Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Эй, дорогой, мы не слишком ли теряем голову? Принц глубоко и с наслаждением, всей грудью вдохнул её запах и – всё же вынырнул лицом из распахнутой блузки. Счастливо улыбнулся и открыл глаза.

– Милая, ты не слишком огорчишься, если я отдам всё брату в обмен на твою неприкосновенность? Мальва подумала, и улыбнулась.

– Как много можно сказать одной фразой… Ты тоже хочешь спасти брата – согласен отказаться от трона – и? Что ещё – я хочу опять это услышать!

– Я – тебя – люблю… Она со смехом отбилась от его рук, кое-как попыталась застегнуть эти махонькие пуговки.

– Фредди, значит ты тоже считаешь, что Гуго это та сила, что может сломать Царство Света в его нынешнем, весьма неприглядном виде? Тот усмехнулся, откинулся чуть назад, оперевшись на руки и глядя на потуги Мальвы привести себя в относительный порядок. На его взгляд, раньше было куда лучше и милее. И за спокойствие, выдержку был награждён ласковым мимолётным чмоком в нос. Изобразив на лице лёгкое недовольство, что мимолётным

– и в нос, он ответил.

– Только мне интересно – кого он посадит на трон рядом с собой – Фиону или Берту? Мальва замерла, и расчёска тоже замерла в её руке, выставив из тёмно-каштановых прядей свои зубцы.

– Что ты имеешь в виду – она же его сестра! Хотя… ой, и правда – единственный, кто никогда не обижал её и наоборот – всегда защищал, это Гуго. Как-то раньше я об этом не задумывалась… Без сомнения, ни рыжая кошка Фи, ни белобрысая Берта не годятся на роль королевы. Первая просто блудливая ведьма – отличная любовница, боевой товарищ, но не более. А Берта слишком хорошая художница, и ничто остальное ей не интересно. А вот королева Изольда – воистину на этом месте смотрелась бы идеально, да и Гуго всегда почему-то был её любимчиком. Но ведь она его мать… Окончательно запутавшись в своих рассуждениях, Мальва на пробу изложила их Фреду. Брови того взлетели вверх.

– Ну ничего себе – лихо ты рассуждаешь! Не хуже Алекса. Может, передумаешь – поменяешь меня на него? Изобразив не очень-то ласковый рык львицы, Мальва повалила его спиной на песок. Уселась сверху с видом победительницы, горделиво тряхнула своей головой.

– Не шути так. Детское увлечение Алекса красивыми куклами скоро пройдёт. Если они с Бертой не разбегутся, их счастью ещё и мы позавидуем…

Озабоченный сир Паоло докладывал своей кузине, и за его плечами стояла толпа взволнованных горожан.

– Спасённые с корвета были переведены в госпиталь. По правде говоря, только двое из них нуждались в опёке лекарей, но старший выразил желание не разлучаться. И я не счёл нужным отказывать этим беднягам – они так натерпелись. Графиня угрюмо слушала, стараясь не дать воли так и слипающимся глазам. Поспать ей толком не удалось – пришла целая делегация. Ну да – к кому же им ещё идти, как не к повелительнице Ривердэйла? Однако тут кузен сообщил такое, что с Люции разом слетел весь сон.

– Утром лекари не могли достучаться в их комнату – дверь оказалась подпёрта изнутри. А когда её разломали, то обнаружилось, что все пятеро убиты. Буквально изрублены на куски… Фред переглянулся с внимательно слушающим Алексом и, получив его кивок, подал голос.

– Ваша светлость – сир Алекс изрядно поднаторел в делах полиции и сыскарей. Пусть он применит свои таланты, всё осмотрит и выскажет свои соображения. Разрешение было тотчас же дано, и молодой барон поспешил за рыцарем Паоло, дающим на ходу какие-то пояснения. Первым делом Алекс осмотрел дверь, окна и даже зачем-то заглянул в отверстие небольшой печи. Затем внимательно и даже как-то бесстрастно осмотрел находящиеся в весьма жутком виде трупы.

– Сир Паоло – вызовите опытного капитана или кого-нибудь, умеющего подбирать экипажи кораблей. Вместе с крепким, вертлявым и смуглым боцманом пришёл и капитан Калхан. Он с ходу заявил рыцарю:

– Сир, я хотел бы знать, в чём обвиняют моего боцмана, и зачем его вызвали сюда… ох, какой ужас…

– Успокойтесь, господа, – Алекс был спокоен и даже чуть весел. – Никто вас не обвиняет. Вы сумеете отличить привыкшие к работе с грубыми снастями ладони моряка от любых других?

– Разумеется. Я всегда на руки смотрю, ежели кто незнакомый, – проворчал боцман, с трудом сдержывая позывы желудка, взбунтовавшегося при виде кровавых останков.

– Тогда, пожалуйста – посмотрите на их руки и сообщите своё мнение. Боцман, а с ним и Калхан, осторожно ступая по едва подсохшим лужам, выполнили просьбу Алекса. Нахмурясь, они посовещались, затем осмотрели ещё раз посиневшие, словно восковые ладони. Потом подозвали сира Паоло.

– Это не моряки. Кто угодно – но не моряки. Рыцарь тоже внимательно осмотрел ладони.

– Сир Алекс – эти пятеро действительно не матросы. Но кое-какие специфические мозоли на их ладонях говорят, что они скорее знакомы с оружием – в точности как на моих руках. Тот усмехнулся.

– Вы пришли к тем же выводам, что и я. Это радует – мы на верном пути. Калхан удивлённо воскликнул.

– Но кого же тогда спас Лучано на своём корвете? Алекс обратился к рыцарю.

– А теперь спрашиваю вас как солдата – не знакомы ли вам вот такие вот страшные удары, что разваливают человека почти пополам? Особенно вот тот – крест-накрест. Тот нахмурился.

– Да… два с лишним года назад… сир Майкл навалил таких трупов целую гору. Уж не думаете ли вы… Алекс ответил сухим преподавательским голосом мэтра Жико, прохаживаясь по почти не забрызганному кровью участку пола.

– И ещё. Вы обратили внимание – дверь закрыта изнутри, окна вообще не открываются, лишь форточки. А через дымоход разве что кошка проберётся. Как же ушёл тот, кто их так освежевал? Калхан со своим боцманом переглянулись и, не сговариваясь, сделали над собой отгоняющие нечисть знак. А на рыцаря было просто жаль смотреть.

– Выходит – сир Майкл? Алекс повернулся к нему.

– От кого он защищал остров и вашу графиню? Так вот, моё мнение – это наёмные убийцы, подосланные Хаосом. Обычный их способ действия, когда чего-то они не могут добиться силой. Если Сибелис вытащит нашего приятеля оттуда – спросим напрямик. Но я готов поставить свою голову, что прав.

– Ваше величество – вы верите барону Алексу? День медленно, жарко и лениво клонился к вечеру. Но здесь, в личных покоях графини Ривердэйла, было прохладно и тихо. Две женщины беседовали приватно, изъявив к тому обоюдное желание. Зелёные, в весьма похожих на морские волны серебристых разводах шёлковые обои так хорошо успокаивали. А изящная, но без вычурности, обстановка дамского будуара, скажем прямо – располагала к милому общению с хозяйкой. Королева посмотрела на неё. Очень внимательно.