Игорь Федорцов - Крыса в чужом подвале

Как раз по такому случаю у него нос и отсутствовал. Только безобразные дырки норок.

− И такое бывает, − согласился декарх. - А тебя с твоей оглоблей, пока суть да дело, исполосуют на ремни.

Не увидев реакции Костаса (тот понял едва ли половину слов), ни страха, ни сомнений, ни мольбы о помощи, декарх рявкнул.

− Молчишь чего?

− Так он по-нашему плохо балакает.

− Балакает, − декарх еще раз ругнулся и отправился в караулку.

Вернулся неся небольшой деревянный щит окованный железом и острым умбоном, барте - боевой топор с острием на обухе, и кожаный шлем. По тулье шлема шел металлический обруч, на макушке стальной наплешник.

− Примеряй! - декарх сунул в руки Кстаса оружие. - Может, цел будешь к послезавтра.

− Тогда бутылка с него!

− Отчего же бутылка? Две! - хмыкнул довольный декарх.

На церкви звякнул симантр. Раз, другой...

− О! Стража кончилась! - возвестил Дайф. - Пускай теперь другие тут торчат.

Он поежился. Сырой ветер пронизывал до костей. И укрыться от проклятого негде. От такой напасти только вино и спасает. Жаль кончилось. Сколько не прихвати, все одно мало, хоть кувшин возьми с собой, хоть три.

− Ну, что пойдем други, − позвал товарищей Рагги. - Вон смена топает.

По лестнице тяжело поднимался декарх Мёлль. Тугое брюхо на выкат, бригандина того и гляди лопнет. Вслед ему, утятами за уткой, переваливались карнахи. Птохов нет. Капитан приказал выставить в первую пересмену только своих, а значит и Мёллю придется торчать на стене. То еще удовольствие.

Костас смотрел на клубившийся во рву туман. Грязевая жижа выдыхала белесые клубы. В жаркий полдень, в прохладное утро, в дождливый вечер, туман присутствовал обязательно. Он неотъемлемая часть замка. Как ворота или мост, или эти разрушающиеся стены.

Костас пошел вслед за Дайфом и Ругги, Бруком. Стафф задержался поболтать.

− В штаны от страха не наложили? − весело хлопнул Дайфа по плечу Олтум. - Попахивает! - и шмыгнул своим клювом-носярой.

Дайф рассмеялся.

− А ты лучше понюхай! - предложил ему Ругги задирая сзади полы куртки.

− Чего тут? − спросил всех сразу смурной Мёлль. Был он зол. Во-первых, в страже стоять. Во-вторых, продулся в кости. В третьих эта шлюшка Сетти весь вечер ломалась, ломалась и не уломалась.

− Чего-чего. Рейнх притащился, в дуду подудел, в нашу сторону плюнул, можно и воевать, − ехидно произнес Стафф, остальным рот открывать не почину. Была бы его воля он декарха собственноручно пристукнул, без помощи вояк Венсона.

− Еще нельзя. Когда наша фрайха прикажет в противень ударить, − Олтум указал на гонг. - Тогда сколько угодно.

Мелль криво глянул на говорливого подчиненного. Треплешься много и не по делу.

− Поспешите! На кухне нынче мяса вволю, − подсказал товарищам Эйк. - Будете первыми, от пуза наедитесь.

Морды у сменщиков лоснились. Поели знатно. Да и винный выхлоп свежайший.

− Ступайте, пока каша не кончилась. Тем, кто с ночи добавку по второму кругу дают. И никто не отказывается, − по-отечески предупредил их Турм. Старый вояка рассудил, хоть и птохи, рванина да голь, а драться вместе придется.

Дайф и Рагги через ступеньку заспешили вниз. Жрачка дело такое, зазеваешься не то, что мяса, черствой корки не достанется.

Костас удобней перехватил яри (щит, шлем и барте оставил на стене) и пошел со всеми. Организм требовал еды постоянно. К чувству голода добавились болезненные ощущения в пальцах на руках и ногах. Стала зудеть кожа на голове, подмышками и в паху. Дёгг увидев как он почесывается, пошутил.

− Чего? Мандавошек цапанул? У меня мазь есть. Вонючая... ,− и понимающе рассмеялся. − Бальзам для ран не возьму, а эту мазь постоянно таскаю. Этих тварей цепляешь чаще, чем шкуру железо дырявит.

У входа в казарму Костас задержался. Отставил яри, сунул руки в бочку и ожесточенно потер пальцы. Холодная вода немного уняла боль. Долго плюхался умываясь.

− На свидание собираешься, − хихикнул кто-то за спиной. - Или со свидания?

Костас оглянулся. Девица, страшненькая. Однако формы искупали корявость. Грудь торчком, задница в пять кулаков ширины. Хихикнув, девушка прошествовала дальше, грациозно неся корзину с бельем. Словно ощущая его взгляд, вскинула голову. Барыня да и только!

Стряхнув воду, Костас вытер руки о штаны, подхватил яри, поднялся по ступенькам, разминулся в дверях с безусым карнахом и вошел в казарму. Люди ели, пили, зубатились, солоно шутили. Из харча − каша с мясом. Впрочем каша она всегда каша, а с мясом или без, как успеешь. Для сугреву винцо. Из тех сортов, что за бочку и солида не дают. Вперед обоссышься, чем напьешься допьяна. Разговоры за столом у всех о рейнхе Венсоне.

− Гэллогласы, серьезные ребята, − бубнили в конце большущего стола. - Упертые. Я с ними у Трабинна сходился. В обороне станут, не сдвинешь.

− То в обороне. А тут на стену лезть.

− Залезут, − заверил рассказчик.

− Ага! Как кузнечики запрыгнут, − веселился народ.

− Кернов сколько! Сотни три не меньше. Чисто мураши по лагерю бегают.

− Что керны! Нищета в дерюгах. Чуть лучше наших птохов. Я вот на их баллисты глянул... Три это да!

− А у нас одна и та дурными руками сделана.

− А бриколи? Две штуки!

− От этой заразы щитом не прикроешься, − подметил со знанием дела кто-то из бывалых.

− Влупят, со стены посыплемся, что переспевшие яблоки с веток.

− Эй! Вы бы чего веселей рассказали.

− А ты слушай, умнее будешь.

− Вас слушать скиснешь!

− Дурень, ты дурень. Мы ж правду говорим.

− Ты кого дурнем обозвал? Да я тебя...

− Сядь! Завтра удаль покажешь.

− Да уж не заскулю.

− Вот и поглядим.

− Эй, Чепс! Я вроде среди них раттлеров видел.

− Не ошибся, есть.

− И спафариев десятка два или больше.

− Серьезно?

− Нет шучу!

− Это не много.

− Хватит насолить!

− А кто такие? Спафарии?

− Познакомишься еще. Доспех на них добрый, поди пробей. Сразу не получится. Мечи у них двуручные. Дадут отмашку, трупаков возами вывозить будут. Сильны в драке.

В оконцовке сошлись на том: кормежка отменная, вино дерьмо, а Венсон повременит денек-другой, а уж потом и на стену пошлет своих говноедов. Или как их там гэллогласов.

Костас сел за стол поближе к Дайфу и Рагги. Сосед справа беззлобно выговорил, деревяшку, мол, свою куда подальше прибери. Подошел служка-хромоношка, поставил деревянную миску, щедро бухнул каши и сверху придавил кусищем мяса. Воткнул в дымящиеся блюдо ложку.