Светлана Графная - Ступени к Храму

– Их здесь много!

– Иньярра, йыр тебя побери, срывай один и спускайся!

– А если не спущусь?

– Тогда я дождусь утра, поднимусь и стащу тебя за шкирку!

– Не надо, - я, не утруждая себя поисками веток при спуске, спрыгнула с высоты четырех саженей, легко приземлилась на землю и невинно улыбнулась подтягивавшему челюсть эльфу:

– Ну, тогда я, пожалуй, пойду искать Рулиган?

– Ага.

– Ну пока, встретимся через три дня!

И, уже растворившись в чаще, услышала вслед:

– Ведьма треклятая!

– И я этим горжусь!!!!

Небо уже покрылось тоненькой паутинкой первых рассветных лучиков, до рокового времени "четыре часа утра" оставалось ещё минут сорок, и мы с Рулиган шли к дому. Эльфийка шла почти на автопилоте, старательно держась около меня, а я мучительно ей завидовала. Эльфийские праздники - единственные праздники, с которых я всегда ухожу трезвой до неприличия. А что поделать? Меда я на дух не переношу, а ничего больше эльфы не пьют. Есть, конечно, вариант с собой вино приносить, но смотреться это будет… Как минимум - странно.

В половине четвертого мы переступили порог дома, я протрезвила заклятием Рулиган, заодно наградив её чашкой лекарства от головной боли. Выслушала дифирамбы в свою честь (в кои-то веки хочется же послушать, какая ты добрая, милая и вообще благодетельница!) и пошла в ванную разоблачаться. К йыру все эти светлые волосы и невинные глазки: ведьминский взгляд и за ангельским личиком не спрячешь.

А потом пошла работа. Наше любимое занятие по жизни. Называется "сделал гадость - сердцу радость!". В процессе тяжкого труда, заваренного на недюжинной фантазии и магических способностях, мы: 1)пересыпали в кулек в надписью "Овсянка" сушеный горох; 2)поменяли местами одинаковые баночки с сахаром и солью; 3)распылили по кухне молотый перец; 4)перевели все часы в доме на два часа назад; 5)с чистой совестью отправились спать!

Однако, только войдя в комнату, поняли, что чего-чего, а вот спокойного сна нам точно не видать! Все вещи: от одежды до скомканных листков бумаги - были скинуты на пол, распинаны по углам и облиты какой-то гадостью, жутко похожей на смолу; книги, стоявшие рядком на полке, разорваны по переплетам на несколько частей и наполовину сожжены; на ковре валялись комья грязи; а мою сумку вообще изрезали на полоски ножницами!!! Наш спаренный вопль подхватил одиноко лежащий на столе листок бумаги и сбросил на пол. Хорошо, я комнату на совесть звуконепроницаемостью заговаривала…

Минуты три никакие слова, кроме нецензурных, нам с Рулиган ни в голову, ни на язык не лезли. Помянув всех чертей, всю нечисть, всех родственничков пакостника до десятого колена, обласкав напоследок даже и Хранящих, мы решили начать более конструктивный диалог:

– Ли, как ты думаешь, кто мог это сделать?

– …!!!

– Ясно. Арогра могла?

Подруга задумалась: Арогра, конечно, делала нам предостаточно гадостей в отместку за наши, но всё-таки представить бабку, посыпающей собственный дом грязью, было очень трудно.

– Вряд ли.

Я кивнула:

– А кому-нибудь относительно молодому и не обделенному чувством юмора вместе со здоровым желанием отомстить ты гадостей в последнее время не делала?

– Нет. Вообще сидела тише травы, ниже воды. В смысле, наоборот… Ты поняла, короче!

Понять-то я поняла, вот только верится как-то слабо.

– Ладно, давай это уберем, пока Арогра не проснулась и нас будить не пришла.

Эльфийка округлила глаза:

– Слышь, Иньярра, я, конечно, понимаю: шок, недосып и всё такое, но как ты собираешься убрать ЭТО за пятнадцать минут?!

