Леонид Бутяков - Владигор

Она встала на низенькую скамеечку, с нее сошла в котел и присела в нем, погрузившись в воду по самые плечи.

— Так что же ты медлишь, княжич? — посмотрела она на Владия с деланным непониманием. — Скидывай одежду и забирайся сюда. Вода скоро остынет, свойства лечебные потеряет. Или меня боишься? Так я не кусаюсь…

Владий не знал, куда глаза девать от стеснения и как унять бешеное сердцебиение. Но последние насмешливые слова женщины все-таки заставили его решиться. Он разделся и влез в котел, стараясь при этом не коснуться Лерии и даже не взглянуть на нее.

Лерия, казалось, и сама теперь была смущена. Все же она старше этого юноши по возрасту, а он важнее — по званию. Так кто же они сейчас, в этой общей лохани? Но она не долго колебалась — плеснула в лицо Владия теплой водой, а когда он зажмурил глаза, легко и нежно провела ладонями по его плечам, словно омывая их от дорожной грязи, приговаривая при этом: «Тело белое, оскуделое, станет сильным вновь, заиграет кровь… Тело юноши, а не ворога, станет — плоть души, любо-дорого».

Владий чувствовал, как спадает напряжение в его мышцах, исчезает многодневная усталость. Полностью расслабиться он не мог, однако и краткий отдых, и это нежданное совместное купание, и дурманящая женская ласка словно пьянили его, заставляя не задумываться о том, что ждет впереди. Ладонь Лерии провела по его груди, задев шнурок с амулетом и перстнем. И Владий вдруг встрепенулся, изгоняя окутавший его дурман, резко отстранился от женщины.

— Нет, нет! — успокоила его Лерия. — Не тревожься, княжич, я знаю цену этим сокровищам и знаю их силу. Я не прикоснусь к ним. Во всяком случае, без твоего дозволения…

Она улыбнулась. Владий почему-то сразу поверил этой мягкой искренней улыбке и все-таки непроизвольно взглянул на аметист. Тот по-прежнему горел ровным голубым светом, не предвещая никаких опасностей.

Перехватив его взгляд на перстень, женщина поднялась и переступила через край котла.

— Ладно, княжич, тебе нужно еще немного понежиться в воде, восстановить силы для долгого пути.1 Отдыхай, а я пока накрою на стол.

Она вышла за дверь, которой Владий прежде не приметил, и вскоре вернулась, одетая в свободную полотняную рубаху до щиколоток, волосы ее были убраны под цветастый головной платок. На широкую лавку она положила чистую одежду для Владия, на стол поставила глиняные миски с нехитрой снедью и кувшин с питьем.

Пока она расставляла миски на столе, повернувшись к Владию спиной, он торопливо выбрался из котла и оделся.

— Ну вот, княжич, не обессудь за бедное угощение. Хоть и ждала тебя, да в наших местах особых яств отродясь не было, а нынче тем более. Присаживайся, окажи честь — отужинай вместе со мной.

— Ждала меня? — спросил Владий, не заставляя себя долго упрашивать и с жадностью набрасываясь на наваристую рыбную уху.

— Ты вновь говоришь загадками.Как узнала меня, почему здесь ждала, за что эти люди хотели с тобой расправиться?

— Ты ешь, ешь… А я расскажу. Виденье мне было, что скоро примчатся в деревню нашу всадники на вороных конях, начнут лютовать, народ избивать, именем князя Климоги допытываться о юноше, почти мальчике, который себя княжичем Владием называет. Пошла я к людям предупредить об этой беде, предложила им на время в лесу схорониться, одну меня для допросов оставить. Не сказала лишь, что княжич в мой дом явится. И правильно сделала, иначе не сидели бы мы сейчас за этим столом — спалили бы дом. Но соглядатаи княжеские — те двое, с которыми ты на берегу схватился,— пугливых и послушных баб деревенских против меня настроили. Не всех, конечно, а тех, что всегда ведовства моего боялись, считая, что я беду накликаю… Вот и набросились толпой, камнями забить хотели, как мою мать когда-то. Глупые, пусть им богиня Мокошь судьей будет…

— Но как ты смогла обо мне узнать? От кого?

— Из того же виденья, княжич. Придет юноша русоволосый и голубоглазый, будет меч в его руке и охотничий нож за поясом. И такая в нем тайная сила заключена, что сам Злыдень страшится его вокняжения в Синегорье. Юноша роду княжеского — сын Светозора, подло убитого братом,— дальний путь держит к Белому Замку. Так кто же помочь ему должен, если не я?

— Ты сказала — к Белому Замку?

Владий задумался. Об этом Замке, где живет могущественный чародей, слышать ему уже доводилось. Но никто из старых разбойников, кто о чародее в белой хламиде по вечерам у костра рассказывал, дороги к нему не знал. Говорили лишь, что старец справедлив и мудр, что сам Перун его в поднебесный мир к людям направил. Еще сказывали, что издавна чародей Светозору покровительствовал, да не уберег вот… Где здесь правда была, где вымысел? От отца Владий про покровителя такого никогда не слышал. И только вручая Владию перед последней своей битвой серебряный перстень с аметистом, отец сказал, что получен он им от чародея.

В чудодейственных возможностях перстня Владий не раз имел возможность убедиться. Но следует ли из этого, что нужно изменить свой первоначальный план и отправиться не к воеводе Фотию, а на поиски неведомого хозяина Белого Замка?

Словно прочитав его мысли, Лерия ответила:

— Знаю, что пробирался ты в иные места. Сейчас пути туда нет. Всюду заставы, конные разъезды, соглядатаи и наушники. Редко кому удается пройти к наделу Фотия.

— Про это я слышал,— кивнул Владий.— Но к воеводе хотя бы дорога известна, а где Белый Замок искать? Может, ты скажешь? Да и что проку мне в чародее, у которого ни войска нет, ни оружия, одни заклинания.

— В тех заклинаниях, княжич, силы поболее, чем в ином войске. Однако же не в них главное. Всего важнее духовная мощь и великие знания, которыми он владеет. Малую толику их познав, ты многого достигнешь. Тогда и яснее станет, куда путь держать, кого в союзники звать, а кого остерегаться. К себе зовет тебя чародей. Прислушайся к этому зову — он не обманет.

Владий промолчал. Ничуть не сомневался он в искреннем желании ведуньи помочь ему (разве столь прекрасные глаза могут соврать?!), да вот так, с одного разговора, с того, что привиделось ей, бросаться в противоположную сторону он не хотел. Нужно время — обдумать, разузнать побольше о Белом Замке, к сердцу своему прислушаться…

— Дорогу к Белому Замку никто не скажет,— продолжала Лерия.— Говорят старики, что и в былые времена туда лишь те попадали, кого сам чародей звал. А нынче, сам понимаешь, даже чародеям с незнакомыми людьми встречаться опасно. Всякие люди бывают… Я тоже не знаю, где Замок стоит. Но есть у меня тот, кто тебя к нему выведет. Будет он тебе и проводником, и товарищем верным, при случае и защитником.

— Кто ж такой?