Евгения Гордеева - Лоцман и Берегиня

Андрей остановился.

— Куда дальше?

— Что значит, куда? Иди к Безмирью! — Урюпа толкнул Андрея в спину.

— Вот оно — Безмирье. Пришли уже, — он исподлобья уставился на чёрта, — теперь куда?

Мы стояли у крутого спуска. Я вспомнила огород бабы Яги. В этом месте крутизна была чуть поменьше и обрыв не такой высокий. И что, надо спускаться по этому склону?! У меня даже голова разболелась.

Урюпа стоял растерянный. Сказать или не сказать нам про цель путешествия. Если не скажет, то куда его должен вести Лоцман. Чёрт посмотрел на своего пса, и мне показалось, что тот ему кивнул.

— Ищи звездочёта, — наконец выдал он информацию Андрею.

— Кого?

— Ну, этого, который звёзды смотрит.

— Астронома что ли?

— Нет! — Урюпа напряжённо думал. — Звездобога! — выдал он новую версию.

— Кого?

Андрей не притворялся. Он очень искренно пытался понять, о ком ему толкует лембой. Чёрт злился, но никак не мог внятно объяснить, кого мы должны найти. Он как-то просительно посмотрел на пса, но тот, как послушная, хорошо воспитанная собака, с невозмутимой мордой сидел и ждал команд хозяина.

— Варя, — обратился ко мне Андрей, — как ты думаешь, о ком он говорит?

Мне уже давно казалось, что я знаю, о ком. Но мне так не хотелось выручать прилизанного, наглого чёрта. Да и с какой стати я должна помогать своему врагу! Видимо, все мои мысли отразились на лице. Андрей едва заметно кивнул мне.

— Надо поработать над мимикой. Точнее, над её сокрытием! — подумала я, а вслух произнесла. — Числобог?

— Точно! — обрадовался чёрт. И даже пёс его одобрительно гавкнул. — Ищи Числобога! — скомандовал он Андрею.

Май закрыл глаза и несколько минут простоял так, прислушиваясь к своим ощущениям. Открыл, задумчиво посмотрел вдаль и сказал.

— В Безмирье есть всего один человек…бог. Идти километров двадцать, да и то, если напрямки. Ну? — он обернулся к чёрту.

— Двигай! — мерзко улыбнулся Урюпа, — и помни, Злод, в случае чего, схарчит барышню! Ха-ха-ха! — гадкий смех лембоя резанул мне уши.

— «Случая чего» не будет, — зло пробурчал Андрей и двинулся в Безмирье.

Он мастерски скатился с крутой горы. Горными лыжами, что ли увлекается? Лембой последовал за ним. Во время спуска он пару раз уже готов был нырнуть в снег, но устоял. Я не стала испытывать судьбу. Даже на горных лыжах и в полной экипировке, я вряд ли бы докатилась до низа, а тут эти куцые лыжики. Аккуратненько, бочком, помогая себе палками, очень медленно я спустилась в Безмирье. Злод как прилип ко мне, шёл сзади и злобно порыкивал, подгоняя.

— Отвяжись, псина! Иду, как могу! Сам бы попробовал на этих недомерках идти!

Наконец, я героически окончила спуск. Дальше мы пошли, не нарушая первоначально установленного строя. Сзади нас по снежному насту заструилась позёмка, заметая и без того, едва заметные следы.

Мы шли по лесу уже часа три. С Маем поговорить, не было ни какой возможности, а разговаривать с лембоем мне не хотелось. Он тоже не настаивал на общении. Монотонность движения начала меня угнетать. Чтобы окончательно не заскучать (да уж), я начала потихоньку осматриваться. Ни чего интересного: ёлки — берёзы, берёзы — ёлки, ёлки с берёзами… Мне даже начало чудиться, что берёзы двигаются вместе с нами. Я помотала головой, чтобы отогнать наваждение. Но не тут-то было! Берёзы двигались слева от нас и в нашем же направлении. Это меня заинтересовало. Справа подобного эффекта не наблюдалось. В какой-то момент мне показалось, что я узнала нашего сопровождающего.

