Грязная Гарди (СИ) - Вера Александровна Петрук

на этот раз вдруг обернулся и посмотрел прямо на нее. Она знала, что он нервничал — тревога сквозила в его глазах и всей позе. Наскоро отпустив людей, Кир побежал к ней, перескакивая через разбросанные доски и стройматериалы.

— Гарди, — произнес он ее имя, обнимая осторожно, словно она была цветком с нежными лепестками. Они помнутся, если их тронуть, ими можно только любоваться. Гарди давно билась над тем, что таким цветком не являлась, но иногда Кир проявлял ужасное упрямство.

Он ничего не спрашивал, просто выжидательно смотрел, готовый ко всему.

— Все хорошо, — сказала она, с трудом оторвавшись от поцелуя. — Будет мальчик. И доктор не увидел никаких нарушений. А если бы даже и увидел, то я воспитала бы любого мутантика.

Кир прикрыл глаза, и Гарди даже заволновалась, что он сейчас упадет в обморок. Когда она забеременела, его паника не знала границ. Впрочем, как и у Гарди. Только в отличие от мужа, ее тревога была связана с прошлым. Ведь эскулап, который помог ей сбежать, уверял, что у нее никогда не будет детей. И вот — жизнь доказала обратное. Конечно, теперь у нее были лучшие врачи Альбигштайна, но она знала, что волнение будет преследовать ее до того самого момента. Впрочем, Гарди предполагала, что так происходит с каждой будущей матерью.

— А как твоя голова? — тревога в голосе Кира никуда не исчезла, хотя теперь у него появились и другие нотки: истерические. Похоже, он только сейчас начинал осознавать, что скоро станет отцом.

— И она в порядке, — как могла успокоила его Гарди. — Не знаю, что произошло со мной в Голубом Ключе, но врачи не нашли ни следа опухоли. Кажется, она рассосалась. Пойдем, скажем Лухе вместе. А то вчера она пообещала, что если я и дальше буду держать в тайне, кто у меня в животе, то она посмотрит сама. Хотелось бы избежать подобных экспериментов.

Солнце мягко опустилось в ночь, окутав долину приятным сумраком, наполненным ароматом последних цветов и увядающих листьев. Не за горами была зима, но в теплицах наливались бутонами розы и расцветали аквилегии.