Анатоль Нат - Бабье царство. Возвращение…

Ещё куча какой-то шушеры. Модельер, кожевенник и швец. Гильдейский, серьёзный товарищ, из тех, кого, если надо куда-то забрать, надо ещё перед тем здоровенный куш занести в ту гильдию. Недешёвый, в общем то.

Тем не менее, он здесь со всем своим семейством десятком своих подмастерьев. Народу чужого — жуть.

Врач ещё имеется. С дипломом какого-то их тамошнего смешного университета. Придворный, сманили с собой, когда покидали последнее пристанище, столичный город Торгового Союза. Зачем, непонятно. У нас же лучше врачи, и Советник это знает. Если только тот сам сюда не сбежал, прослышав про нашу академию. Но воз книг тащит с собой точно, я корешки книг из-под кожаного чехла видел. Толстые и много.

Обоз в сорок телег. Все загружены под завязку. Даже не так. Забиты под завязку. Оси телег аж гнутся от перегруза. И по шестёрке тяжеловозов на каждую телегу.

Сказал, что это не всё. Сзади ещё пара подобных обозов тащится. Будут через неделю, через две.

Кому-то достанется дополнительной работы на конюшне, — довольно ухмыльнулся воротный. — Две с половиной сотни одних только тяжеловозов, не считая конной охраны. И это лишь первая партия

Хе! — ухмыльнулся воротный. — Уходил босяком на одной конной двуколке, с десятком сопляков для сопровождения, а возвращается с целым обозом, стоимостью в немалое состояние. Может, ограбил кого или, хорошо расторговался.

Знать бы ещё чем, — бросил он вниз, на обоз, задумчиво заинтересованный взгляд.

— Что за охрана?

— Наёмники. Устьинская княжеская дружина, чуть ли не в полном составе. Они обычно нанимаются по зиме, кто куда возьмёт, когда их князь распускает свою дружину на зимнее кормление.

— Чудной он у них, этот князь Устьинский, — в восхищении качнул воротный головой. — Распускает, дурак…

— Короче, — сухо оборвал его Голова.

Слушать разглагольствования дилетанта о вещах, в которых тот не разбирался и которые того не касались, было лениво. Как, впрочем, и стоять дальше здесь, на верхней площадке. А с Устьинскими князьями всё было понятно с самого начала. Негласно брало поречное дворянство барона фон Дюкса под свой плотный контроль. Только и всего.

И это уже была далеко не первая ласточка. Стоит лишь вспомнить осеннюю эпопею с поречным рыцарством и чем всё там закончилось. До сих пор аукается, а кое-кого из тех рыцарей, так до конца и не удалось выгнать из города, прижились.

— Точно привёз ещё какие-то станки, — активно жестикулируя, воротный старательно перечислял состав обоза. — Какие, мне не сказал. И в декларации на ввоз, разъяснений указывать тоже не стал, сославшись на дворянский иммунитет, — продолжил дальше нудить воротный. — Трясти мерзавца с иммунитетом я не стал, помня ваш строгий наказ не вмешиваться. Поэтому, что ещё там у него было в возах закопано — не знаю.

Дальше уже Голова его не слушал, привычно отключив слух и сосредоточившись на забродивших в голове мыслях. Что-то во всём этом было не то, что-то странное.

Станки, которыми якобы было занято до половины телег обоза, Голову не интересовали. И так, имел о том полное представление, давеча получив с таможни детальнейший список ввозимого Советником имущества. Никакой угрозы в том, что тот вёз, для него не было. Так, всё по мелочи.

— Ювелир, — тихо проговорил он.

— Что? — разом внимательно посмотрели на него Сила и воротный.

— Зачем ей ювелир?

— Фу, — тяжело выдохнул воздух воротный. — Ну, Сильвестр Андреич. Ну ты и даёшь. Спросил, однако.

Да чтоб было. Чтоб всегда можно было починить старое и сделать новое.

Да какая ж баба не захочет иметь себе персонального ювелира? А уж такая, как наша баронесса — так точно. Молодая, красивая, с гонором. Истинная панянка.

А в городе у нас ювелира нет. Теперь она у нас та-ако-о-е замутит, — с невольно прорвавшимся в голосе искренним восхищением выдохнул воротный.

— Свободен, — ледяным тоном оборвал Голова разговорившегося что-то воротного.

Дождавшись, когда обиженно сопящий воротный покинет смотровую площадку и снизу донесётся его злой голос, за что-то уже распекавший кого-то из своих подчинённых стражей, Голова повернулся к товарищу.

— Он что, много с Советника получил, что так распинается? — раздражённо полюбопытствовал Голова.

— Да нет, — пожал Сила плечами. — Вроде как обычно. А с чего такой вздрюченный? Непонятно. Если только у него есть какой-то свой интерес к тому ювелиру. Что, впрочем, не удивительно. В городе действительно нет ювелира. Ни плохого, ни хорошего.

— Обошла нас баронесса, — ухмыльнулся одобрительно он. — Обошла.

— А этот…, — Сила склонился чуть над парапетом, вслушиваясь в громкие матерные изыски воротного, доносящиеся даже сюда, вверх. — Этот, как заговорил о ювелирке, так аж глаза вспыхнули. Как бы, не оказался энтузиастом, — тяжело вздохнул Сила. — Тогда всё, можешь быть твёрдо уверен, такого хорошего воротного нам больше не видать. Золото — это такая дрянь, что затягивает. А он с детства тягу к тому имел.

Всё, — угрюмо констатировал Сила. — Потеряли парня. Уйдёт в ученики к ювелиру. Плюнет на всё и уйдёт, вот посмотришь. А жаль, таким послушным был.

— Если тот возьмёт, — безразлично хмыкнул Голова. — Что вряд ли. Круг их узок и страшно далеки они от народа, — вдруг неожиданно в полный голос заржал он.

— Ну что, — поднял Сила взгляд на Голову. — Здесь всё? Возвращаемся в Управу?

— Возвращаемся. Здесь делать больше нечего.

Замерев на крыльце землянки в позе приветливой радостной хозяйки, встречающей возвращение долгожданного мужа с дежурной улыбкой на лице и скалкой в руке, Белла каким-то образом ещё умудрилась не разбить чего ненужного о голову этого старого идиота.

Послали козла в огород за капустой! А он и привёз оттуда: повара с семейством, камердинера, постельничего… Боже, кого только не привёз сюда этот старый козёл!

Белла чувствовала себя дико! Страшно неудобным диким образом! Так и хотелось вцепиться когтями в рожу этой старой сволочи, этого её … Советника, определение тут следует обязательно опустить, ибо в нём даже запятые являются матерными, … и возить, возить, возить мордой об стол эту… эту… эту С-ВО-ЛО-ЧЬ!

— Ну, здравствуй ещё раз, господин Советник, — холодно кивнула она на приветливый кивок подошедшего поздороваться барона. — Пусть ваши люди располагаются, где укажут. Дежурные помогут. А мы с вами пройдём в гостиную, и там вы мне всё объясните.

Резко повернувшись, она быстро скрылась в доме, не дожидаясь, когда тот двинется следом. Тяжело вздохнув, Советник с обречённым видом послушно шагнул в гостеприимно распахнутую дверь.