Я усмехнулась и пожала плечами:

– Ручками, Рулиган, ручками!

Ли недоверчиво покосилась на сбрендившую ведьму, но смолчала. А ведьма пресловутыми ручками сделала несколько запутанных движений, рисуя в воздухе руну космоса - в противовес хаосу. На пару секунд вокруг нас поднялся маленький тайфунчик, а, когда улегся, - комната была ровно такой же, как на момент нашего ухода. Только это совсем не значило, что я враз простила шкоднику все, что он натворил!

– Ладно, давай оставим эту непосильную для утомленных мозгов задачу на утро! - предложила я, снимая платье и растягиваясь прямо на ковре.

Эльфийка с сомнением покосилась на окошко, за которым уже вовсю разливался по улицам рассвет, но перечить не стала: сняла платье, распустила волосы и позвала меня на огромную единственную в комнате кровать: на ней бы и трое влегкую улеглись, ещё бы место осталось. Но я только покачала головой: не уважаю почему-то этот предмет меблировки.

– Подъем, подъем, уже пятый час!!! - быть разбуженной через два часа после того, как легла - удовольствие маленькое, а уж если будит тебя никто иной, как сварливая старушенция…

– Я её щас убью. - Спокойным будничным тоном оповестила Рулиган, поднимаясь и направляясь к двери с подушкой в руках.

– За что? - лично я даже не пошевелилась, эльфийке пришлось переступить через распластавшуюся на ковре тушку.

– За то, что она мне поспать не больше двух часов дала! - Не зачаруй я вовремя дверь, подруга бы на полном серьёзе пошла лупцевать бабку подушкой, мало задумываясь о последствиях - я слишком хорошо знала этот мрачно-спокойный взгляд.

Я села и откинула волосы с лица:

– Не перевели бы часы - не было бы и того. И вообще, подруга, не относись к жизни серьезно: это временное явление.

– Утешила! - эльфийка, слегка придя в себя, раздумала идти войной на Арогру и подошла к кувшину с холодной водой.

Зевая и потягиваясь, через пятнадцать минут мы худо-бедно собрали себя в шатающуюся кучку и отправились вниз. У самого порога кухни я насторожилась, принюхиваясь и прислушиваясь, а потом оскалилась в плотоядной улыбке.

– Ты чего? - толкнула в спину эльфийка.

– Слушай! - заговорщически подмигнула я.

Из кухни шел сильный запах пригоревшего гороха, а сама Арогра… Кто сказал, что никто, кроме меня в Варильфийте ругаться не умеет? От словечек и выражений, выкрикиваемых "бабушкой-белый одуванчик" даже у меня - бывалой ведьмы! - появилось непреодолимое желание сбегать наверх за блокнотом и законспектировать! А учитывая, что всё это перемежалось ужасным чихом, только придающим ругани забористости…

Эльфийка с тихим дурным хихиканьем сползла на пол, а я осталась стоять: ни туда - ни сюда. В кухню идти - не горю желанием, назад в комнату - смысла нет. Маразм, в общем.

– Ешьте! - перед каждой из нас со стуком грохнулось об стол по миске с… Хм, никогда не варили горошницу на молоке? И не надо!!!

С большим сомнением оглядев сие произведение кулинарного искусства, я уныло поглядела, как бабка за обе щеки уписывает жутковатое варево, выглядевшее так, словно один раз его уже кто-то ел, и поняла, что одними перепутанными крупами её не проймешь. Придется привлекать Её Величество Фантазию. И разум, кстати, тоже бы не помешало: столь великолепная ночная идея рассыпать по кухне перец, дабы донять бабку неудержимым чиханием, поутру оказалась совсем не гениальной: на нас с Рулиган он действовал ничуть не меньше, и, помучавшись минут пять, я плюнула на самопожертвование и втихую нейтрализовала его действие.