Елена Лобанова - Новоселье

На этом сны кончились, и я поняла, что уже не сплю, а по мне действительно кто-то ползает. И не совсем маленький — гораздо больше таракана.

Между «посмотреть» и «завизжать» я выбрала первое. Так и есть! Ползает! Рука Лидорчика. И ищет. Даже временами находит и всё время одно и тоже, и уже под рубашкой! Так, где тут большой уполовинник, или как его там…

Большой барьерный половник оказался под Лидорчиком. «Прынц» на него ночью заполз и улёгся щекой, как на подушку. Как ему ручка не мешала, не знаю. Пришлось просто лягнуть нахала и отползать самой. Лягнуть удалось, отползти — нет. Меня держали за волосы. Я зарычала, Лидорчик недовольно заурчал: «Ну, Митавиа!», но всё-таки ещё чуток отодвинулся. Вроде бы руки были при нём…

— Встаём! Светает! Я в капкане! — Это я у гномов научилась командовать.

Лидорчик разом слетел с кровати:

— Где, кто?

— Пока не пойму.

Нифса зажгла лампу.

Капкан нашли. Лидорчик смеялся, Нифса своим «у-у-у-у» по-моему тоже ухохатывалась. А мне было совсем не смешно. Как этот леденец драмзерховый на ырбуцевой палочке попал между мной и подушкой? От подушки-то его легко отклеили, а вот выпутать-выдрать из волос оказалось нереально и больно. Ладно, на озере отмочу.

— Давайте быстренько собираться и уходить отсюда. На завтрак внизу что-нибудь прихватим и съедим по дороге. А то гномы проснутся.

— Проснутся, и что?

— Да так… — Пришлось сознаваться. — Я вчера расстроилась и немножко потоптала их мешки, пока сюда ехала. Мало ли, что я там истоптала?

— Пустяки. — У Лидорчика, наверное, ещё счастье после подарка не улетучилось. — Митавиа, нам нужно серьёзно поговорить! Именно здесь.

— Глупости!

Я как могла быстро собирала вещи. Что там может быть серьёзного? До свадьбы ещё далеко.

— Нет, не глупости! — Лидорчик отобрал у меня Ясин плащ и развернул к себе лицом. — Слушай внимательно. Ты помнишь, как разговаривала с нир Караеном? Мысленно?

Точно, Короед мне на прощание пообещал, что Лидорчик что-то там расскажет.

— Тоже мне, серьёзное. И с ним, и с дядей и с короедовой бабушкой разговаривала. Короед велел никому об этом не говорить. Отдай плащ.

— Миточка, — перешёл к уговорам любитель половников, — ты взглядом подчинить можешь?

— Не пробовала. Короед и его бабушка утверждали, что могу, но я не хочу. Это хуже, чем по чужим шкафам шарить. Или читать чужие письма. Личные. — Что-то мне не понравился его вкрадчивый тон. — Лидор, сознавайся, в чём подвох? Я же вижу пакости жизни, когда они ещё на горизонте. Просто уворачиваться от них не умею. Ну? Не тяни.

— Ты в опасности. Тебя могут… нечаянно убить. По глупости.

Даже и не сомневалась. По уму меня убить просто невозможно. У меня же всё — по глупости.

— Кому надо меня убивать-то?

— Тем, не слишком умным, или слишком неумным, кто узнает, что ты — дракон.

— Кто???

— Уи! — Подтвердила Нифса.

Гм. За кого меня принимают? Вот сейчас возьму и поверю в драконов? Ещё от следящих врагов-магов не избавились, а тут…

— Хвост, чешуя, крылья!? О! Вот к чему меня будильник готовил, ырбуц его, и всех экспериментаторов! К оборотничеству! Лидорчик, сознавайся, когда меня растаращит до размеров гигантской ящерицы? В полнолуние, да? Пообещай хотя бы, что я смогу прицельно плеваться огнём!

