять розы Молионам? Мол, тогда они оплатят расходы на статус очень скоро. И место учителя она получала. Но едва Гарди открыла рот, чтобы согласится, как ее опередил Кир.

— А какую закупочную цену вы предлагаете?

Роджер Свичер не удостоил Кира и взглядом.

— Так, что скажете, госпожа Джексон? — спросил он ее снова, а Генриетта вдруг взяла кувшин с бражкой и, налив полный стакан, подвинула его Гарди.

— За сделку, — сказала она, и этот ее жест убедил плохо соображающий мозг Гарди, что Кир задал вопрос не просто так.

— Так что там с ценой? — произнесла она не совсем трезво, но главное, что смысл был понятен.

Кир нашел ее руку под столом и сжал ее. Гарди хотелось сжать ее в ответ, но в голове нарисовался огромный букет роз, который ведьмин сын куда-то тащил в закат, и руку она выдернула.

— Все по стандарту, — немного нервно ответил Роджер. — По корону за десять стеблей. Но первая поставка — полкороны. И у меня тоже вопрос: какой у вас опыт в выращивание такого рода цветов? Статус статусом, но позорится перед королем я не хочу. Поэтому за первую партию заплачу полкороны за десяток. Нужно присмотреться, оценить товар, качество. Корон за десяток — это стандартная цена для поставщиков, тут ничего удивительного.

Как-то слишком много слов, подумала Гарди, но, к счастью, за нее ответил Кир:

— Я правильно понимаю, что вы предлагаете за десять роз одну корону? — спросил он, отодвинув от Гарди стакан с бражкой. — Если это так, то вы, вероятно, что-то не поняли. Вообще-то речь идет о розах. И если вы сомневаетесь в качестве наших цветов, то вам стоит спросить любого, кто громил мои теплицы в лесу пару дней назад и видел, какие у меня были розы. Вы, наверное, знаете, что сейчас очень благоприятный сезон для выращивания цветов. Мы взяли черенки от оставшихся роз и успешно их посадили. Все они принялись. Через месяц мы сможем поставить примерно сто пятьдесят цветов. Мне показалось, что вы немного перепутали цифры. Десять корон за одну розу — наверное, вы это хотели сказать, а не наоборот?

Гарди подумала, что ей ужасно нравится это «мы» из его уст. Она уже улавливала суть происходящего и задумалась над тем, как судьба ловко ломала ее планы. В очередной раз задав себе вопрос, хотела ли она учить детей спорту, Гарди поняла, что снова цеплялась за прошлое. Да, у нее имелась куча сертификатов и дипломов по самым разным видам спорта, включая плавание, фехтование, легкую атлетику и даже прыжки с шестом, но те бумажки заработала Гарди Грязная. Хотели ли Гарди Новая заниматься тем же самым? Да и с детьми она может не поладить. В Старом Городе Гарди случалось преподавать, но детей среди ее учеников никогда не было. Зато азарт, горящий в глазах Кира, когда дело касалось цветов, кажется, передался и ей.

Свичер покраснел и уставился на Кира так, будто он был кучей дерьма, в которую чуть не наступила свичерова нога. Будь Роджер чуть худее, то, возможно, он и смог бы увернуться, но его грузное тело неслось вперед, и столкновение было неизбежно. Закончилось оно не в пользу Свичера.

— Я передумала, — сказала вдруг Гарди и резко встала, увлекая за собой Кира, у которого было не менее удивленное лицо, чем у Молионов. Видимо, муж собирался торговаться, но у Гарди был уже другой план.

— Я вас не понимаю! — возмутился Роджер, — вам же нужна работа? Вы же от скуки в этой деревне умрете!

— Вообще-то я уже придумала себе занятие, — улыбнулась Гарди. — Не ешьте укропчик и все будет хорошо!

— Что ты делаешь? — спросил Кир, когда сумел догнать ее. Она буквально сбежала от Молионов, остановившись лишь тогда, когда их стол исчез за танцующими селянами.

— Мы найдем другого поставщика, — Гарди вспомнила о Кровавой Сальвии в тот момент, когда смотрела на блузку Генриетты. Она была расшита именно такими цветами. Гарди никогда бы не вспомнила название, но они были подписаны — сальвии. Встреча предстояла неприятной, однако Сальвия поставляла цветы прямо к королевскому двору,