Альвина Волкова - Стальная 3 (СИ)

   Франчиас раздраженно расстегнул воротничок, налил себе бокал вина, игнорируя чашку с кофе, и выпив, заговорил с братом зло и отчужденно, как это было до Земли.

  -- Вот, значит, как! Это такого ты обо мне мнения... брат!? Премного благодарен за честность. Да обо мне даже заклятые враги и то лучше думают. Я, что, похож на монстра?!

  -- Успокойся, - рявкнул Станислас, - Я не считаю тебя монстром. Но, пойми, Нина...

  -- Нина приняла меня таким, какой я есть, - повысил голос Франчиас, - Я не обманывал ее...

   "Кхе-ехе" - напомнил о своем присутствии Лохматик.

  -- Да, Матя, ты прав, - мужчина сразу же сбавил тон, - После нашего с ней разговора, я ее не обманывал. Больше не обманывал. И когда говорил ей, что люблю - я не играл. Я говорил это от чистого сердца.

   После этих слов глаза Станисласа превратились в два блюдца.

  -- Ты, что?!!...

  -- Да. Я люблю ее. Для тебя это прозвучит дико, но я люблю Нину. Люблю, и готов пойти на все, лишь бы она была рядом.

   Блондин встал из-за стола, положил руку на плечо брату и несильно сжал. Он был слишком потрясен, чтобы продолжать разговор.

  -- Ты меня очень удивил, Франчиас, - признался ис-сир старший, - Мне нужно время, чтобы обдумать твои слова, и потом... Потом мы поговорим снова.

   Франчиас коротко кивнул.

  -- Я прикажу приготовить для тебя комнату.

  -- Прекрасно, - Станислас задержал взгляд на недопитом бокале вина, - Однако девушек впустить придется.

  -- Знаю, - вздохнул Франчиас и позвал Сайфоя.

   Когда шаги в коридоре стихли, Франчиас взял со стола недопитую бутылку вина и яростно запустил ею в стену. Она разбилась. Осколки рассыпались по полу. Темное пятно начало медленно расплываться по зеленым обоям. Лохматик вздрогнул, и с опаской покосился на глирта. Мужчина, однако, даже не взглянул на дело рук своих, его мысли были заняты решением иной задачи.

  -- Как же все не вовремя, - то ли прошипел, то ли прорычал Франчиас.

   "Нина тебя убьет", - Матя подошел ближе и заглянул мужчине в глаза.

   Из-за всплеска эмоций барьер исказился, и на мгновение можно было рассмотреть полыхающий звериной яростью драконий глаз.

  -- Думаешь, она не выслушает меня?

   "Выслушает. Поймет..., - пес сощурился и завилял хвостом, - Но... Все-таки... чисто для профилактики..."

   Франчиас посмотрел на довольно ехидную морду пса, запрокинул голову и громко расхохотался. Раздражение и злость как рукой сняло. Отсмеявшись, глирт ласково потрепал пса за ухом.

  -- Пойдем, взглянем на "невест".

   Лохматик фыркнул.

   "А надо?"

  -- Да, уж без толку прятать хвост, когда к земле прижали, - вздохнул Франчиас, - Что-нибудь придумаю. Но для этого нужно знать, с кем мы имеем дело.

   "Тогда идем", - согласился Лохматик и выскочил в коридор первым.

   Глирт допил вино в высоком бокале и последовал за горгульей. Но замешкался, когда резкая боль пронзила правый глаз, а испуганный детский голос, начал нетерпеливо звать кого-то:

   "Иш! Иш! Очнись! Пожалуйста, очнись. Что с тобой, Иш?"

   Франчиас уперся рукой в дверь, пережидая неожиданный приступ боли. Яркая вспышка и перед глазами, а точнее одним глазом появилось изображение. Ночь, лес, горят костры. Это лагерь. Все спят. Мальчик, чьими глазами видел это глирт, тряс за плечи мертвенно-бледную женщину, чьи волосы вспыхивали всеми оттенками алого пламени. Мальчик не унимался.