— А почему бы нет! Он ведь здесь охотится, — я осторожно повернула голову влево и тихонько позвала. — Лютый!

Ветер был от нас, если бабр был там, то он мог услышать мои слова. И на что я надеялась… Движения слева больше не наблюдалось. Я огорчённо вздохнула и пошагала дальше, стараясь не думать о возможном спасителе. Оказалось, напрасно!

Тихий, но очень впечатляющий рык раздался сзади. Мы все разом оглянулись. Пёс инстинктивно стал жаться к моим ногам. Огромный белый тигр стоял на нами проторенной лыжне и скалил клыки. Злод на фоне его выглядел кокер — спаниелем. Я поспешила воспользоваться ситуацией и ухватила пса за ошейник. Бабр рыкнул ещё раз, но уже гораздо громче. Кто-то сзади охнул. Надеюсь, что это струсил чёрт. Я не ошиблась.

— У тебя на такой случай есть план действий? — услышала я спокойный голос Мая.

Урюпа только что-то нечленораздельно хрюкнул.

— Будем тикать или окапываться? — продолжил измываться над ним Андрей. — Иди, отбивайся от него своим кинжалом.

— Да пошёл ты! — сквозь зубы процедил чёрт.

Злод жалобно заскулил. Фортуна повернулась к нам лицом! Я решила не раздражать капризную судьбу и начала действовать. Точнее, действовать начало моё тело, так как мозг думал об одном, помнит ли нас бабр? Я стала снимать с пса ошейник. Он был как-то замысловато закручен, но потихоньку поддавался. Это очень разозлило Злода. Никогда раньше не думала, что бывают собаки, которым так дороги их ошейники. Он начал выворачиваться, пытаясь вцепиться мне в руку, но я стиснула его коленями и, для профилактики, ударила его в корень уха. Адреналин пульсировал у меня в крови. Пёс жалобно заскулил, и я успела содрать с него ошейник, прежде чем Злод вырвался и отпрыгнул в сторону. Теперь между ним, мной и бабром было примерно одинаковое расстояние. Он что, решил, что бабр бросится на меня? Интересно, а что думает сам бабр? А он вообще, думает? Пока я размышляла, в игру решил вступить Урюпа.

— Отдай кнут! — рявкнул он в ярости, но приближаться ко мне не решился, оставляя меня первым блюдом в меню бабра.

— Иди! Отбери! — также зло огрызнулась я.

Мы составляли странную композицию: Лютый, я, Урюпа и Май, все на одной прямой, примерно на равных расстояниях друг от друга, метров по пять. Пёс на таком же расстоянии, но в стороне. Все замерли в напряжённых позах, и только тяжёлое дыхание говорило о том, что мы — живые существа, а не причудливые скульптуры. Первым не выдержал Злод и бросился…на меня. Но в полёте его опередил бабр. Я от страха присела прямо на снег и прикрыла голову руками. Но бабр, в отличие от Злода, не нападал на меня, а защищал. Он хватанул чёртова пса поперёк туловища, подбросил его вверх и так наподдал лапой, что псина с визгом скрылась за ближайшими ёлочками.

— Лютый! — с восторгом произнесла я, — ты…зверь!

Бабр облизнулся и двинулся мне за спину. Тонко, по бабьи, заверещал Урюпа, аж уши заложило. Он уже понял, что роли наши кардинально поменялись, и теперь он является заложником. В сложившейся ситуации он выбрал самый простой (и глупый) способ решения вопроса — он драпанул. Лютый, как истинный представитель кошачьих, позволил ему немного отбежать, в два прыжка нагнал, и преградил путь к спасению. Урюпа метнулся в другую сторону. Бабр повторил манёвр.