Сергей Ким - Огнём и сталью

— Ммм… Взрыв и много брызг? — предположил рационально мыслящий Лонгботтом.

— Неа, — ухмыльнулся Поттер. — Я тут, кстати, шикарный полигон нашёл для испытаний… Женский туалет на втором этаже. Думаю, что в субботу можно будет…

Свёрнутая в трубу увесистая газета с силой опустилась на голову Харальда.

— Чёрт!

— Поттер, если я услышу, что кто-то взорвал женский туалет, то тебе не поздоровится, — твёрдо заявила Грейнджер, небрежно похлопывая газетой по ладони.

— Да, моя госпожа, — елейным тоном пропел мальчик.

Гермиона в ответ только фыркнула и как обычно ушла с самым гордым видом.

Около дивана словно бы из-под земли выросли близнецы Уизли.

— Мои соболезнования, Ральд.

— Ты ещё не женат…

— …а уже подкаблучник.

— Это грустно.

— Это печально.

Милая улыбка на губах Харальда превратилась в угрожающий оскал.

— Но я ведь действительно не собирался взрывать туалет! — честно признался Поттер и затем добавил. — Только пару унитазов — не больше.

— …И конечно же у тебя есть объяснение, Харальд, какого дьявола ты ползаешь около теплицы, — ехидно произнесли позади Поттера.

Мальчик мысленно выругался, выпрямился и, нацепив самую беззаботную улыбку, повернулся к Грейнджер.

— Какая сегодня великолепная погода, Гермиона! — жизнерадостно воскликнул Поттер. — А этот лёгкий свежий ветерок со стороны озера…

— Харальд, не паясничай. Что ты тут делаешь? Да ещё и с мешком за плечом.

— А ты сама что тут делаешь? — решил пойти в контратаку Поттер. — Урок-то ведь уже давно кончился…

— Лично я осталась проконсультироваться с профессором Спраут относительно домашнего задания, — спокойной ответила девочка, скрещивая руки на груди. — И ты так и не ответил на мой вопрос, Поттер.

— Да удобрения я тут… позаимствовал… на время, — признался Мальчик-Которого-Не-Так-То-Легко-Укокошить.

— Фу, Харальд! — скривилась Грейнджер. — Только не вздумай принести навоз в гостиную!

«Сама ты навоз.»

— Разумеется, Гермиона!

«С напалмом и химоружием проблем нет, а вот взрывчатку из амиачной селитры придётся ещё изготовить…»

Внезапно мальчик замер и растерял всё своё веселье.

— Слушай, Гермиона, а ты змей боишься?

— Это ещё тут при чём? — не поняла Грейнджер.

— Ммм… Слушай, можешь подойти ко мне поближе? Мне тебе на ушко кое-что надо шепнуть.

— Харальд, ты что несёшь?

И тут Гермиона заподозрила что-то неладное и посмотрела себе под ноги. Прямо около её ног неторопливо ползла небольшая змейка. Девочка взвизгнула и едва ли не одним прыжком оказалась за спиной Поттера.

— Прочь, тварь!!! Харальд, убери её!

«Нехорошая какая-то традиция складывается,» — мрачно подумал мальчик. — «Мне теперь её что — постоянно защищать? Зря тогда я это „всегда обращайся“ ляпнул…»

Но делать нечего — змею и правда бы надо попросить убраться восвояси, пока кто-нибудь не решил сделать рубленную змеятину при помощи садовой лопаты. Поттер только было открыл рот, чтобы отдать приказ на парселтанге, как с недоумением услышал тихое шипенье:

— Как прикашешь, Кховорящяя…

И змейка начала шустро уползать прочь.

— Стоять. Что ты сейчас сказала?

— Я сказала, чтобы ты её убрал! — Грейнджер крепко вцепилась в плечо Поттера, из-за которого озабоченно высматривала рептилию.

— О, как я ратта! Такая честь! Такая ратость! Срасу тфое Кховорящих!

Мозг Харальда заклинило.

— Так, стоп! Тайм-аут! Тайм-аут!

Мальчик плюхнулся на траву, складывая из ладоней букву «Т».

— Гермиона, ты что, понимаешь, что говорит змея?

— Что за чушь, Харальд? Животные не разговаривают!

Змейка, оскорблённая в лучших чувствах, прошипела что-то огорчённо-невнятное и подползла поближе к Поттеру. Девочка со страхом проводила её взглядом.

— Ага… Значит, не разговаривают… А меня ты сейчас понимаешь?

Некоторая доля самообладания вернулась к Грейнджер и та нашла в себе силы насмешливо фыркнуть:

— Конечно понимаю, Харальд. Ты же не животное… — подумала, добавила. — Мне на это очень хочется надеяться. Потому что временами ты ведёшь себя как настоящая свинья!

— А ничего, что я сейчас говорю с тобой на парселтанге, то есть языке змей?

— Не смешно, Харальд.

— А я и не шучу, Гермиона… Привет, змейка, а как тебя зовут? Меня — Харальд.

То, что он умеет говорить с любыми рептилиями мальчик понял ещё в детстве. И тогда же он был предостережён отцом, что этот сомнительный талант лучше не демонстрировать кому попало. Ведь парселтанг издавна считался исключительной прерогативой тёмных магов и двумя самыми знаменитыми змееустами были Волдеморт и Салазар Слизерин.

— Кховорящщщий окасал феликую честь нетостойной! Имя нетостойной — Фошше. О как ше толко мы штали фашеко фосфращения, Феликий!

— Её зовут Фошше… — поражённо прошептала Грейнджер. И рухнула на траву рядом с Поттером. — Но, Харальд… Ведь парселтанг… Им владели только чёрные маги…

— … и последним из которых был Тёмный Лорд, — закончил фразу мальчик. — «Взлёт и падение Тёмных искусств в ХХ веке», глава «О дарах и проклятьях Зла», страницу и абзац уже не помню.

Грейнджер явственно побледнела, её губы задрожали.

— А у тебя классные скелеты в шкафу, Гермиона, — продолжал изгаляться брюнет, весело поблёскивая нахальными зелёными глазами. — Поголовье змееустов в Британии, оказывается в два раза больше, чем я считал раньше…

— Харальд, нужно об этом рассказать МакГонагалл, — решительно заявила девочка. — Или даже самому директору! Он должен разобраться, почему мы можем понимать змей!

— С ума сошла, что ли? — флегматично осведомился Поттер, поглаживая пальцем змеиную голову. Ужик (точнее, ужиха) счастливо зашипел. — Это ты — рождённая среди простых людей волшебница, сейчас в шоке и ужасе. А представь, что будет, когда вся школа узнает, что Гермиона Грейнджер — змееязычная колдунья. Это же крест на всей твоей дальнейшей жизни… Если ты, конечно, не надумаешь поиграть в пламенную феминистку, свернуть со светлой дороги и провозгласить себя Тёмной Леди.

— Но что тогда делать? — горестно вопросила девочка.

— Молчать, конечно же, — пожал плечами Поттер. — Я же молчу, и всё в порядке.

— Нужно… нужно просмотреть все книги об обладателях парселтанга… Да, просмотреть!

— Можешь не суетиться, в своё время я прочитал кучу всего по этой теме… И нашёл что-то нужное только в школьном учебнике биологии за старшие классы.

— В смысле? — не поняла Грейнджер.