Андрей Прусаков - Проклятие Гунорбохора

- Фу, как тут воняет! - сказала Элана. К запаху крожьего помета Улнар привык, хешим вообще его не чувствовал.

- Ничем не воняет, - сказал он, удивленно глядя на зажавшую нос оданессу. Они свернули направо, оказавшись в другом углу постройки. Там возле стены высилась копна душистого сена.

- Вот здесь и спите, - сказал хешим. - Тепло и мягко.

Улнар дал ему асир. Это была щедрая плата за ночлег, в иных тавернах брали столько же, но торговаться воин не любил.

- А второй?! - возмущенно воскликнул хешим. - Мы договорились!

- Второй утром. Кто тебя знает, воров и жуликов вокруг хватает, - воин отвернулся, давая понять, что торговаться не намерен. Недовольно бурча под нос, хешим пошел к выходу.

- А факел? - спросила Элана. - Мы, что же, останемся в темноте?

- Еще сарай подожжете, - буркнул крестьянин. Улнар усмехнулся. Сравнить с каменистым Кхинором - так это дворец! Воин упал на стог и потянулся. Хорошо!

- Ты будешь спать? - спросила Элана.

- Я не спал прошлой ночью, если помнишь, - ответил воин. Усталость смыкала глаза. Надо поспать. Но прежде...

Ворота открывались наружу - не подпереть. Улнар достал из мешка кусок веревки и закрепил над землей на уровне ступней. Нехитрая преграда не задержит врага, но выдаст его присутствие. В темноте сарая веревка была совершенно не видна. Найдя прислоненные к стене грабли, воин положил их напротив двери. Невидимый охранник, усмехнувшись, подумал он.

- Что ты делаешь? - спросила Элана.

- Ничего особенного. Спи, - сказал он, лег на солому, отвернулся и заснул. Ему показалось, что спал он секунду, потому что сарай вздрогнул от душераздирающего вопля. Кричала Элана.

- Что?! - меч прыгнул в руку воина. Сарай был темен и пуст, девушка, дрожа, прижималась к стене. - Что случилось?

- Там! Зверь!

Зверь? Хищник не осмелится забраться в сарай, удивленно подумал Улнар, да и кроги замычат - они чуют лучше человека.

- Где?

- Вот, под соломой! - воин подошел ближе, сунул руку в ворох травы и за шкирку вытащил зверька размером в две ладони. - Это он?

- Он! Он прыгнул на меня! - пожаловалась Элана. - Убей его!

- Он просто замерз и хотел погреться. Ты что, кунимора никогда не видела?

- Нет.

- Так посмотри. Он приятный, и его можно гладить, - Улнар с улыбкой протянул зверька, но девушка отшатнулась:

- Выкинь его!

- Он не кусается.

- Выкинь немедленно!

Воин пожал плечами и, выйдя за ворота, отпустил зверька. Тот мигом шмыгнул под поленицу. Улнар вернулся к Элане и услышал шаги. Кто-то входил в сарай.

- Тише, ни звука! - воин притаился за углом. Незваный гость приближался и вдруг с воплем растянулся на полу. Улнар мигом подскочил. Острие клинка уперлось лежащему в спину.

- Это я, - простонал споткнувшийся о веревку хешим. Улнар убрал меч:

- Чего ты приперся?

- Кто-то кричал... Я решил посмотреть, что тут случилось...

- Посмотрел?

- Да, - ответил он и подобрал оброненные при падении вилы.

- Ничего не случилось. Девушка просто испугалась.

- Чего?

- Кунимора. Все хорошо, - повторил он и, выдворив хешима, прикрыл ворота.

- Испугалась кунимора? - удивленно проговорил хешим, покачал головой и ушел в дом.

Разбуженный криком девушки, Улнар не мог заснуть. Глаза привыкли к темноте, и воин смотрел в угол, где лежала оданесса. "Вот ведь как, - думал он, представляя лицо Эланы, - живет девушка, ни в чем отказа не знает, ни голода не видела, ни смерти... А чем она лучше местных девиц? Да, красива, что тут говорить... Образована и умна? Так и есть, да ведь и любую хешимку можно научить пению или манерам - но разве от знаний человек станет лучше и добрее? Было бы так, эмоны не притесняли бы свой народ..."

Он заснул, но в стук в дверь заставил воина схватиться за оружие.

- Эй, там, утро уже, выходите!

Это хозяин. Улнар осторожно приоткрыл дверь. Хешим был один.

- Давай асир, как условились! - потребовал тот.

Улнар отдал камень. Потягиваясь, из сарая выбралась Элана. Беспокойная ночь наложила отпечаток на лицо оданессы. Сонное лицо, всклокоченные волосы и одежда хешимки, к которой прилипли соломинки. Теперь ее точно никто не узнает, подумал Улнар и улыбнулся. Девушка удивленно посмотрела на воина:

- Почему ты смеешься? Дай зеркало!

- У меня его нет.

- Тогда ты дай, - сказала она поселянину. Тот пожал плечами:

- Некогда мне зеркало искать. Работать надо. А вы идите, куда шли.

- Как смеешь так разговаривать! - воскликнула Элана, и Улнару пришлось встать между ними.

- Скажи-ка лучше: где колодец? - спросил он. Хешим показал. - Идем, - Улнар потащил Элану со двора. Не хватало, чтобы здесь что-то заподозрили. Не можем держать язык за зубами - лучше быстрее уйти, подумал он.

Умывшись и попив воды у колодца, беглецы подкрепились куском хлеба, подаренному впридачу к платью, и вышли из хеша.

Лес закончился, дорога пошла лугами. Открытое место вызывало беспокойство у воина. Эта история напоминала вылазки в Кхинор, когда приходилось скрываться от кочующих морронских отрядов. Позволить себя увидеть означало гибель, поэтому открытые пространства Улнар не любил. "Никогда не думал, что в Арнире буду чувствовать себя, как в Кхиноре", - с усмешкой думал он. Взгляд воина все чаще задерживался на шагавшей рядом девушке, отмечая симпатичный профиль с точеным, чуть вздернутым носиком, чувственными губами и волнистыми прядями, ниспадавшими на покрытые грубой материей плечи. Нет, даже в хешимском платье Элана не выглядит простолюдинкой. Только полный дурак не заметит властную посадку головы, прямой пренебрежительный взгляд... Великий Игнир, он ведь не может заставить ее играть, как лицедея!

- Ты чем-то огорчен, воин?

- Нет, все хорошо, - Улнар внимательно оглядел окрестности, но подозрительного не увидел.

- Долго еще идти?

- Ты устала?

- Нет. Просто хочу знать.

- Думаю, сутки, не больше. На ночь где-нибудь остановимся, а завтра будем в Далорне.

На самом деле все было не так просто, но Улнар не хотел ее пугать. Какое-то время шли молча.

- У тебя есть жена, воин?

- Нет.

- А почему?

Что за глупые вопросы!

- Я воин. Зачем мне жена? У меня нет ни дома, ни хозяйства.

- Ясно. Когда мой отец наградит тебя, ты сможешь купить себе дом и все, что пожелаешь.

Она ждала его радости, но Улнар предпочитал радоваться награде, а не словам.

- Ты слышишь?

- Да.

- Ты должен говорить: да, моя оданесса! - капризно поправила Элана.

- Но ты не моя оданесса, - с улыбкой поправил Улнар. - Я подданный Ринересса.

- Но сейчас ты служишь мне!

- Не служу.

- Как так? - изумилась она.

- Я помогаю тебе, но не служу.