— Иууу! — Отреагировала Нифса и замахала на меня руками.

— Митавиа, попей водички, — Тонна Эля сунул мне свой стакан, — я бы будильник твоего дяди раньше прибил, если бы знал как. Не волнуйся, не будет у тебя никакого хвоста. И чешуи не будет. Вы с дядей — «Подчиняющие взглядом», «Идущие между мирами». Нир Караен — тоже. А «Драконы» — что-то вроде прозвища. Помнишь сказки? «Те, кому дракон посмотрит в глаза, окажутся в его власти и потеряют память». Называют же срочную курьерскую службу «Гончими Псами». Даже собачка на эмблеме имеется. Но пока ещё ни один курьер не залаял. Вот, аналогично.

Опаньки… где стояла, там и села. Аналогично, значит! Идущие между мирами… Говорящие молча… Подчиняющие взглядом… Большая редкость.

Такая большая, что Короед в нашей компании третьим будет. Из всех известных в мире, если Лидорчик не врёт. А он, похоже, не врёт.

— Ладно, я догадливая. Рассказывай, когда и почему всех остальных извели.

— Ты только не волнуйся! — Ага. Я уже вся не волнуюсь. — На определённом этапе истории… — Во, излагает! Лектор! — Количество страшных сказок о подчинении Драконами всех, на кого взгляд упадёт, достигло такой концентрации, что драконов стали страшно бояться. Массовый психоз. Среди магов и… эльфов — тоже. На драконов списывали всё. Если почитаешь судебные архивы столетней давности, то убедишься, что почти каждый второй преступник утверждал, что он не сам воровал-убивал. Дракон подчинил и приказал! Теоретически — возможно. Но практически — нереально. У вас другое мироощущение и ментальность. И ваше богатство — не золото и камни. Но это поняли слишком поздно, — стушевался Лидорчик. — Империя не защитила тех, кто собирал знания в других мирах, тех, кто мог, в крайнем случае, обезвредить таких тварей, которые… которые используют заклятие разделения, например. Почти двести лет не защищала. Драконов убивали, они скрывались. И совсем скрылись, — вконец обрёл былое смущение знаток народного творчества и судебных архивов.

— Угу. Понадобились теперь, значит. А мой умный дядя взял и раскрылся!

— Я раскрыл, — совсем шёпотом сознался Лидорчик. — О том, что Драконы путешествуют между мирами, почти никто не помнит. В такую возможность, да и в само существование других миров, вообще мало кто верит. Очень узкие специалисты, если только. Даже мастер Ясанна не соотнесла эксперимент уважаемого Дмира Таркесса с Драконами. Она потом узнала. От твоего дяди.

— А ты соотнес, значит? Специалист широкого профиля…

Вот так раз! Обмен знаниями. Между мирами. «Ментальная отлучка вкупе с длительной отключкой как образ жизни» — неплохое название для будущего научного труда. Подарю Короеду как идею. Ну, теперь хотя бы понятно, зачем нужен в Синем Мире магостазис. Это не месяц тело в желе держать, опасаясь, как бы чего не случилось с родной оболочкой, и в случае задержки, и без неё. С нашей технологией можно бродить по мирам и мозгам практически вечно, не беспокоясь за родную шкуру.

Но Лидорчик-то каков! Герой малолетний. Нашёл-таки себе подвиг в нашем тихом болоте! Я его совсем немножко постращала смертью любимого половника в костре, и недоделанный потомок сознался, как совершал свой «подвиг».

В тот день, когда я отволокла наше с Короедом измученное мечемаханием тело в постель, а Тонна Эля и Яся откланялись, ушастый проныра проводил наставницу и вернулся. И заявил дяде напрямую, что он всё знает, и предложил пройтись по его, Лидорчика, «ментальной составляющей» и убедиться, что ценный потомок Императора не желает мне зла. Наоборот — готов хранить тайну и даже охранять. Втёрся в доверие.