   "Иш! Иш! Открой глаза. Иш, прошу тебя! Иш!"

   Ее лицо исказила гримаса боли и красавица открыла глаза. Она издала тихий стон, от которого Франчиас вдруг напрягся. Соблазнительный изгиб ее губ магнитом притянул взгляд глирта, да и мальчика тоже. Однако малец еще не совсем понимал, что привлекло его и почему, от того смутился, и отвел взгляд. Женщина приподнялась на локтях и посмотрела своими зелено-желтыми мерцающими глазами. Сердце мужчины екнуло, а затем зачастило, что стало трудно дышать.

   "Чисс?"

   "Иш!!" - бросился к ней мальчик и крепко-крепко обнял.

  -- Нина!! - изумленно выдохнул Франчиас и словно наяву ощутил, какая она холодная.

   "Чисс, отпусти, задушишь!"

   "Я думал, ты умерла", - всхлипнул мальчик.

   "Еще чего!" - хрипло возмутилась Нина.

   Мальчик отстранился и Франчиас смог увидеть, что ворот просторной рубахи Нины распахнут, и на левом плече у шеи явные отметины от вампирьих зубов. Только не это! Нина ты?! Сердце словно проткнули ржавой иглой. Почему?

   "Чисс, где Вей?"

   "Ушел. Сказал, что сейчас принесет воды. Иш, что он с тобой сделал? Почему ты позволила ему это? Иш? Ответь!"

   "Ох, блин! Чисс не тряси меня, - простонала Нина, правой рукой касаясь шеи, - Меня тошнит. Черт бы тебя подрал, Вей, мог бы и предупредить, что будет так паршиво. Теперь я понимаю, что чувствуют больные, отходя от наркоза. Зараза, болит-то как!!"

   Стоп. Болит? Укус болит. Неужели?! Франчиас сосредоточился на укусе. Нина как раз убрала руку, и Франчиас увидел, как вокруг ранок медленно проступают очертания печати ученичества. От облегчения он едва не расхохотался - с трудом сдержался.

   "И-иш!" - канючил мальчишка.

   "Так надо, Чисс, так надо", - взгляд, устремленный на ребенка, был очень грустным.

   "Что же с тобой случилось, шини? - подумал Фран, - Откуда столько боли в твоих глазах?"

   Она потрепала мальчика по голове, посмотрела в огонь, и столько горечи было в ее глазах, что ис-сиру нестерпимо захотелось обнять любимую, прижать к груди и никогда больше не отпускать, пусть даже сами боги будут против их союза.

   "Иш? - забеспокоился мальчик, - Иш, это из-за того, что случилось во время ритуала? Ты из-за этого позволила ему себя укусить?"

   Нина вздрогнула, словно ее ударили. Она резко побледнела и поджала губы. Села, подтянув ноги под себя.

   "Я надеялась, что ты не узнаешь. Кто тебе рассказал?"

   "Мне никто ничего не рассказывал. Я сам все видел" - выдал парень.

   "Но ты же был без сознания?! - удивилась Нина, - Эта лихорадка. Тебя трясло!"

   "Да, моему телу было очень плохо, - пожал плечами мальчик, - Две сущности разрывали меня на части, но моего духа это не коснулось. Я все видел внутренним зрением"

   "О, Боги, - простонала Нина и закрыла лицо руками, - Ты все видел".

   "Да".

   Мальчик подполз к Нине, и, взяв ее за руку, трепетно провозгласил:

   "Иш, ты самое прекрасное создание, которое, я когда-либо видел".

  -- Вот паршивец, - хохотнул глирт.

   "Чисс", - улыбнулась Нина. Слабый румянец проступил на ее скулах. Она протянула мальчику вторую руку, и когда он взял ее, притянула к себе. Ее сердце билось прямо у Франчиаса под ухом, а Нина заговорила тихим воркующим голосом, от которого ис-сир едва не потерял связь с реальностью.